Екатерина Оксанен – Тайны психики. Как мы обманываем себя и других (страница 26)

• принуждение: требование родить ребенка/сделать аборт, оказание давления различными способами (привет мамам, требующим внуков);

• контрацептивный саботаж: принуждение к незащищенному сексу, порча средств контрацепции, препятствование приему противозачаточных препаратов;

• лишение: женщине не дают доступа к гинекологической помощи;

• ограничение: предотвращение доступа к качественной информации в области сексуального и репродуктивного здоровья, намеренное искажение фактов;

• привязывание: использование беременности как способа удержать партнера или изменить статус отношений.

Экономическое (финансовое) насилие

Это форма жестокого обращения, при которой один партнер ограничивает доступ другого к экономическим ресурсам, тем самым снижая его способность себя обеспечивать, быть независимым в своих решениях. Вот как это может выглядеть:

• запрет доступа: к деньгам, счетам, имуществу, причем иногда к собственным ресурсам;

• контроль: жертву вынуждают отчитываться за потраченные деньги, критикуют, ругают или даже наказывают;

• обесценивание: человека убеждают, что он не способен распоряжаться деньгами;

• блокирование карьеры: запрещают работать или учиться;

• бездействие: отказ от приобретения продуктов, лекарств и т. п. для недееспособного партнера;

• ограничение: требуют жить на сумму, которой недостаточно для покрытия даже базовых потребностей.

На всякий случай поясню важные детали. Во-первых, речь идет о романтических партнерах, а не о несовершеннолетних(!) детях и их родителях. Во-вторых, если в паре работает только один, а второй живет за его счет и супруги добровольно договорились о таком распределении средств, то это, конечно, никакое не насилие. Совсем другое дело, если человеку запрещают работать или используют давление в финансовых вопросах. В-третьих, отказ содержать совершеннолетнего, здорового и дееспособного человека – это не насилие. Люди не обязаны финансово обеспечивать своих партнеров.

Психологическое насилие

Это формы насилия, которые могут привести к психологической травме и/или нанести вред психологическому благополучию человека. Причем здесь важно, что такое поведение имеет повторяющийся характер, то есть это не единичный эпизод, который может быть неосознанным и непреднамеренным, а постоянный паттерн.

Чаще всего психологическое насилие имеет следующие формы:

• контроль действий: ограничение круга общения, требование отчетов о своих действиях;

• эмоциональное насилие: внушение чувства вины, стыда, требование благодарности/любви;

• обесценивание: обидные замечания, непризнание достижений, преувеличение недостатков, придирки, необоснованная критика;

• внушение: навязывание установок и убеждений;

• бойкот: наказание молчанием, игнорированием, дистанцированием;

• газлайтинг: убеждение в неадекватности, неправильном представлении о мире.

Газлайтинг встречается очень часто и может быть довольно незаметным:

• человека убеждают, что он глупый, некомпетентный, ничего в обсуждаемом вопросе не смыслит. Причем нередко делают это публично;

• когда жертва пытается напомнить агрессору о каком-то нехорошем действии с его стороны, тот уверенно заявляет, что ничего такого не было, а у собеседника проблемы с памятью. Ну а что, на диктофон же никто не записывал и на видео не снимал;

• если жертва озвучивает мысль, что такие отношения ее не устраивают, партнер заявляет, что его оговорили – ее подруги, родственники, друзья;

• в ответ на претензию или просьбу перестать унижать газлайтер говорит, что проблема в чрезмерной чувствительности жертвы: «все нормально общаются, а она одна какая-то слишком уж нежная. Слова не скажи!»;

• нередко в ход идет перекладывание ответственности. Это не газлайтер изменил/ударил/наорал, это жертва его довела («монстра из нормального человека делает!»).

Газлайтинг может привести к тому, что жертва вообще перестанет доверять себе. Процесс этот развивается обычно долго, и человек просто не замечает, как день за днем растет сомнение в своей адекватности. В какой-то момент начинает верить, что проблема действительно в нем. В самых тяжелых случаях начинает видеть мир так, как его рисует агрессор, во всем опирается на его мнение и впадает от него в зависимость.

К газлайтингу могут прибегать не только романтические партнеры, но и родители, учителя, руководители. Например, начальник может внушать подчиненному, что тот слишком многого хочет, требуя соблюдать трудовой кодекс, и вообще нужно отдавать всего себя компании, работать в выходные и выполнять неоплачиваемые дополнительные поручения. А как иначе? Все так трудятся! Если не устраивает, то он или зарвался, или просто лентяй, и вообще незаменимых нет. Учителя могут газлайтить ученика, унижая его и внушая, что «старших надо уважать». Или рассказывая, что «нормальные дети на пятерки учатся» (спойлер: нет, особенно в старших классах), «не красят волосы и вообще думают только об учебе». В случае с родителями газлайтинг может выглядеть, например, как постоянное вмешательство в личную жизнь взрослых детей и истерики в ответ на попытку как-то остановить неуемное любопытство.

