Екатерина Овсянникова – Дожить до диплома, или «Хвостатое прикрытие» (страница 35)

Нагруженная пакетами Джессика в ярости вытолкнула демона из магазина. Удивленные происходящим люди проводили хама с его спутницей недоуменным взглядом и облегченно вздохнули.

— Ты неисправим! Зачем ты это делаешь? — возмутилась Миллер.

— Я просто собираю жатву, смертная, — Фелинор легко перехватил продукты из рук подопечной, и его глаза на секунду вспыхнули тем самым янтарным огнем. — Их смущение — это как легкий аперитив перед основным блюдом. А основное блюдо у нас сегодня в «Crust Crumb». Поехали. Я уже чувствую запах разогретой печи, а может и не только…

В машине от Феликса тоже не было спасения. Из динамиков магнитолы так громко играл тяжелый рок, что Джесс удивлялась, как в «Понтиаке» стекла не повыпадали. Басы били в уши так, будто ей кастрюлю на голову надели и постучали сверху чем-то тяжелым. Не самая приятная поездка для человека, зато демону все нравилось…

Когда они переступили порог пиццерии, Лиам как раз вытирал стойку. Увидев Джессику, он привычно просиял, но его взгляд моментально зацепился за высокого, порочно-красивого незнакомца, который шел рядом с видом полноправного хозяина положения.

— Привет, Джесс, — Лиам выпрямился, и его рука, сжимавшая полотенце, непроизвольно напряглась. — Не знал, что ты придешь не одна.

— Лиам, привет! — Джессика поспешно подошла к стойке. — Это мой кузен, Феликс. Из Европы. Он только приехал и… я не могла не привести его сюда.

Лиам выпрямился, вытер руки о фартук и внимательно оглядел Феликса: его безупречную черную рубашку, ленивую позу и глаза, в которых словно прыгали чертенята. В воздухе мгновенно возникло то самое мужское напряжение, которое бывает, когда на одной территории встречаются два лидера: один — спокойный и надежный, а другой — дерзкий и непредсказуемый.

Феликс подошел к стойке, небрежно оперся на неё локтями и втянул носом воздух.

— Наслышан о твоем мастерстве, Лиам, — протянул он своим низким рокотом. — Моя кузина утверждает, что твое тесто способно исцелять душевные раны. Я, как человек искушенный, пришел проверить: это правда или просто девичьи восторги?

Бэйкер не отвел взгляда. Он почувствовал в этом «кузене» какую-то странную, почти животную силу, но лишь спокойно кивнул в ответ.

— Моё тесто просто делает людей сытыми и немного счастливее. Для остального есть другие специалисты. В любом случае рад знакомству, — Лиам протянул руку в знак приветствия. — Джессика не говорила, что у неё есть родственники в Европе.

Демон хитро покосился на красную от смущения подопечную.

— Она просто не любит обо мне рассказывать. Ничего, это пройдет.

— М-м-м, понятно… — задумчиво протянул Лиам и перевел взгляд на подругу. — Тебе как обычно, Джесс? «Четыре сыра»? Или «пепперони»?

— «Четыре сыра». И побольше базилика, — вставил Феликс, по-хозяйски притянув Джессику к себе за плечо. — Кузина сегодня много училась, ей нужно восстановить силы.

«Смотри, смертная, — раздался в голове девушки ехидный голос демона. — Твой пекарь сжал челюсти так, что я слышу скрежет зубов через весь зал. Он явно не в восторге от того, что „кузен“ так фамильярен. Его эмоции пахнут куда вкуснее, чем весь этот твой сыр».

Почувствовав на себе внимательный, чуть обеспокоенный взгляд Лиама, Джессика неловко высвободилась и кивнула.

— Да, Лиам, «Четыре сыра». Большую. И, пожалуйста, те самые булочки с корицей.

Через несколько минут Лиам поставил перед ними дымящуюся «Четыре сыра». Аромат от пиццы стоял такой, что у Джессики мгновенно потекли слюнки. А вот Феликс не спешил набрасываться на еду. Он достал из подставки салфетку, расстелил её с видом ресторанного критика и, вооружившись ножом с вилкой (что в этой пиццерии выглядело почти святотатством), отрезал крошечный кусочек.

Лиам, опершись на стойку, с интересом наблюдал за этим представлением.

Феликс медленно жевал, прикрыв глаза, словно сомелье, анализирующий сложный букет дорогого вина. Так необычно это со стороны выглядело, что Джессика замерла с куском в руке.

— Ну… — протянул демон, наконец открыв глаза и подозрением посмотрев на тянущийся сыр. — Тесто слегка… своеобразное. Соус пытается доминировать, но ему как будто не хватает глубины. А базилик явно считает себя главной звездой этого шоу.

К его удивлению, Лиам сохранял олимпийское спокойствие. Только бровь приподнял.

— Сносная попытка, Лиам. Для провинциального заведения — вполне съедобно, — заключил Феликс и… тут же отправил в рот кусок побольше, уже не думая о ноже и вилке.

Джессика не удержалась и хихикнула в кулак. Она-то видела, как быстро исчезают ломтики с его стороны тарелки.

