Екатерина Началова – Сказки Лисы (страница 12)
Он резко снял с пояса оружие.
– Ты, – обратился ко второй. – Пока начинай.
Ариас не любил иллюзии, особенно те, что были созданы для его обмана. Тщательно выстроенная атмосфера высшего порока выглядела для него пустым карточным домиком. В комнате пахло приторно-сладко только для того, чтобы сбить крепкий мускусный запах от множества тел. Ухоженные самочки пахли другими также, как и везде, а наслаждение, которое они получали с ним, виделось ему только профессионально выверенной актерской игрой. Он знал, их шеи изгибаются тогда, когда нужно, а стоны раздаются точно в тот момент, когда должны раздаться. Порядок один: девочки работают, клиенты платят. И музыка играет исключительно для того, чтобы обманом заглушить звенящую пустоту фальши, которая наотмашь ударила бы по вискам, дай ей волю.
Ариас откинулся на кровати. Улыбки не было, удовольствия тоже. Сейчас требовалось стиснуть зубы и изваляться в нечистотах; механически снять с себя запах Лисы. Бессердечный змей из его сказки должен желать и иметь других. Все должно быть логично: Лиса с разбитым сердцем и его запахом, он с улыбкой и новым запахом. Глупо прокалываться в деталях.
«Когда же этот проклятый день уже закончится…»
От мыслей его отвлекли звуки. Ариас приоткрыл глаза и почти с ненавистью посмотрел на прыгающую на нем сероглазую брюнетку. Осекшись, та замолчала, перестав издавать притворно страстные стоны.
«Понятливая хотя бы…»
– Достаточно, – остановил. – Следующая.
Он закрыл глаза, думая о дрожащей кареглазой змейке в мокром платье, и ее бедрах под своими руками.
…
Когда Ариас освободился, непроницаемое покрывало ночи уже полностью окутало город. Магические фонари освещали улицы своим теплым оранжевым светом совсем ненавязчиво, стараясь не мешать снам спящей золотой столицы.
Максимально бесшумно, чтобы не услышали даже Волки, могли передвигаться только Змеи. Ариас неслышно шагал по мощеным дорогам, оставаясь незаметным для редких встречных, а затем пробрался по старым наружным стенам постоялого двора, целеустремлённо продвигаясь к комнате, в которой спала Лиса.
Ночь была безлунная. Небольшое окно и на этот раз не стало преградой для гибкого Змея. Лиса крепко спала на узкой кровати, укрывшись одеялом. В непроницаемой кромешной темноте Ариас видел тепловой след её тела.
Он тихо шагнул к кровати и осторожно опустился прямо на пол. Из-под одеяла, в которое Лиса завернулась как в кокон, торчал только нос и кисть руки. Змей потянулся, прокрадываясь рукой к спящей и замер, коснувшись кончиками пальцев теплой женской ладони.
Осторожно опустил голову на край матраса, и застыл так, ощущая тепло, впитывая ее близость и запах. Только для этого и пришел. Понял, что, если не ощутит, не прикоснется к ней, может не хватить сил, чтобы справиться. Сосуд Ариасу уже не требовался, а вот Лиса была нужна.
Он говорил с ней мысленно, еле-еле двигая пальцами, буквально воздухом поглаживая крошечный пятачок кожи спящей Лисы.
«Твой высший змей адски устал, лисичка… Даже не до шуток. Представляешь такой вариант? Хотел бы тебе рассказать кое-что… Ты ведь не знаешь… Мы с тобой повстречали сегодня великого невидимого змея. С самого утра нас сопровождает сам Уроборос: бесконечная змея, которая схватила себя за хвост. Это предвестник перемен… Кусает Уроборос кончик хвоста и бесконечно истекает кровью. Да, вот так… Поэтому было бесконечно тяжело. Смотрел на нас великий змей весь день, щедро делился своим временем и болью, а завтра по выдержке отмерит каждому следующий виток. И тебе, и мне змей дал испытание по границе силы. Чем ты сильнее, тем тяжелее приходится. Посмотрим, посмотрим… Думаю, мы с тобой справились. Я расскажу тебе об Уроборосе… позже. Когда смогу. Когда ты захочешь меня слушать».
Ариас еще лежал так пару десятков минут, беззвучно шевеля губами. Почувствовав, что начинает проваливаться в сон, он заставил себя подняться и бесшумно выскользнул в окно. Высшему Змею тоже нужен отдых.
Проклятый день закончился.
Глава 12
И проснулась.
Ослепительный солнечный луч бил прямо в глаза. Кто же так непредусмотрительно ставит кровати… Или это тонкий расчет, чтобы вставать на рассвете? Откинув длинный змеиный сон, я недоверчиво прислушалась к себе, боясь, что внутри опять заноет, заболит и скрутит узлом. Пока было неплохо – спокойно… Относительно вчерашнего так вообще великолепно, даже можно попробовать улыбнуться.
