Екатерина Павлова – Западня (страница 21)

– Ах ты сволочь! – раздалось громогласное эхо по квартире. – Скотина!

Тело замерло и вжалось в стену, потому как мимо, неизвестно откуда взявшийся, пролетел завернутый в одну простыню мужчина, за ним женщина-фурия, отдаленно напоминавшая Татьяну.

– Он еще баб в мою квартиру таскает! – верещала она и била его, что есть мочи.

Они бегали по квартире как сумасшедшие, ничего не замечая и никого. Я сильнее вжалась в стенку и не двигалась с места, пока они бегали кругом и крушили все вокруг. Когда мужчина промчались мимо меня еще раз и исчезли на кухне, то по квартире раздался жуткий ор и шум. Посуда падала на пол, разбивалась, Татьяна сыпала обвинениями, Игорек истошно оправдывался. Я повернула голову и заметила Поля, выглянувшего из комнаты.

– Идите, – тихо произнес он и кивнул кому-то.

На пороге показалась женщина в кое-как надетом платье и с туфлями в руках. Честно сказать, она была – не очень. Если Татьяна была высокая, не полная, но с формами, на которых останавливается любой мужской глаз и блуждает очень долго, да еще с красивым славянским лицом, то эта темноволосая, худая и далеко не с женственной фигурой женщина, слабо привлекала внимание. Лицо у нее было не лучше фигуры. Либо Игорек вчера изрядно выпил, либо постился уже месяц, раз его потянуло на такую даму. Женщина прошла мимо, натянула на себя плащ и туфли и быстро исчезла за дверью. Все это под истошные крики из кухни.

Я продолжала бездвижно стоять, пока чужая рука не потянула меня в комнату. Поддавшись, я позволила втащить себя внутрь и усадить на кровать. Поль уселся рядом и вздохнул.

– Как думаешь, долго еще? – намекал он на скандал, разгоравшийся все сильнее.

Я пожала плечами.

– Минут двадцать точно.

Крики действительно раздавались по всей квартире минут двадцать, мы только смотрели друг на друга, закатывая глаза на очередную едкую фразу, вертели головой по сторонам, и ждали. Вдруг все затихло, и резко раздался вой. Поль глянул на меня. Мы резко подскочили и понеслись на плачь. Промчавшись по коридоры в мгновение ока, застыли на пороге кухни. Татьяна стояла на коленях и рыдала, что есть мочи. Игорек валялся бездыханный у ее ног. У меня закололо сердце.

– Ой! – причитала новоявленная убийца. – Ой! Что я наделала! Игорёчек, ну очнись! Не умирай, пожалуйста! Ой!

У Поля от шока волосы встали дыбом, а глаза вылезли из орбит.

– Сумасшедшие, – тихо произнес он.

– Ой! – хватала женщина за голову свежий труп. – Ну, милый, я не хотела! Игоречек, вставай! Пожалуйста-а-а… – ревела она.

Поль стоял и смотрел, слабо соображая, что делать. Я взглянула в сторону, схватила осколок недавно разбитого зеркала, присела и поднесла его ко рту и носу трупа. Татьяна заревела во все горло.

– Не реви, – тихо произнесла я замогильным голосом. – Живой, кажется, – еще раз глянув на чуть запотевшее зеркало, произнесла я.

Та сразу перестала реветь и взглянула на мужчину, валявшегося без сознания.

– Живой? – еще раз произнесла она недоверчиво.

– Живой, – ответила я.

– Сволочь, – лупанула она его по щекам.

– Ты что? – изумилась я.

– А что? – ответила она, еще раз взглянув на него, – Баб в мой дом водить! – и опять ударила, только на этот раз еле-еле.

– Подождем, – тихо произнесла я.

– Жди теперь тебя, пока очухаешься! А нам дело сделать надо, – громогласно говорила Татьяна, усаживаясь на табуретку.

– Может, его на постель перенести? – подал голос Поль.

– Ага, сейчас! – скривила он лицо. – Этому кабелю еще и условия создавать. В нем центнер с гаком, – тихонько пнула она его ногой, – вон как отъелся! Я надрываться не буду! Пусть тут валяется, пока не очухается, ничего с ним не случится.

