Екатерина Насута – Не судьба (страница 16)

Часть 6 Новые знакомства

- Мама, - Ольга с трудом удержалась, чтобы не сделать шаг назад. – Это Раймонд… Раймонд – это мама… Софья…

- Без отчества, - мама окинула Раймонда холодным взглядом, которого обычно хватало, чтобы улыбка кандидата в женихи поблёкла. – Что за дурацкое имя? О чём думали ваши родители? И не надо тыкать в меня этими… что это вообще такое?

- Горные эфейры, - Раймонд вежливо протянул букет удивительной красоты цветов. Небольшие то ли колокольчики, то ли лилии, цвет которых Ольга, сколь ни старалась, не могла определить. То тёмно-лиловые, будто из сумрака сотворённые, то вот уже почти полупрозрачные, с нежно-розовым окрасом, которые постепенно перетекает в живое золото.

- Никогда не слышала. Понавыведут… - проворчала Софья Тимуровна, но уже как-то без прежнего напора. – Проходите…

И в квартиру всё-таки впустила.

Ольга выдохнула.

Вчерашний разговор был сложным. Нет, с мамой всегда было непросто. Сколько себя Ольга помнила, та была недовольна. Причем никогда нельзя было заранее понять, что на этот раз стало причиной.

Дождь за окном.

Или солнце.

Разлитая Ольгой вода из чашки. Неторопливость отца. Или же, наоборот, его суетливость. Причём сам отец нисколько не менялся. И на мамины язвительные замечания только кивал. Мол, извини, исправлюсь, только успокойся. А она вдруг брала и успокаивалась.

И добрела.

И улыбалась. И как-то вот становилось хорошо.

А потом отца не стало. А с ним ушли и эти солнечные часы спокойствия. Пусть тоже не сразу, пусть…

Мама застыла над вазой, глядя на букет. И выражение лица её стало таким вдруг, будто она вот-вот расплачется.

- Проходите, проходите… радость-то какая, - тётушка Нина принарядилась. Она ещё с вечера принялась наводить порядок на свой обычный лад. И старый сундук зачем-то открыла, достав не только скатерти с салфетками, но и это старомодное, в пол, платье. – Раймонд – красивое имя…

- Дурацкое, - отозвалась матушка, выходя из задумчивости. – И дети как? Раймондовичи? А вы у нас кем по батюшке будете? Часом, не Иванович? А то забавно звучит, Раймонд Иванович Сидоркин. Это я исключительно для примера.

Как ни странно, Раймонд ничуть не смутился.

- Раймондович.

- Раймонд Раймондович… прелестно. Просто прелестно.

- Это родовое имя, - пояснил он, протягивая букет и для тёти Нины. Та всплеснула руками, едва не выронив цветы, потом шмыгнула носом и заморгала часто-часто, того и гляди, расплачется.

А ведь и расплачется.

В полупрозрачных белёсых глазах стояли слёзы, правда, стоило взгляду сосредоточиться на Раймонде, как слёзы высохли. Серые, словно пеплом припорошенные, ресницы, дрогнули.

И…

Тетушка покачнулась, охнула, прижимая и руки, и букет к груди. И Ольга испугалась, что тетушка сейчас и вправду сознания лишиться. С ней такое случалось.

- Спокойно, - сказал Раймонд, подхватив тетушку под руку, отчего та застыла, кажется, и дышать позабыв. – Улыбаемся…

- И машем? – Ольга чувствовала, что происходит что-то не то.

Но… тетушка сглотнула и тоненьким голосочком поинтересовалась:

- Кому машем?

- Никому не машем, а идём… пить чай, - Раймонд отпустил локоть и улыбнулся ещё шире. – Напоите?

- Надо же, - матушка поправила букет. – Какой вы быстрый. Только появились и уже сразу на чай напрашиваетесь. Ольга, этак оглянуться не успеешь, и он в твоей квартире пропишется, а потом тебя же за порог и выставит!

