Екатерина Насута – Ведьмы.Ру 3 (страница 65)
Василий вздохнул.
— Особенно я. Я… так и не создал империю. И не женился. И в принципе, неудачник, похоже…
— Ха! — Данька обнял второй рукой Василия. — Как и я! Я тоже империю не построил, и вообще ничего не построил. И не женился. И… и да, пора клуб открывать! Родительских разочарований. Мы должны держаться вместе! Вместе — мы сила!
Ляля остановилась и обернулась.
— Уль, а как думаешь, если вот так? К дому подлетает вертолёт. Слепит прожектором в балкон. С вертолёта сыплется спецназ. Ну, такой, в чёрной одежде и с ружьями…
— Спецназ не сыплется с ружьями! Ружья — это прошлый век!
— Не критикуй! Это только идея… в общем, они прорываются в квартиру и всех кладут на пол. А потом девушку поднимают, и один встаёт на колени и говорит так, мол, дорогая, если ты не согласишься стать моей женой, я всё равно тебя украду и увезу на край света. Романтично?
— Ляль, а почему твоя романтика с каким-то оттенком хоррора⁈ — уточнила Ульяна. — Мелецкий, ты этого не слышал!
— Так… красиво же! И душевно.
— Ага, ещё пусть свяжут, — посоветовал Мелецкий. — Чего? На будущее. Когда она допрёт, что это не спецназ, а творческое предложение руки и сердца. И захочет чем-нибудь тяжёлым приложить этого жениха…
— Свяжут… точно! Серебряные браслеты! Он скуёт её с собой…
— Уль, а давай вернёмся к варианту с лопатой? Жених просто оглушает невесту… ну или наоборот. Что? Я за равноправие. Главное, лопата — она… менее травматична и общественной опасности в отличие от иных её идей не представляет.
— И потом, когда она согласится, разъединит. И наручники станут брачными браслетами…
— А если она не согласится? — уточнил демон, подходя к жёлтому автобусу. — Теоретически.
— Васёк, поверь, когда тебя прикуют браслетами к спецназовцу с ружьём, то любая согласится. Исключительно в целях самосохранения. Но не факт, что во время брачной ночи не оторвёт голову. Ну или подушкой не придушит.
— Как правило, демоницы предпочитают яд, — уточнил Василий.
— Ай, нет в вас духа романтики, — Ляля обиделась.
— К счастью, нет, — Ульяна запрыгнула в фургон. — Поехали… и это, если документы у нас, то, может, не надо набег устраивать? На контору…
— Ты что? А дух романтики⁈ — возмутился Мелецкий. — Надо начинать с малого. Сначала набег на контору. Потом — на невесту… правда, Ляль?
Глава 27
О некоторых особенностях и сложностях работы
Наум Егорович снова задремал, правда, подумалось, что от этакой жизни и отупеть недолго, причём без всяких там препаратов. Спишь да ешь.
Ешь да спишь.
Санаторий, чтоб вас. И плевать, что строгого режима. Впрочем, Женек тоже не стал отказываться от тихого послеобеденного сна. Вытянулся вон на кровати, одеяльцем укрылся и сопит себе. Ну и Наум Егорович воспоследовал.
Проснулся он от шороха.
Глаза открыл и увидел мышь.
— Доброго вечера, — поздоровался он превежливо.
— Пи, — сказал мышь, изобразив поклон.
— Я тоже рад новой встрече, — Наум Егорович потянулся и сел. Голова была слегка ватной, как оно бывает после долгого внеурочного сна. Тело ленивым и мягким. И сам он ощущал себя расслабленным, что, с одной стороны, было категорически неправильно, а с другой — давно хотелось в отпуск.
А тут вроде и отдых, и в то же время в рабочее время. Да ещё и премиальные выписывают, за сложные условия труда.
— Он тоже рад тебя видеть, — отозвался Женька, потягиваясь и зевая во всю ширину пасти.
— Пи-пи! — мышь ударил кулаком в нагрудник.
— Он принёс свежую память. В смысле, для записей. Менять придётся.
Наум Егорович кивнул и пощупал голову. Вот надо будет сказать, чтоб в следующий раз придумали способ попроще, чтоб без регулярного членовредительства.
— Погоди, сейчас помогу, — ведьмак снова зевнул.
Зараза…
Теперь и Наума Егоровича повело.
— Пи, — мышь, забравшись на кровать, терпеливо устроился в ногах, откуда и наблюдал за действиями. — Пи-пи…
— В общем, твоя контора…
— Не моя. Я там временно.
— Нет ничего более постоянного, чем временное, — философски заметил Женька и на что-то нажал, отчего за ухом онемело, да и само это ухо перестало слышать. С другой стороны боли нет.
Хотя…
Наум Егорович чувствовал, как пальцы ковыряются в микроустройстве.
— Блин, кто это придумал… как оно вытащить.
— Нажать надо, — подсказал Наум Егорович, — погоди, я сам.
Он надавил на выступ, высвобождая бусину. А уже ведьмак сунул вторую.
— Так вот, они на связь вышли, так что теперь работаем как бы вместе.
Наверное, это хорошо.
Отлично даже.
— Гай Юлий принёс какую-то хреновину, которая усилит сигнал.
— Пи!
— Ага. И даст возможность подключиться к их компам. Правда, радиус небольшой, а тут сигнал глушат, но это временно… везут какой-то пробойник. Или что-то вроде… короче, к утру поставят. Главное, чтобы потом местные безопасники не засекли подключение к сети, но это уже не от нас зависит.
— А нам чего делать?
— Нам? Нам велено не лезть на рожон.
— И мы не полезем? — с некоторой печалью спросил Наум Егорович. Спать больше не хотелось, ужин… ладно, ужин — мероприятие важное, требующее присутствия. Но потом-то?
Валяться?
Снова спать? Нет, было дело, что Наум Егорович мечтал выспаться. Но он уже мечту исполнил.
— Пи! — жёстко сказал мышь, убирая бусину куда-то под кирасу. — Пи!
— На нижних уровнях усилители не работают. Там попробуют подключить через местную сеть, а дальше всё-таки с новым пробойником, в теории должно получиться, но не факт. Там в принципе техника часто из строя выходит, поэтому туда придётся самим, но это позже. Ночью пойдём, — успокоил Женька.
— Пи?
— От поддержки не откажемся. Я так и не понял, что там прячут. Только аккуратно. Не надо, чтоб вас засекли.
— Пи! — сказал мышь и исчез.
— Обиделся, — Евгений почесал макушку и передразнил. — Его подчинённые — опытные диверсанты… надо же, какие нежные. И сказать-то нельзя.
— Слушай, а это нормально, что ты мышиный понимаешь?