Екатерина Полянская – Страсть обманет смерть (страница 43)

Он погладил дракона, что-то сказал ему. И тот дружелюбно фыркнул в ответ. Непохоже, что зверь подчинен, находится под жестким контролем, подавлен. Они скорее партнеры или даже друзья. Видно, я пока не все знаю о Джазгаренах. Об их силе так точно.

Выживший принц обошел дракона так, чтобы оказаться с ним лицом к морде. Тот послушно склонился, и Дэлл прижался лбом к драконьему лбу. Я наблюдала как зачарованная, даже когда дракон начал меняться на глазах, не издала ни звука. Никто из оказавшихся поблизости людей и вовсе не обращал на них внимания, словно происходящее было обычным делом. Для них, может, и было. У меня же глаза округлились, когда дракон вместо того, чтобы превратиться в коня, уменьшился до размеров… чуть больше моей паучихи, пожалуй… и уселся на плечо Дэллу, вцепившись когтями в куртку.

Сколько же у них возможностей?

И это место вовсе не похоже на логово кровавого злодея…

Дэлл повернулся, вскинул голову и посмотрел на мое окно. Быстро отпрянуть я не успела, так что он не просто меня заметил, мы встретились взглядами.

Меня одновременно бросило в жар и в холод. И разорвало изнутри сотней вопросов.

Спасшийся принц уверенно направился ко входу. Я из окна его не видела, но откуда-то точно знала, что это так.

Бежать особенно было некуда, пришлось призывать на помощь всю свою храбрость. Паучиху я тоже попыталась призвать, но она не откликнулась.

В комнату вошел тот, кто мог бы стать героем моей сказки, но… не сложилось.

Мы оба замерли, глядя друг на друга. Не скажу, что особенно рассматривали, смотрели и смотрели. Не знаю, что видел он, но я скорее чувствовала: от него силой веяло больше, чем во все прошлые наши встречи. Такой силой, что она могла бы сбить с ног даже меня, если бы он не сдерживался.

Сдается мне, этот принц недоволен. Мной ли – вот вопрос…

– Далиш Брайан Мариус Джазгарен, – назвала его полное имя я, просто чтобы прервать это странное молчание. – Вот ты кто.

– Вижу, с прошлой нашей встречи ты озадачилась сбором информации, маленькая Судьба, – иронично усмехнулся он.

Фь. Мне не понравилось, как он меня назвал. Сквозило в этом что-то такое… будто Джазгарены впрямь надменны и считают себя выше Судеб.

И сказала бы ему, что он хочет вернуться во дворец, где живут призраки его семьи, но это было бы жестоко. Что бы он ни сделал, я не смогу так с ним поступить.

– Что происходит? – спросила тихо.

– А сама как думаешь? – вернул мне вопрос Дэлл.

– Я чувствовала, как порвались почти все нити. Было очень больно, и я падала куда-то. Ты меня похитил?

– Умозаключение, достойное одной из Старших Судеб, – съехидничал выживший принц.

Хотелось верить, что жар, обжегший меня изнутри, не проступил на лице румянцем.

– Что, по-твоему, я должна думать? – Скрыть раздражение вряд ли удалось.

– Что я спас тебя, например? – предложил вариант Дэлл.

Не ложь. Правда.

Я моргнула, пытаясь вжиться в эту пугающую действительность.

– А теперь скажи мне, – вкрадчиво потребовал истинный принц, – Несьен Жиольский в твоем понимании правда стоит того, чтобы спасать его ценой собственной жизни?

– Э?!

– Да, Камилия, никаких фигур речи. – Этот принц все же злился на меня, притом злился так сильно, что дракон взлетел с его плеча и вылетел в окно. – Влиять на происходящее с помощью нитей ты можешь из замирья. Безопасно для себя. Если попытаться провернуть то же самое здесь, можно погибнуть. Тебе что, в школе для маленьких наивных Судеб ничего не объяснили?

Не существует никакой школы! И он прекрасно об этом осведомлен.

– Я не…

– Вчера ты чуть не умерла.

