Екатерина Мордвинцева – Право на любовь детектива (страница 36)
— Хотел выведать правду. Ради Элинор.
— И погиб.
— Но оставил нам ключи. Письма, перстни, чертежи. Он всё предусмотрел.
Стивен посмотрел на неё.
— Ты веришь, что он знал, что умрёт?
— Думаю, допускал. Но надеялся, что обойдётся.
— Не обошлось.
— Не обошлось.
Они помолчали, отдавая дань памяти человеку, который стал жертвой своей смелости.
— Что будем делать с этим письмом? — спросила Оливия.
— Сохраним. Это ещё одно доказательство против Ашера.
— Если доживём до суда.
— Доживём. Обязательно.
К вечеру они закончили с архивом. Нашли всё, что могли — заказы, письма, упоминания. И главное — подтверждение того, что Игнатиус Вест был жив все эти годы и общался с Вейном.
— Теперь понятно, почему Ашер его убил, — сказал Стивен, собирая бумаги. — Вест знал слишком много. И мог заговорить.
— Но он не заговорил, даже когда мы нашли его.
— Потому что боялся. И правильно делал. Посмотри, чем это кончилось.
Оливия вздохнула.
— Иногда мне кажется, что правда слишком дорого стоит.
— Правда всегда дорого стоит, — ответил Стивен. — Но ложь — ещё дороже.
Они вышли из архива под всё ещё моросящий дождь. Стивен снова раскрыл зонт, Оливия прижалась к нему.
— Спасибо за сегодня, — сказала она. — За день. За чай. За разговор.
— Не за что. Мне тоже было хорошо.
— Правда?
— Правда. Я давно не проводил время так... просто. Без погонь, без перестрелок, без трупов.
— Это называется "нормальная жизнь".
— Я забыл, как это бывает.
— Ничего, — она улыбнулась. — Я напомню.
Он посмотрел на неё — мокрую, с каплями дождя на ресницах, улыбающуюся — и вдруг понял, что хочет, чтобы эта "нормальная жизнь" длилась вечно.
— Пошли домой, — сказал он.
— Пошли.
Они пошли под дождём, прижимаясь друг к другу, и в этом простом движении было больше счастья, чем во всех расследованных делах и пойманных преступниках.
Потому что счастье — это когда рядом тот, кому ты нужен.
И они нашли друг друга.
Глава 17
После архивного дня прошло два дня.
Они работали не покладая рук — Стивен проверял связи Ашера, Оливия училась у Ортеги контролировать свой дар, Эдвард собирал информацию о коррумпированных стражниках. Дело обрастало новыми деталями, как снежный ком, но главная загадка — кто убил Вейна — оставалась неразгаданной.
В тот вечер они возвращались от Ортеги. Стивен, как всегда, провожал Оливию домой — теперь это стало ритуалом, который никто из них не обсуждал, но оба ценили.
Город погружался в сумерки. Фонарщики зажигали масляные лампы, редкие прохожие спешили по домам, где-то вдалеке играла музыка — в тавернах начиналась вечерняя жизнь.
— Ты сегодня молчаливый, — заметила Оливия, заглядывая ему в лицо.
— Думаю.
— О чём?
— О том, что мы упускаем что-то важное. Какая-то деталь, которая свяжет всё воедино.
— Например?
— Не знаю. Если бы знал, уже связал.
Она улыбнулась.
— Ты слишком много требуешь от себя.
— Кто-то должен.
Они свернули в переулок — короткий путь к её дому. Здесь было темно, фонари горели редко, и Оливия невольно придвинулась ближе к Стивену.
И вдруг он остановился.
— Что? — спросила она.
— Тихо.
Он прислушался. Оливия тоже замерла, вслушиваясь в ночные звуки. Где-то лаяла собака, шумел ветер в кронах деревьев, и...
Шаги.
Несколько пар. Сзади. Слишком ровные, слишком синхронные, чтобы быть случайными прохожими.
— За нами следят, — тихо сказал Стивен. — Не оборачивайся. Идём спокойно.
Они пошли дальше, не меняя темпа. Стивен краем глаза оценил обстановку — тени в конце переулка, их было трое, может, четверо. Профессионалы — не нападают, просто ведут.
— Сворачиваем налево, — шепнул он.
Они свернули в другой переулок, ещё более узкий. Шаги сзади ускорились.
— Бежим, — сказал Стивен и схватил её за руку.
Они побежали.
Оливия едва успевала за ним — он тащил её за собой, петляя по лабиринту старых улочек. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, но рука Стивена была тёплой и надёжной, и это придавало сил.
— Сюда! — он рванул в проход между домами, такой узкий, что пришлось протискиваться боком.
Вылетели на другую улицу. Стивен огляделся, оценивая обстановку.
— Есть идеи? — выдохнула Оливия.