— «Сносная», значит? — усмехнулся Лиам и вернулся за стойку. — Буду считать это высшей похвалой от знатока из Европы. Приятного аппетита.

«Миллер, не смотри на меня так, — ворчливо отозвался Фелинор в голове подопечной, хотя вслух продолжал жевать с крайне важным видом. — Я ем это только потому, что в твоем холодильнике пока пусто, а мой желудок требует еды. Но признаю, этот смертный не совсем безнадежен. Соус… терпимый».

Джессика чувствовала, как напряжение в зале сменяется волнующим, слегка колючим, но всё же дружелюбием. Ее сердце согревала мысль, что знакомство двух таких разных, но по-своему связанных с ней мужчин прошло успешно и мир при этом не рухнул.

— Знаешь, Лиам, — подал голос Феликс, вытерев губы салфеткой. — Твои булочки с корицей тоже придется подвергнуть суровой экспертизе. Неси их сюда, пока я в хорошем настроении.

После того как с «сносной» пиццей было покончено, Лиам выставил на стол блюдо с еще горячими булочками. Манящий аромат корицы вмиг заполнил уютный зал.

Феликс смерил выпечку взглядом инспектора с таможни и медленно отломил кусочек. Несколько секунд демон рассматривал пористую структуру теста, а потом положил кусочек в рот.

— М-да… Слишком много сахара. И корица ведет себя крайне агрессивно. Настоящий кондитерский хаос.

Несколько секунд он молчал, тщательно пережевывая тесто, а затем, не меняя выражения лица, потянулся за второй булочкой.

— Придется съесть еще одну, чтобы окончательно убедиться в несовершенстве этого рецепта, — добавил Феликс, бросив на Бэйкера колючий взгляд.

Лиам лишь негромко рассмеялся. Он ведь видел, с каким аппетитом гость расправляется с «несовершенством», и понимал, что за напускной заносчивостью скрывается вполне искреннее удовольствие.

— Рад, что ты такой самоотверженный критик, Феликс, — добродушно заметил Бэйкер.

Когда пришла пора уходить, Лиам собрал гостям в дорогу желанные булочки. От бумажного крафтового пакета исходил умопомрачительный жар, а внутри, как обычно, лежала салфетка с пожеланием.

— Держите. Всё, как заказывали, — он вручил пакет Джессике, но его взгляд задержался на Феликсе. В этом немом жесте уже не читалось никаких подозрений, скорее спокойное принятие сильного противника. — Заходите еще. Буду рад видеть обоих. У меня как раз есть пара идей для соуса, которые, возможно, удовлетворят ваш… взыскательный вкус, Феликс.

— Посмотрим, Лиам. Посмотрим… — с важным видом ответил демон и вышел на улицу с непривычной для него, почти человеческой галантностью.

— Пока, Лиам! — Джессика задержалась у двери и помахала другу на прощание. — Не слушай Феликса. Мы обязательно придем еще. Как минимум я — точно!

— Ловлю на слове, — Лиам отсалютовал подруге и взял в руки полотенце. — Приятного вечера.

Мило улыбнувшись, Миллер младшая вышла на улицу и остановилась у водительской двери. Феликс уже сидел в салоне и вовсю ждал свою подопечную.

«Знаешь, смертная, — голос Феликса в её голове звучал подозрительно умиротворенно, — твой пекарь — на редкость упертый малый. Другой бы уже давно швырнул в меня скалку, а этот… он как скала. Скучно, но надежно. Ладно, признаю: его булки — это единственное, что оправдывает существование этого квартала».

Джессика улыбнулась, прижимая к себе пакет с булочками. На шее под курткой она чувствовала тепло золотого кулона, а в руках — жар выпечки. Этот день выдался странным, но почему-то ей казалось, что сегодня она как-то иначе взглянула и на Лиама, и на Феликса. И даже на Стивена.

Припарковав машину, она медленно шла к общежитию под руку с демоном. Ночь начала сгущаться над Эденбергом, воздух пах корицей и первыми заморозками. Внутри девушки боролись три абсолютно разных ощущения: обжигающий, властный интерес Стива, который манил её к вершинам; спокойная, как скала, надежность Лиама, дарившая почву под ногами; и хаотичная, опасная энергия Феликса, которая не давала ей окончательно превратиться в скучную отличницу. Все это увлекало и волновало одновременно.

— О чем задумалась, смертная? Пытаешься расставить всех мужчин по полочкам в своей голове? Не советую. Полочки сломаются под весом моих амбиций и скромности твоего булочника.

Джессика лишь крепче прижала к себе пакет с выпечкой.

— Я просто подумала, что мир гораздо сложнее, чем написано в учебниках по праву.

— Добро пожаловать в реальность, — хмыкнул демон, и в свете фонарей его глаза на секунду сверкнули огоньками. — Ладно, иди наслаждайся одиночеством в компании смартфона и булочек с учебниками. Можешь ложиться спать одна — у меня на сегодняшнюю ночь планы повеселее, чем валяться в кошачьей будке клубочком. — Феликс согнул губы в хитрой улыбке. — Только сильно не расслабляйся — наша сделка еще в силе и завтра утром я вернусь…