Поль облокотился плечом о косяк и стал ждать стоя. Татьяна болтала ногами, осматривала дело своих рук и проклинала Игоря вслух. Я примостилась на краешке, уставилась на живой труп. Игорек, правду сказать, был не подарок даже внешне. На голову ниже Татьяны, даже чуть пониже меня, толстый, с животом как арбуз, круглолицый. Его щеками можно было пускать зайчиков. На голове у него были очень светлые и очень редкие волосы, коротко подстриженные, на макушке их не было вообще. Практически, смотрелся он лысовато. Глядя на него, правда начинаешь верить в то, что бабы дуры, и любят таких особей, что диву даешься. Я еще раз пробежала глазами по Игорьку, а потом глянула на Поля. Он поймал мой взгляд, после чего я опустила глаза в пол и стала ждать, подперев руками лицо.

– Чем ты его так? – подал голос Поль, немного притомившись в ожидании.

– Да сковородкой, – произнесла Татьяна.

– Ну, вы – сумасшедшие, – произнес он.

Игорек застонал и начал подавать признаки жизни. Его пухлое тело вздрогнуло, захлопало глазами, потом рука потянулась к голове, и он кое-как попытался встать.

– Дура, – завопил он, ощупывая шишку на самом видном месте, на лбу. – Ты меня чуть не убила!

– И убью! – заверещала снова Татьяна.

– У меня с ней ничего серьезного. Я тебя люблю! – пыхтя, вставал он и подползал к коленям.

– Да, любишь, – скрестила она руки и отвернулась.

– Ну, Танюша! Ну не обижайся, я только тебя люблю. Поверь, – рука стала гладить ее колени. В этот момент Игорёк походит на бурундука или хомяка, точно сказать было сложно. – Ну, Танечка.

– Если любишь, тогда докажи, – произнесла он.

– Что ты хочешь, малыш?

На этой фразе и Поль, и я не смогли сдержать улыбки, кто-кто, а если сравнивать Татьяну и Игорька, то на малыша скорее походил он, нежели она. Его пухлая рука в очередной раз прошлась по ее коленке. Лицо женщины, наконец, повернулось в его сторону и нахмурилось.

– Что? – снова произнес сидевший на корточках толстячок.

– Съезди за моими вещами в клинику.

– За вещами? – удивился Игорь. – А ты сама не можешь? А то у меня дела… – начал он, как Татьяна словно скала встала над ним во весь рост, руки в боки.

– Что? – раскатисто прозвучал ее голос.

– Ну, хорошо, хорошо, – ретировал мужчина. – Куда ехать-то.

Татьяна погнала его в спальню одеваться, затем написала ему адрес на бумаге, пояснила, где ее вещи, и что именно он должен привезти. Игорек только успел узнать, как зовут гостей, и тут же был выставлен за дверь хозяйского дома.

– Ой! – вздохнула она, когда дверь захлопнулась за ним.– Хоть бы с ним ничего не случилось.

– Впервые вижу такую заботу о неверном любовнике, – не выдержал Поль.

– Конечно, – проговорила он. – Мы – не француженки, мужчинами не разбрасываемся. Хоть какая-то польза от них всегда есть, – произнесла она и начала прибирать разбросанные вещи.

– Я на улицу пойду, – произнесла я.

– Зачем? – раздался голос Поля.

– Не буду мешать уборке, – пожала я плечами.

Поль оглядел пространство и пошел за мной. Мы быстро спустились по лестнице, вышли на улицу и устроились на лавочке, недалеко от дома, откуда был виден подъезд. Дождь уже закончился, небо все еще было пасмурным, все сыро, так что пришлось подложить прихваченные пакеты, чтобы было сухо сидеть. Поль примостился рядом и закурил.

– Люблю запах дождя, – произнес он, выпустив струйку дыма.

Моя голова невольно повернулась на эту фразу в его сторону, и голубые глаза снова заворожили.

– Я надеюсь, у тебя подобных скелетов в шкафу нет?

– Каких скелетов?

– Как Игорёк, – меланхолично ответил он.

– Таких нет, – чуть улыбнувшись, ответила я на вопрос.

– А какие есть?

Я похлопала глазами и улыбнулась.

– Я – сущий ангел, – рот улыбался, – какие скелеты?

– Ангелы как раз самые опасные, – проговорил он. – Ангелы соблазняют изысканно, с дьявольским коварством. Из сладкого плена уже не выбраться.

– У тебя есть опыт? – мило улыбнулась я.

– Боюсь, уже есть, – снова выдохнул он струйку дыма.