Екатерина Насута – Эльфийский апокалипсис (страница 5)
– Младший?..
Инга Бера не то чтобы недолюбливала, скорее относилась к нему свысока, с той снисходительностью, с которой люди взрослые и занятые относятся к малым детям.
– В какой-то мере.
– Матушка твоя очень переживает.
– С чего?
– Как же… Кошкины фактически о помолвке объявили, а девиц всего две. И одну уже, можно сказать, забирают.
– Ты говоришь о них, как о котятах, которых надо в добрые руки пристроить…
– Скорее твоего братца надо в добрые руки пристроить. А по опыту скажу, что котят обычно куда больше, чем рук, готовых их взять. В общем, если не хочешь, чтобы твоя матушка приехала устраивать сердечные дела…
– У нее же жила!
– Поверь, Вед, – засмеялась Инга, – жил тоже куда больше, чем подходящих невест. Вот и переживает очень… Сегодня тот снимок по всем новостным прошел. А еще эльфы в официальном блоге владычицы пост выкатили поздравительный, а потом вроде бы от нашего посольства ноту выдвинули.
– Протеста?
– Скорее уж предупреждения… Ссылаются на какой-то замшелый пункт древнего параграфа, согласно которому девица теперь причисляется к дому жениха…
– И?..
– И по странному совпадению дом этот – владычицы. Вот ты знал, что приятель твоего братца – внук Пресветлой владычицы?
– Охренеть… – совершенно искренне сказал Ведагор, понимая, что действительно весьма к тому близок. – А с виду и не скажешь.
– Вот-вот, такой же раздолбай, как твой братец. В общем, матушка прогнозирует толпы желающих породниться…
– С владычицей?
– Ага.
– А мы тут…
– Смотри сам. У Ивана в родственниках кто? Бабушка его, которая за князя Чесменова вышла. И дядя, холостой, заметь… Думаю, очень скоро он об этом пожалеет. Матушка Ивана где?
– Понятия не имею.
– Не один ты, – согласилась Инга.
Вед представил, как она вытягивает ноги, а может, забрасывает их на пуфик и пальцами шевелит.
Тапочки она не жаловала. Носки тоже.
– И кто остается, кроме Кошкина, который, как любой застарелый холостяк, будет отбиваться до последнего?
– Твою ж…
– Вот! Понял… Остается сама девица и ее родня. Тем более ближе. Если одна сестра теперь эльфийская принцесса, то и вторая по логике – тоже где-то рядом. Так что скоро вас там ждет нашествие женихов.
Ведагор почесал переносицу.
– Скажи маме, что я все улажу. В конце концов, мы первые тут объявились.
– Именно, – согласилась Инга. – Объявились первые, а преимущество не используете. Хотя… девочка пока не знает, что от Волотова так просто не отделаться. Да и время есть. Геометку ты же не поставил, вот и… Волотов…
– А?
– Почему иногда мне тебя убить хочется, а иногда страшно за тебя до одурения?
– Это любовь?
– Любовь… наверное. Или психиатрия.
– А есть разница?
– Наука пока не пришла к единому мнению. Ты… Я вас тут прикрою. И перед матушкой твоей тоже. Есть чем отвлечь.
– Чем? – Ведагор чуть напрягся.
– А вот приедешь – узнаешь. Давай. И не смей пропадать!
– Да я…
– Ты. Не смей. Ни пропадать. Ни умирать. Я ж тебя и на том свете достану… дяде Жене позвонить не постесняюсь!
И к угрозе стоило отнестись всерьез. Родственники Инги были весьма известными в узких кругах людьми.
– Я тебя тоже люблю.
– Повтори, – голос слегка смягчился.
– Люблю, говорю. Тоже. Поэтому… ты аккуратней, ладно?
– Кто бы говорил.
– Я говорю. А я тут пока… Слушай, возможно, и вправду понадобится консультация твоего дяди Жени. Он в столице?
– Пока да.
– Попроси приехать. В Конюхи. Хочу ему показать кое-что.
Зря Мелкому весь флакон отдал. Надо было сцедить слегка. Хотя не факт, что зелье сохранило бы свойства вне флакона. Но следовало все же признать, что мозги в тот момент работали туго.
– Знаешь, Волотов, чем дальше, тем больше мне хочется приехать…
– Не надо!
Не хватало еще ее опасности подвергать.
– Не буду, – неожиданно легко согласилась Инга. – В конце концов, у меня отпуск. Да и вообще… Тут природа, воздух свежий. Красота… Так что не задерживайся там особо. Похорони ублюдка и возвращайся.
Ведагор отключился и подумал, что ему удивительнейшим образом повезло с супругой.
Он опустил окошко, заприметив машину охраны. И начальнику ее кивнул.
– Доброго утра.
Утро не казалось таким уж добрым. Тьма, оказавшись на землях, ею же пронизанных, ожила, зашевелилась, спеша расползтись по телу.
Пускай. Барьер был прочен. Да и в целом она, отделенная от энергетических каналов, особой опасности не представляла.
– Доброго. – Вадик остановился в трех шагах. – А там нет никого.
– В доме? – Не ошибся он, выходит, в прогнозах. – И когда?..
– Гости начали разъезжаться сразу после инцидента. Причем будто кто-то команду отдал.
Может, и дал. Не обязательно носить ментальный подавитель, если тьма уже внутри.
– Сам хозяин?
– Не знаю. Дочь его отбыла. Очень недовольная. На мужа орать изволила. Идиотом обзывала и ничтожеством. Да и в целом по-всякому. Последними убрались официанты и прочая обслуга.
– А Свириденко?