Я осторожно растянула губы, улыбаясь видавшему виды желтоватому потолку.
Ну вот, не так уж страшно.
Значит не смертельно влюбилась. Значит, это раненое самолюбие вчера активно истекало кровью, а в реальности все хорошо. Действительно, что плохого? Источник нашли? Нашли. И неважно, что это я. Желаемое все участники получили. Хотела попробовать великородного – пожалуйста… Послевкусие сложное, зато процесс – выше всех похвал. Хотела в столицу? Ариас сдержал слово: я уже здесь, переночевала и даже видела дракона. А теперь появился реальный шанс, что таинственный верховный маг отправит меня домой…
Домой…
По сравнению с прошлыми месяцами, теперь это слово звучало туманно, а само понятие «дом» смылось, словно акварельная картина, на которую плеснули водой. За последние дни я почти о нем не думала. Странно… У Быка я вспоминала и скучала о доме каждый день. Сейчас я попыталась вспомнить родных, любимый город с тысячью огней, любимую квартиру с горячей водой и электричеством, но воспоминания вдруг стали казаться зыбкими, как поверхность озера. Поэтому я с опаской оставила их, боясь тронуть ненадежную подрагивающую гладь.
В дверь постучали.
– Да?
– Лиса, – голос Ариаса из-за двери звучал так непривычно строго, так что я насторожилась. – Одевайся, собирайся. Я жду внизу.
– Встаю, – откликнулась, опять на секунду забыв, что было «вчера». Может не было? Я решила не думать.
Рубашка, штаны… Сбегать в отхожее место. Взять кувшин с водой, предусмотрительно стоящий у двери, быстро почистить зубы и умыться, обтереться тряпочкой. Волосы расчесать пальцами, так как расчески нет. Я привыкла.
Ариас стоял на улице, успокаивая мотающего головой коня. Хотя движения его внешне выглядели традиционно расслабленными, Ариас помалкивал и был явно сосредоточен. Подсадив меня в седло, он не стал устраиваться рядом, а повел коня за узду, поглядывая на встречных прохожих.
Дорога вела вверх на гору, и чем выше мы поднимались, тем красивее становилось вокруг. Дома были все внушительнее, богаче, а встречные все великороднее и значительнее. Я впервые увидела настоящего знатного Быка, мощную грудь которого украшали алые рубины. От него не пахло кислым тестом, не было видно потёков грязи на руках. Нет… Он с ног до головы выглядел как отполированный слиток золота.
Я смотрела на спину Ариаса, за которой крестом торчали рукояти длинных клинков, так ему и не пригодившихся. Относительно узких бедер спина была широкой и неожиданно – напряженной. Покачиваясь в седле и глядя на сосредоточенно шествующего воина, я вдруг поняла, что всё серьезно, что я еду на ту самую встречу, с тем самым волшебником, который может все изменить. В такой ситуации не до беззаботных улыбок.
Напряжение охватило и меня. Из головы начали вылезать многочисленные «а вдруг». Как себя вести: робко и тихо или уверенно и настойчиво? А если не отправит, что делать? А если отправит?! Таор с Дреем ещё не приехали, значит я даже не попрощаюсь? Получается, есть смысл приготовиться к прощанию с этим городом? С миром? С Ариасом?
Внутри тоскливо и тонко заныло.
«Я ведь этого хочу?» – с отчаянием спросила себя.
С ужасом поняла, что не могу ответить однозначно. Могу только уверенно сказать, что «хотела», но теперь не уверена. Как такое может быть? Как я могу быть «не уверена»?! С другой стороны, а как я могу быть уверена? Я мысленно переругивалась сама с собой, осознавая, что это раньше у меня не было ничего, но сейчас кое-что появилось… Кажется, друзья. Таор, Дрей, Крис, Катя… Появился даже Ариас, который, пусть и не хочет этого, но всё равно – случился…
А там, в том мире есть ли друзья, способные на ту же верность и на ту же честь, что и великородные? Способные защитить не то, что от монстра, а просто – от огрызающегося прохожего? Способные сдержать слово, даже когда соблюдать его неудобно и невыгодно?
Я не уверена… Не уверена, что во всем моем городе есть такие люди. Может и есть, но я их, наверное, не знаю, да и не узнаю никогда. У нас там другая жизнь, по другим принципам. Фоточки, кафешки… Сейчас мне кажется, что это здесь все по-настоящему, а там – просто фальшь. Сплошная ненастоящая сказка.
А если я сегодня уйду, я буду скучать?
…конечно, конечно, конечно.
В итоге, когда Ариас остановил коня и спустил меня вниз, я не отводила от него тревожного взгляда. Какой же он все-таки красивый… Особенно сейчас, с сощуренными глазами и упрямо сложенными губами.