Екатерина Овсянникова – Потерянная. Переплести судьбу (страница 79)

— Не видела, — эльфийка отрицательно мотнула головой. — Завидев меня, она незаметно применила магию и я на пару секунд словно выпала из реальности, но и этого времени твоей невесте хватило, чтобы скрыться из виду. На бедняжке не было лица… Сложилось впечатление, что вы серьезно поссорились.

— Что ты, — испуганно отмахнулся целитель. — Не было ни малейшего намека на подобное! — целитель коснулся груди, в которой отголоском отразились грусть и обида его избранницы. — Я должен найти Гретту… Почему-то сердце ноет, словно сама ее душа сейчас плачет.

— Тогда я с тобой! — твердо добавила эльфийка. Нацепив на себя сумку и теплый плащ, Эмерил закрыла кондитерскую и выжидающе уставилась на принца. — Идем. Нам понадобится парочка жеребцов.

Кивнув, Виланд вместе с эльфийкой пошел к стойлам, где позаимствовал двух жеребцов. Мчась галопом в сторону деревни Гретты, Виланд иногда обращался к незримым узам, словн компасу. С приближением к деревне целитель все лучше ощущал отчаяние и грусть своей возлюбленной.

Всей душой эльф сейчас надеялся, что за время его отсутствия бедняжка не сыщет себе бед на голову…

Глава 37

Как-то незаметно вонь дурмана сменилась вкусным запахом свежей еды. Среди обилия ароматов я почувствовала печеное мясо, пряности и, кажется, вареный картофель. Мысленно облизнувшись и открыв глаза, я удивилась окружавшему меня интерьеру.

Пожалуй, это одна из самых дорогих комнат, какие я встречала в тавернах. В «Драконьей обители», где я когда-то работала, такие апартаменты стоили минимум раз в пять дороже, чем обычное место для ночлега. Левее от моей кровати располагался большущий камин, в котором сейчас ярко горели деревянные поленья, а на каминной доске сверху аккуратно лежала и сушилась… Ох!

Моя одежда!

С волнением заглянув под свое теплое и мягкое одеяло, пришла к осознанию, что одежды на мне нет. Кроме белья, разумеется.

В голове мелькнули последние воспоминания. Уродливый бандит, холод стали ножа, коснувшегося моей шеи, платок, смоченный дурманом…

«Говорят, молодые эльфийки самые горячие любовницы» — в мыслях отголоском прозвучал его жуткий пугающий голос. Осознав весь ужас ситуации, я сжала ноги и закрыла лицо руками.

Получается я… Ох…

Из смежной комнаты послышались шаги. Резко замолчав, я бросила взгляд в сторону открытой двери. Светильники в том месте отбрасывали на стену мужскую тень.

О нет! Этот гад тут! Рядом! И сейчас он придет за добавкой!

Тень постепенно увеличивалась, а топот становился все громче. Закрывшись одеялом, испуганно вжалась в уголок кровати в надежде вымолить пощады. И вот мой похититель уже выглянул из-за угла, а я непроизвольно взвизгнула от страха.

— Гретта! Слава драконьим богам, ты проснулась! — лепетал Виланд, подбежав к моей кровати и усевшись рядом. Несколько секунд я молчала, предпринимая тщетные попытки понять происходящее. Любимый! Он здесь!

Сердце одновременно трепетало от радости и разрывалось от тоски. Ему же нельзя быть со мной…

— Виланд? Как мы тут очутились? И где мы вообще? — вместо возгласов счастья из моих уст так и сыпались вопросы.

— Тебя спящую держал в крепкой хватке какой-то ублюдок с ножом. По его виду сразу стало понятно, что пришла эта тварь явно не для дружеской беседы. Обезвредить преступника не составило особого труда, особенно в паре с Эмерил. Вместе мы нашли ночлег и пристроили на ночь двух жеребцов. Убедившись, что теперь все хорошо, Эмерил отправилась обратно, а я остался следить за твоим самочувствием.

Знакомое имя отозвалось легким теплом на душе. Приятно слышать, что Эмерил было не все равно не мою судьбу. Но главный вопрос оставался открытым.

— И где мы теперь?

— В отдельной комнате, которую я снял для твоего отдыха, — любимый мягко гладил мою руку, словно боясь, что я исчезну. — Ты вся промокла до нитки, да еще и спала под действием дурмана, так что нужно было где-то переночевать, — любимый потянулся к верхушке камина, откуда снял мои осенние брюки и молочного цвета рубашку, которые я носила под плащом. — Не переживай, сегодня мы здесь единственные гости, так что я позволил себе снять твою одежду и разложить ее для сушки, — осмотрев одежду, Виланд протянул ее мне. — Кстати высохла.

Сделав вид, будто я ничего не заметила, усилием воли убрала руку из хватки любимого.

— Почему ты убежала? В эту деревню, да еще и на ночь глядя, — эльф вытащил из кармана брюк знакомую на вид бумагу. — Оставила лишь записку, из которой я ничего толком не понял.

Прикусив губу и сжав в руках одеяло, я с досадой отвела взгляд и потянулась к безымянному пальцу, на котором сияло помолвочное кольцо.