– И ты…

– Успел вытащить тебя в последний момент.

Было ужасно больно. И я упала в темноту. Головоломка сложилась.

– Твоя родная мать… – выдохнула я, не в силах удержать в себе догадку, – она не фея и не изгнанница из другого мира. Она была Судьбой!

– Мы говорим не обо мне. – Дэлл посчитал, будто я пытаюсь сменить тему.

– Значит, ты унаследовал ее силу? – Я подбежала к нему и вцепилась в руку, желая увидеть знак. – Тебе не объяснили, что нельзя творить что хочется? Есть правила! И…

Кожа на его запястье была чистой. Никаких родинок.

– Отличное замечание, – кивнул принц. – Я только что говорил тебе о том же.

Мы опять уставились друг на друга, точно загипнотизированные. Мгновения растянулись на вечность. Будто бы даже шум за окном стих. Остались только эти взгляды, тепло кожи и дыхание, которое шевелило мне волосы и щекотало ухо.

Я нервно сглотнула, отпустила его руки и отшатнулась, а потом и вовсе убралась на безопасное расстояние.

– Спасибо, – пробормотала, не зная, что еще сказать. – Но из-за того, что ты вмешался в происходящее со мной, твоя собственная жизнь может сыграть с тобой злую шутку. Ну, знаешь… Неудача в самый ответственный момент, внезапные неприятности. Это примерно так работает.

– Здесь есть хитрость, – как бы нехотя признался он.

– Какая?

– За серьезное вмешательство надо заплатить. Добровольно отдать что-то важное, от чего трудно отказаться, – объяснил выживший принц, внимательно глядя на меня. – Такой способ не годится для Судеб, потому что у вас обычно нет человеческих ценностей или привязанностей. Но для смертных вроде меня правило действует.

– И… что же ты отдал?

Спину лизнул холодок. Зачем Далишу вообще понадобилось спасать меня?

– Это уже не имеет значения.

– Дэлл!

– Скажу только, что оно того точно стоило. – Он одарил меня каким-то особенно долгим взглядом и вышел из комнаты и плотно закрыл за собой дверь.

Через время Дэлл прошел за окном, и ему на плечо мягко опустился его дракон. Я зачарованно наблюдала. Откровенно любовалась. Чем-то они напоминали нас с паучихой, хотя, конечно, дракон не был воплощением его силы, фамильяром – и то не был. Тем не менее чувствовалась в этих двоих какая-то общность.

Связь Джазгаренов с драконами интриговала все сильнее. Последнего выжившего Джазгарена. Вряд ли кому-то известно больше.

Моя же собственная паучиха так и не откликалась. Не было на ее месте леденящей пустоты или боли, будто вырвали что-то. Просто я не чувствовала ее. И дозваться не могла. Это пугало так сильно, что я высунулась в окно и окликнула:

– Дэлл!..

И поморщилась от панических ноток в собственном голосе.

– Закрой окно, – посоветовал он мне. – Смертному телу, знаешь ли, свойственно болеть.

– Моя паучиха пропала! – Было странно делиться своей бедой с врагом и ждать если не помощи, то хотя бы участия, но больше я в замке никого не знала. – Мне страшно!

Он сделал несколько шагов ко мне. Внимательный взгляд смотрел словно бы куда-то внутрь.

– Ты права, ее здесь нет, – спокойно сообщил выживший принц.

Из горла вырвался жалкий всхлип. Плетущая не должна была поплатиться своим существованием за мои поступки! То есть… она, конечно, не отдельная личность, но…

– Но ты не стала смертной, успокойся. – Дэлл почему-то решил, что меня это должно утешить, и попытался уйти по своим делам.

– Невозможно взять и перестать быть Судьбой, – обиженно буркнула я и уже почти закрыла окно.

Но его взгляд – глубокий, истинно темный взгляд – опять сосредоточился на мне, и под ним совершенно не получалось пошевелиться.

– Восхитительная наивность, – фыркнул истинный принц. – По любой дороге можно пройти как минимум в двух направлениях.

А… э… Кхе.

Логично, но все равно как-то странно.