Екатерина Неками – Настольная книга офисного работника (страница 19)

Чувствуя почти заслуженный тяжёлый взгляд на себе, Гладиолус смягчился:

— Единственное, что может связывать этих двоих — мотоциклы, — признал он. — В банке только эти двое предпочитают их. Но даже в гараже они паркуются в разных углах.

Ноктис поджал губы и отпустил Глада.

«Единственное, что их связывает». Ему бы хотелось, чтобы это было именно так.

***

На улице стемнело. Ноктис снова остался после рабочего дня один в общем зале отдела. За дверью Фэррон как всегда горел свет. Он собирался зайти к ней опять, чтобы показать, что хренов Страйф ничего не значит. Ноктис не отступит из-за этой преграды.

Весь сегодняшний день он боролся с желанием пойти, разыскать Страйфа и всё-таки спровоцировать его на драку. Единственное, что отвлекало — работа.

Ноктис почти закончил с заданием, которое начальница поручила ему утром. Ему нужно было показать ей результат. Не хотелось опять почувствовать себя идиотом, просто так ворвавшимся в её кабинет.

Кэлум не успел. Фэррон вышла сама, прежде чем он собрал со стола все папки.

Ноктис сглотнул. По силуэту в полумраке было видно, что она переоделась. Значит, собралась ехать домой на мотоцикле. После слов Глада Ноктис испытывал странное чувство ненависти и к этому неодушевленному предмету.

Лайтнинг подошла к его столу. Уже поднявшийся с места Кэлум резко откинул папки на столешницу. Лайтнинг отчего-то почувствовала угрозу, будто Ноктис специально освободил руки. Странная мысль проскользнула в её голове — если бы он привычно сидел, то меньше походил бы на изготовившегося к прыжку зверя. Она остановилась, даже не доходя до светового пятна от его лампы, и сдавила в руке ворот шлема.

— Снова задерживаетесь на работе? — спросила она. Полумрак скрывал лицо Фэррон, и Ноктис не мог понять, действительно ли ему слышатся нотки издевки в её голосе или, наоборот, она холодна как айсберг.

— Уже закончил, — коротко ответил он.

Лайтнинг всё же пришлось сделать шаг, чтобы рассмотреть беспорядок на столе Ноктиса. Папки, которые ей как никому другому набили оскомину за эту неделю. Она не забыла о том, что поручила ему утром, но всё же не до конца доверяла, поэтому параллельно с ним выполняла эту же работу весь день. Увлечённая воспоминаниями о расчетах, Лайтнинг сделала шаг к документам и отложила свой шлем в сторону.

— И какой результат? — спросила она, еле заметно улыбнувшись, даже не смотря на Ноктиса.

Отчего-то его разозлило такое невнимание к себе.

Сука, Фэррон. Опять бумаги и цифры для неё важнее. Он прошлой ночью уже вдоволь налюбовался ею за работой: когда вся её ершистость и твердость характера растворялись перед графиками и формулами, Клэр становилась рассеянной, способной уснуть над документами, почти милой.

Ноктис со странным порывом сделал шаг к Фэррон — уже непривычно близко. Повернул к себе и прижал к столу. Руки его в какой-то момент оказались на её бёдрах. И ему захотелось выругаться сквозь зубы: кожа мотоциклетного костюма сидела идеально, так что под его большими пальцами с невыносимой точностью прощупывались высокие косточки её таза.

Лайтнинг зло посмотрела Ноктису в глаза. На черта приблизилась? Чувствовала же, что он поведёт себя неадекватно. Но от его прикосновения, того, как твёрдо и уверенно он держал её, тепло разливалось внутри. Он знал, что хочет, она…

Лайтнинг понимала, что физически её влечёт к Ноктису. Это какая-то несправедливая комбинация гормонов, которая противоречит здравому смыслу. Запретность чувств по отношению к её подчиненному, сыну её руководителя только обостряла желание.

Как бы хорошо им не было вместе, потом все это принесёт сплошные проблемы.

— Убери руки, если не хочешь получить по лицу, — тихо, но твёрдо сказала Лайтнинг, смотря ему в глаза.

Ноктис только сейчас понял, что все это время не дышал, видимо, ждал этой угрозы. Ждал, когда Лайтнинг наконец поставит его на место. Ноктис так и не разжал пальцев.

— Фирма «Магитех», — сказал он тихо.

Лайтнинг коротко вздохнула. За туманом близости она не сразу поняла, что он говорит о работе. Но название этой фирмы ей было слишком знакомо. Она сама вычислила его час назад.

— Не слишком ли большой разброс услуг: от охраны до оформления банкетов? — уточнил Ноктис, сглотнув. Все-таки они были очень близко друг к другу.

Лайтнинг, смотрящая в его глаза, снова улыбнулась. От этой улыбки Ноктиса чуть не повело. Она была тёплой и невесомой, почти как поцелуй в уголок губ. И такой ценной — тень её поощрения и доверия.

Про «Магитех» все верно. Фэррон тоже пришла к подобному выводу. Скорее всего это и есть заглушка, через которую выводились средства из фирмы. Лайтнинг выпуталась из рук Ноктиса и отошла.

— Хорошая работа, — похвалила она. Женщина говорила куда-то в сторону, пока он касался лицом пространства, что та занимала секунду назад. И это не была неудачная попытка поцеловать ускользающую женщину. Он почему-то знал, что второй раз предупреждать та не будет. Она ударит. Скорее Ноктис хотел хоть как-то притушить желание.

— Вы можете завтра не приходить на работу. Отдохните за эти два дня, — наверное, Лайтнинг смогла наконец сказать эти слова поощрения только потому, что Ноктис был за её спиной, а она не видела его чертовых глаз.

Забрав шлем, Фэррон собиралась наконец уйти. Ноктис поморщился, будто она сунула ему какую-то дрянь вместо себя.

— Клауд Страйф, — проговорил он и увидел, как спина Фэррон выпрямилась. Она напряглась — явный признак, что Ноктис понял все верно. Страйф ей небезразличен.