Екатерина Овсянникова – Исцеляющее сердце (страница 4)
— Похоже тебе нравится прислуживать здесь, раз ты умудряешься увеличивать и так огромный долг, доставшийся тебе от родителей. К старости может и выплатишь… Хотя с твоими навыками ведения хозяйства и умением искать неприятности еще и на вторую жизнь хватит… — толстяк резко со всей силы ударяет кулаком по столу. — Вон отсюда! Обе!
Испуганно вскрикнув, под руку с подругой резво выбегаю из комнаты с ведром собранных осколков. Избавившись от мусора, я вместе с Лэйлой вернулась в свою комнату.
— Тебе не стоило мне помогать, — сказала я, усевшись на кровать и грустно опустив взгляд. — Он в ярости же себя почти не контролирует. Что если бы он опять тебя ударил?
— Ну не ударил же, — пожала плечами подруга, иногда потирая место на голове, где гад хватал ее за волосы. — Я не могла не попытаться тебя защитить.
— Спасибо конечно, но я сама виновата… И отвечать за подобное должна я.
— По крайней мере все закончилось и теперь нам осталось всего ничего. К ужину он наверняка подобреет, — успокоила меня собеседница, присев рядом.
— Сомневаюсь, но… Спасибо! — добавила я, с облегчением обнимая свою единственную подругу.
Ч
Вечер прошел весьма тихо… Хозяин дома, конечно же, ходил мрачнее тучи, но рук уже не распускал. После ужина я вернулась в свою комнату, где взяла чистый холст и принялась за свое любимое хобби.
Не помню уже, что меня сподвигло заняться именно рисованием, но мне очень нравится. Особенно люблю, когда меня настигает вдохновение: в этот момент я словно упархиваю в другой мир, где нет бесконечных долгов, гнусного господина Райнольда с его сыном и проклятых ежедневных дел по дому.
За мольбертом я и не заметила, как наступила ночь, а потом и время перевалило за полночь. Шорох, раздавшийся за моей дверью, заставил меня взволнованно дернуться прямо с кистью в руках. Иду проверить что происходит и замечаю сына хозяина дома, который убегал в сторону отцовской спальни…
Похоже, он только что увидел, что я не сплю в позднее время и решил доложить об этом Райнольду лично.
Осознавая всю серьезность ситуации, в спешке начинаю устранять следы преступления, но я не успела — через несколько секунд на пороге комнаты уже стоял скрестивший руки на груди хозяин дома. Он смотрел на меня озлобленным взглядом и тихонько топал левой ногой.
— Теперь мне понятно, какого черта ты засыпаешь во время работы… И поскольку от твоего увлечения лишь одни беды, то больше ты им заниматься не будешь! — толстяк грубо отталкивает меня на кровать и начинает собирать в большой тканевой мешок все мои тюбики с красками и кисточки.
— Господин, вы неправильно поняли! — пыталась я оправдаться, подбегая к еще несобранным принадлежностям в надежде их спасти.
— Я все прекрасно понял. Поэтому реквизирую этот мольберт, краски и кисти в счет оплаты твоего и так огромного долга.
Когда он собрал все материалы, его взгляд упал на мои нарисованные холсты, которые стояли на полу у стены неподалеку.
— И эти жалкие картинки, может, удастся хотя бы за бесценок продать!
Схватив свободной рукой в охапку мои работы, Райнольд презрительно пшикнул и пошел на выход. Я бежала за ним вслед вплоть до самой его спальни, надеясь выпросить прощение, но все оказалось тщетно…
— Прекращай реветь, ничего назад ты уже не получишь! Не дай бог я завтра увижу, что ты вновь спишь на работе во время важного приема — еще дополнительный штраф тебе пропишу!
Прорычав мне свои угрозы, толстяк грубо хлопнул дверью прямо перед моим носом.
Оперевшись спиной на стену, медленно сползаю на пол, утыкаясь мокрым от слез лицом в коленки.
Не помню сколько времени я так просидела, но вскоре с той стороны двери послышался грозный рык Райнольда.
— Ты все еще ревешь и не спишь?!
Испуганно дернувшись, моментально вскакиваю с пола и убегаю в свою комнату.
Уже в кровати я размышляла о том, как несправедливо поступил хозяин дома, отняв у меня ту толику радости, что давало мне мое хобби. Иметь подругу — несомненно здорово, но так приятно было излить душу в холст, дать ему жизнь…
Посмотрев перед сном на календарь, я заползла под одеяло, повернулась к стене и закрыла глаза, из которых вытекла очередная слеза.
Глава 1.2
Уильям
Очередной бессонной ночью Ханс застал меня в кабинете за усердным корпением над бумагами. Стараясь игнорировать неприятные ощущения, я заполнял разные документы и план на завтрашний день.