Иногда человек может ляпнуть что-то, не подумав, случайно задеть чьи-то чувства. Это не значит, что он злостный манипулятор. А вот если такое происходит постоянно, если партнер не извиняется, а главное – не меняет своего поведения после того, как вы сказали, что вам неприятно, то пора задуматься, нужны ли такие отношения.

Можно сказать, что газлайтинг – это в каком-то смысле тест на самоуважение. Если ваши мысли и чувства важны, то вы такого отношения к себе не потерпите. Но если голос манипулятора повторяет то, что вы говорите себе внутри, то сомневаться в себе вы начнете очень скоро. Так что в ситуации газлайтинга на жертву нападают двое: манипулятор и она сама.

При газлайтинге жертва путает насилие с собственной неуверенностью. Но нередко насилие скрывается под другими масками.

Забота как насилие

Самая частая форма психологического насилия, которая выглядит как забота или даже любовь, – это тотальный контроль. Человек хочет знать о партнере все: куда он пошел, с кем разговаривал, что делал. Поначалу это воспринимается как забота. Действительно, если заботится, то хочет знать, все ли в порядке, в достаточной ли безопасности находится любимый человек. Но при тотальном контроле такая «забота» нарушает личные границы, и чем дальше, тем больше. В какой-то момент начинаются запреты: с этим не общайся, туда не ходи. Причем не всегда это звучит как приказ, куда чаще как выражение своего мнения. Причем нелестного – о друзьях жертвы, родственниках, коллегах и работе в целом. Партнер находит способы убедить жертву, что с этими людьми общаться не стоит: друзья ей вовсе не друзья, и работа только стресса добавляет. Со временем уговоры становятся все более настойчивыми и даже агрессивными. Если жертва как-то пытается свои границы отстоять, в ход идут манипуляции и разные виды психологического насилия – разговоры о ее неблагодарности, о том, что в людях вообще не разбирается. Так потихоньку партнер получает над ней все больше власти.

Контроль под маской заботы встречается не только в романтических отношениях. Родители тоже используют похожие приемы при общении со взрослыми детьми. Например, при подготовке к свадьбе мама «из лучших побуждений» пытается организовать торжество так, как хочет она, а не молодожены. Или она может прийти в гости и, «желая помочь», устроит уборку или купит в дом молодой семьи что-то, что она посчитает нужным. И только попробуйте не принять – тут же станете бессердечными и неблагодарными! Таким образом мама незаметно устанавливает свои правила в чужом доме. А когда появляются внуки, поводов обрести власть над другими людьми становится еще больше.

За маской заботы могут прятаться стремление к соперничеству и желание самоутвердиться. Например, друг как будто из лучших побуждений может сказать что-то обидное: «Ну кто тебе правду скажет, если не я. Слушай, твоя машина, которой ты так гордишься, честно говоря, вообще ужасная». Или подруга может заявить: «Ты, конечно, молодец, что стараешься выглядеть хорошо. Но, понимаешь, с твоими кривыми зубами все впечатление портится. Ты бы хоть брекеты себе поставила».

Такое общение не просто непрошеные советы и нарушение психологических границ, это еще и возможность возвыситься за счет другого. Ведь тот, кто дает оценку, как будто лучше знает и больше прав имеет.

Забота становится насилием тогда, когда кто-то придерживается позиции «я лучше знаю, что тебе нужно», игнорируя при этом желания второго, и/или когда цель коммуникации в том, чтобы что-то получить – власть, ощущение собственной важности и нужности, подтверждение своей «идеальности» и т. п.

P. S. Самое важное, что нужно знать о насилии, – его нельзя спровоцировать: за причинение вреда и применение силы отвечает только тот, кто это действие совершил. У него всегда есть выбор – расспросить, промолчать, взять паузу, уйти, оскорбить, ударить. Если он выбирает насилие, то это его и только его ответственность.

Не-извинения

Любой человек может случайно кого-то обидеть, резко выразиться, не выполнить обещания. И все по-разному реагируют на ситуацию, в которой или они сами чувствуют себя виноватыми, или партнер говорит о своей обиде. Но некоторые люди не извиняются вовсе. Или делают это мимикой, жестами, действиями. Слово «прости» не говорят, но осторожненько наливают человеку чай. А есть и такие, кто прощения просит, но делает это так, что лучше бы промолчал. Почему так трудно извиняться и почему есть те, кто не делает этого вообще?