- Мама!

- Что мама? Кто тебе ещё правду скажет. Явно же, очередной проходимец, который рассчитывает поправить своё состояние за твой счёт. В твои годы, Ольга, пора бы быть умнее.

Ольга заставила себя сделать вдох.

Мама.

Это просто мама. И она не со зла. Она действительно беспокоится. Просто… просто характер. Правда, Катюха утверждала, что помимо характера есть ещё нежелание над ним работать и что мама давно уже даже не пытается сдерживаться. И наверное, была права. Но от этого менее мамой она не становилась.

- Мама… Раймонд – герцог… и ему наша квартира не нужна.

- Конечно, у него ведь замок… - сказано это было тоном, который не оставлял сомнений, что именно матушка думает по поводу всяких там.

И их замков.

- Несколько, - поправил Раймонд и довольно спокойно. – И два дома. В разных городах.

Матушка фыркнула и повернулась спиной, всем видом своим демонстрируя неготовность верить самовольно провозглашённым герцогам, которые наверняка спят и видят, как бы обмануть неразумную дочь её.

Причём всё это снова читалось по прямой спине и ясно, и потому Ольга покраснела.

Неловко.

И не надо было затевать… знакомство… кого и с кем? Герцог из другого мира и… она? Даже если в другой мир поверить, то сегодня герцог есть, а завтра нет. Командировка закончилась или что у него там?

Прям классика.

- Нина, а ты что встала столбом? Или тоже очаровалась? От тебя такого не ожидала…

- На самом деле мама добрая, - Ольга снова чувствовала и вину, и растерянность и ещё обречённость. С Валентином после первой встречи они даже расстались. На целых три дня. Потом он, впрочем, вернулся, решив, что на Ольгиной квартире Софья Тимуровна не появляется, а потому, если держаться подальше, можно и как-то жить. – Извини… сейчас чаю попьём и можно будет уйти. А то она бы волновалась, звонила постоянно. Или пришла бы с проверкой.

- Кстати… - матушка бросила быстрый косой взгляд. - Ты говорила, что у тебя телефон сломался. Он ведь на гарантии?

- Уже нет.

- Прохиндеи… сейчас отвратительную технику делают. Так и норовит сломаться, как только истекает гарантия.

Тетя Нина проскользнула и спряталась в глубинах квартиры.

- Чайничек я поставлю…

- …и будете мне говорить, что нет никакого заговора производителей… - матушка радостно вцепилась в новую и такую удобную, почти нейтральную для обсуждения тему. – Но он же налицо… Нина, вот зачем ты берёшь эти салфетки? Это праздничные… а у нас нет никакого праздника! Не хватало ещё праздновать появление в доме приблудных самозванцев…

Ворчание, впрочем, было не злым, а каким-то… свойским? Обыкновенным? И так быстро… Ольге даже показалось, что матушка нарочно ушла допекать тётю Нину, понимая, что смолчать не сможет и не желая ссориться.

Показалось.

- Идём, - решилась Ольга. - Сейчас мама будет ругать производителей техники. Потом станет выяснять с тётей Ниной, кто побил очередную чашку из старого сервиза. Тут с балкона отличный вид открывается.

- Давай, покажи ему и квартиру, и вид с балкона. И ещё где документы лежат!

Точно, показалось.

Или всё-таки? Про внешность ничего не сказала. И про букет тоже…

- Кстати, ты ей понравился, - сказала Ольга, прикрыв балконную дверь. – Валентина она сходу обозвала проходимцем и сказала, что с его рожей только старых дев и обманывать…

Она фыркнула, вспомнив, как вытянулось лицо Валентина, полагавшего свою внешность, если не идеальною, то почти.

Вздохнула.

- Оказалась права…

- У меня нет намерений лишать тебя жилья…

- Да ладно, - отмахнулась Ольга. – Я же понимаю, что тебе это всё… не знаю, зачем оно надо, но не всерьёз.