— Потому что нам нельзя быть вместе…

Попыталась снять украшение, но Виланд удивленно поднял брови и перехватил мою руку.

— Это почему же? Кто тебе сказал такую глупость?

— Мой дар… Я слышала это в мыслях чуть ли не каждого жителя дома. Как якобы простушка-бунтарка, нарушившая судебный процесс, теперь станет принцессой. Да и Элдринар тебя к себе явно не просто так звал… Так зачем ждать, когда меня выгонят и бросят на острове? — последние слова я уже выдавливала из ноющей груди и еле сдерживала слезы. — Лучше сразу все решить и исчезнуть из жизни тех, кому я неугодна!

Уткнувшись носом в одеяло, я стала изливать слезы. Он все-таки здесь… Рядом… Может не стоило ему приходить? Так лишь больнее расставаться!

Обе его руки как-то неожиданно нырнули в белоснежные локоны и аккуратно подняли мою голову от одеяла. Блестящие от слез голубые зрачки блеснули в свете настенных ламп.

— Глупенькая, никто не собирался тебя выгонять! — голос Виланда был мягок и в меру строг, словно сейчас отец разговаривал с дочерью. — Наоборот, Элдринар хвалил тебя за решимость и готовность рискнуть собой ради сородича. Это очень важное качество для любого дракона.

Будучи огорошенной таким заявлением, аккуратно коснулась его руки и освободила из плена голову. Никак не удавалось поверить в услышанное.

— Но ведь он был так зол, а потом еще и к себе тебя позвал… Если не с целью обсудить мое изгнание, то зачем?

— Уж поверь, драконий владыка всегда найдет тему для разговора: дела на острове, новости в Империи или же свадьба собственного сына…

На последней фразе Виланд сделал особый акцент, который, разумеется, не ускользнул от моих ушей.

В груди все затрепетало от счастья. Мне не послышалось? Свадьба⁈

— Ч-честно? — переспросила, дабы убедиться, что мне не послышалось.

В доказательство серьезности своих намерений любимый опалил мои уста поцелуем. Нежным, ярким, теплым… Виланда нисколько не смутили мои соленые и мокрые от слез губы, из которых он также жадно похитил парочку стонов.

— Ну что? Теперь ты мне веришь? — прошептал любимый, уткнувшись носом мне в шею.

— Думаю, да, — прошептала, млея от сладостного прикосновения его уст к шее. Светильники освещали комнату полумраком, стучащий по стеклу дождь словно играл музыку, а в камине потрескивали деревянные поленья. Теплые объятия возлюбленного, который, несмотря на произошедшее, все равно меня любит и станет моим мужем… Что может быть на свете прекраснее?

Идиллию нарушило громкое урчание моего голодного живота. Последнее, что я ела — это небольшая булочка, купленная в пекарне, а на дворе была если не глубокая ночь, то раннее утро.

— Кажется, тебе нужно поесть, — хихикнул любимый, поднявшись с кровати и подобравшись к столу. — Не зря я, видимо, заказал за дополнительную плату позднюю готовку, — Виланд осмотрел блюда и с аппетитом принюхался к витавшим по комнате запахам. — Конечно, еда уже немного остыла, но вроде еще аппетитная. Попробуешь?

Улыбнувшись, я выползла из-под одеяла, нацепила на себя высушенную одежду и села за стол. Принюхавшись, облизнулась. Пахнет и вправду вкусно! Мясо было уже остывшим, но в нем еще оставалось немного тепла, а вареная картошка с приправами оказалась выше всяких похвал. А уж рисовые булочки и сок… Виланд словно знал, что мне нравится.

— Ммм! — восклицала, расплывшись в довольной улыбке. — Спасибо, очень вкусно!

— Рад был порадовать, — уста любимого озарила такая нежная и манящая улыбка, что еле удавалось сдерживаться, чтобы прямо здесь за столом не впиться в его губы.

Сытно поужинав, мы с помощью магии навели порядок и, раз никому не хотелось спать, уселись у камина на теплый и ворсистый, напоминающий шкуру ковер… Тепло огня и искорки, исходящие от сгорающих угольков, очень даже располагали к душевной беседе. Прижавшись друг к другу, мы делились чуть ли не самым сокровенным. Виланд рассказывал даже о своем детстве. В те года, когда драконы еще свободно летали в небе над Империей.

Например, в шестнадцать лет он как-то нашел одну дивную пещеру, всю усеянную разноцветными кристаллами. Тогда младшему принцу сильно досталось за долгое отсутствие, но воспоминания о том месте до сих пор хранились в его памяти. Я тоже в стороне не осталась и рассказала о своем детстве. О тех беззаботных днях, когда еще не знала о своем происхождении и даре. Тех днях, когда была жива Мариэль…

Заметив в моем лице легкую грустную нотку, Виланд мягко обнял меня. Моя белоснежная голова словно сама упала ему на грудь. Знакомые заботливые прикосновения поглаживали локоны и дарили умиротворение. Пожалуй, давненько я не была настолько счастлива. Не помню, когда последний раз удавалось вот так посидеть с кем-то и раскрыть свое сердце…