— Господин, вам снова не спится из-за боли?
— У меня на завтра запланировано много дел, поэтому я готовлюсь… — ответил, не отрывая взгляда от записей. — Но да, ты прав… Не переживай, я уже привык.
— Возможно, это не мое дело, но смею вам напомнить, что в этом году вы еще не нашли себе невесту, — с умным видом произнес дворецкий. — И раз боль к вам возвращается, то лучше с этим не затягивать.
Отложив ручку, поднимаю свой взгляд на моего единственного друга.
— Спасибо, Ханс, я это и так прекрасно помню. Завтра мне придется отлучиться к одному своему давнему должнику в Останские земли, а потом я обязательно займусь этим вопросом. Иди отдыхай. Я тоже скоро лягу.
Одарив меня уважительным поклоном на прощание, Ханс развернулся, вышел из комнаты и закрыл за собой дверь моего кабинета.
Налив себе бокал моего любимого коньяка, встаю с кресла, поворачиваюсь к окну и любуюсь ночным пейзажем, ненадолго погрузившись в воспоминания.
Ханс — наш семейный дворецкий. Мужчине уже давно за пятьдесят, но он все еще крепок духом, хоть и по возрасту моему отцу в старшие братья бы сгодился.
Правда самого отца давно уже нет…
Похоже в свое время он перешел кому-то дорогу и теперь вся наша семья оказалась проклята… Злоумышленницу быстро нашли и казнили по указу императора, но эффекта от ее чар избежать не удалось… Сначала стремительно скончался отец, потом следом за ним через несколько дней не стало матери… И я бы последовал за ними, если бы не помощь лучших целителей этих земель.
Испугавшись за вероятное жуткое будущее этих мест, лекари придумали способ поддержания моей жизни. Правда он малоприятный…
Теперь раз в год я вынужден продлевать свою жизнь, поглощая жизненные силы других людей. Среди множества целей выбор пал на молодых девушек — их энергия лучше всего подходила для этого…
В ранние годы меня тихонько подкармливали энергией служанок нашего особняка, а с наступлением моего совершеннолетия ритуал стал отнимать жизнь бедняжек… Так я принял для себя решение, что хотя бы посмертно буду воздавать почести тем, кто пожертвовал собой для спасения моей жизни…
Поставив на стол пустой бокал и отложив в сторону свой массивный блокнот с кожаной обложкой, я задул свечу и направился в свою спальню.
Упав на подушку, я вновь вспомнил о Мари. Прошло уже десять лет с нашей первой и единственной ночи, но иногда я невольно вспоминаю ее слова и насмехаюсь над ними.
Утром я проснулся совсем не в духе. Открываю письмо за бокалом любимого напитка у себя в кабинете, вздыхаю и невольно качаю головой. Снова власти Единой Империи решили сократить поддержку моих земель, пусть и незначительно…
Так уж довелось, что это волшебное место само выбирает себе хозяина. Более века с Вестианскими землями никто сладить не мог, пока полномочия по счастливому случаю не перешли к моему прадеду. При нем земли вновь ожили и стали процветать, и так наш род нарекли хранителями этих мест.
Да, я много раз пытался завести детей вне брака, чтобы сохранить наследную кровь, но ничего не вышло. Ни одной успешной попытки за десять лет! А значит теперь обратной дороги нет…
Бросив письмо в ящик своего письменного стола, откидываюсь на спинку кресла, вздыхаю и массирую пальцами лоб в надежде расслабиться. И, конечно же, это не помогает…
Часы пробили девять часов, как бы намекая, что мне пора завтракать и отправляться в дорогу. Если мои расчеты верны, то примерно к вечеру я доберусь до владений Райнольда, а там уже переночую где-нибудь и приеду обратно с выплаченным мне долгом.
— Я вернусь завтра днем. Присмотри, пожалуйста, за домом, пока меня не будет, — высказал я просьбу дворецкому.
Друг улыбнулся и услужливо кивнул.
— Не переживайте, господин. Этот дом в надежных руках.
— Не сомневаюсь, — поддержал я его запал, поднимаясь после завтрака с удобного стула. — Что ж, пожалуй пора отправляться.
После трапезы у конюшни я еще раз встретился с Хансом и пожал другу руку на прощание. Взяв с собой вдоволь еды и двух лучших наемных попутчиков наших земель, запрыгиваю на своего любимого серого жеребца и отправляюсь в путь.
По дороге я то и дело разглядывал пейзажи своих владений. Особенно приятно было видеть богатые на урожай участки, которые, в отличие от других земель, давали урожай два раза за сезон.