Екатерина Насута – Ведьмы.Ру 3 (страница 32)
— Да. Я ведь живой человек. И я понимаю, что то место, что его организовали не просто так и не ради Марго. Скорее она здесь, если не случайно, то лишь как удобный элемент и только. Но они не захотят терять это вот место и ресурсы, на него потраченные. Устранение Марго — оптимальный вариант. Или меня. И работу эту предлагают не просто так. Ехать не хочется…
— Тогда не надо.
— Надо. Они… если я не приеду, это будет почти признание. А если приеду, то, скорее всего, навесят жучков или чего-то вроде… хуже всего, если у них есть менталист. Или, не знаю, зелья там… я ведь могу и рассказать, что видела.
Она замолчала и, повернувшись к дороге, сказала:
— Кажется, сюда кто-то едет…
Василий присутствие посторонних давно ощутил, как и жар, исходящий от техники. Ведьмина тропа продолжала сопротивляться, и поэтому техника замедлилась, но всё-таки кто-то да прорвался.
Из клубов пыли, которые вдруг поднялись и повисли над дорогой этакими грозовыми облаками, вынырнул автомобиль. Подпрыгнув на дороге, он вдруг начал вилять, а потом и вовсе остановился.
— Что за… — дверь распахнулась и на дорогу вывалился мужчина в белой некогда рубашке. Теперь под рукавами её расплывались круги пота. Лысина сияла. И сам мужчина дышал сипло, тяжко, отфыркиваясь. — Что тут вообще… я буду жаловаться!
— Простите? — Элеонора нервно сжала ладонь.
— Здесь явно установлены запрещённые артефакты! — голос у него был трубным и громким. Это тоже мешало сохранению психологического равновесия.
И лоб зачесался сильнее.
— Беспредел! Я вызываю полицию… немедленно! И войска!
— И спасателей, — подсказала Элеонора.
А Василий подумал, что если оторвать голову сейчас, то свидетелей не будет. Почему-то он не сомневался, что Элеонора его не выдаст. Но смутился этих мыслей и потому вежливо спросил:
— А вы кто такой будете?
Почему-то прозвучало грубо.
Хотя, конечно, будь на месте Василия нормальный демон, вопрос он бы задавал, вежливо придерживая собеседника за горло. Отец говорил, что это очень способствует установлению близких и доверительных отношений.
Но горло конкретно этого субьекта было пухлым и потным. Поэтому хватать его не хотелось.
— Я — руководитель проекта! А ты кто?
— Василий, — сказал Василий, всерьёз задумавшись, нужно ли ещё что-то уточнять. Или имени достаточно.
— Василий… сейчас… — толстяк нырнул в машину и вынырнул с папкой, которой потряс. — Василиев тут нет! И вообще никого тут нет. По проекту.
— Мы есть, — Элеонора протянула руку. — Позволите?
— Обойдёшься! — человечек спешно убрал папку за спину. — И вообще… что тут происходит⁈ Почему тут до сих пор люди⁈
— Знаете, — Элеонора на отказ не обиделась, но изобразила улыбку. — Нам самим хотелось бы понять, что тут происходит. Каким именно проектом вы руководите и как здесь оказались?
— Так… строительство начинать надо. Сроки. У нас вот… распоряжение, — толстяк отчего-то смутился. — Реконструкция… надо дома сносить и вообще… вот… там техника. Сейчас… подъедет…
И где-то там, на краю поселения, загрохотало.
А Василий ощутил, как падает заклятье, пропуская ту самую строительную технику.
Глава 13
В которой садовое товарищество готовится нанести ответный удар
Ульяна замерла с бубликом в одной руке и кружкой чая в другой. Чай был травяным, но безумно вкусным. Он пах липой, ромашкой и всамделишним летом, которое бывает только в детстве, и там же остаётся, потому что взрослое лето всегда отравлено заботами, проблемами и прочей ерундой.
— Уль?
Ощущение было странным. Словно там, вдалеке, надвигалась гроза.
Только не живая, рождённая небом и летней жарой. Нет. Эта гроза несла с собой разрушение и вонь железа.
— Что-то там… там что-то происходит, — Ульяна отложила бублик, подумав, что если она и дальше будет питаться чаем с бубликами, то очень скоро сама округлится.
И совсем не там, где стоило бы.
— Что-то… нехорошее.
А ещё она ощущала свою волшбу. Или колдовство? Как правильно? Главное, что этакую вот ниточку, что протянулась от неё, Ульяны, к границе посёлка.
И грозу на границе.
Она пока копошилась, пробираясь ближе и ближе.
— Надо идти, — она вскочила.
— А сатанисты? — робко поинтересовался Никита. — Будем спасать? Всё-таки наши козлы…
— Каждый сам отвечает за своего козла, — произнёс Данила презадумчиво. — Я позвоню. Может, у бати найдутся знакомые…
— В службе защиты животных? — уточнил Никита и, сев на зад, потянул носом. — Что-то там… воняет.
— Вы тут? — Игорёк появился на кухне. — Там нас по новостям показывают!
— Опять? — Никитка подпрыгнул. — Когда успели… мы ж, вроде, тихо вчера.
— Не вчера. Сегодня. Поселок сносить едут.
— Чего⁈ — Ульяна подскочила.
И Данила подскочил.
И со звоном разорвалась нить, а ощущение грозы, точнее угрозы, навалилось, парализуя.
— Говорят, что здесь самовольная застройка, что было вынесено судебное решение… постановление… короче, чего-то там где-то там вынесли и они типа едут исполнять. — Игорёк осмотрелся и принюхался. — А чем это так пахнет вкусно?
— Бубликами?
— Нет… такое вот… прям и не знаю, как сказать, — он крутанулся, прислушиваясь.
— Горька! — рявкнул Никита. — Ты там говорил…
— А, да… я поэтому и шёл. Нате, — Игорёк сунул Никите телефон, ткнув в экран. — Любуйтесь…
— … жители посёлка выразили протест, — кухню заполонил чей-то бодрый голос. — Несмотря на существующее предписание они всячески…
Ульяна отряхнулась.
Нет уж.
Она не позволит! Предписание там или ещё что, но она просто-напросто не позволит лишить её дома. Мама? Её шуточки? Или это просто получилось так? Совпало?
— … мы имеем дело с организованной группой, действия которой нарушают существующее законодательство. Более того, имеются сведения, что на территории посёлка действует преступная организация, изготавливающая…
— Ложь, — выдавила Ульяна. — Какая организация… тетка Марфа и… кто организация…
Она глянула на экран.
Это… дорога. Точно. Развилка. Какая-то техника. Ульяна узнала кран с привязанной к нему гирей или как она там называется. И вон ещё пару бульдозеров. Серьёзный господин в костюме вещал о том, какую страшную угрозу для местной экологии и цивилизованного мира представляет садовое товарищество и его жители. И пухлая репортёрша старательно кивала.
— … наша задача вернуть процесс в русло существующего законодательства, поскольку…
— Я отцу звоню, — Данила вытащил телефон. — У него есть связи. Должны быть хоть какие-то… это ни хрена не законно!