Екатерина Мишина – Длинные тени советского прошлого (страница 42)

• «фундаментальные изменения, происходящие в мировой экономике и политике, процессы глобализации, а также внутренняя динамика развития страны не позволяют останавливаться на достигнутом. В целях обеспечения соответствия национального права новым вызовам времени необходимо дальнейшее совершенствование нормотворческой и правоприменительной деятельности государства;

• первое десятилетие XXI века ознаменовалось в Казахстане новым этапом конституционного строительства. 21 мая 2007 года принят закон «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан», которым провозглашены принципиально важные для страны новеллы. При этом в основном сохранились параметры казахстанской модели государственного устройства, выдержавшей проверку временем;

• в рамках данной модели в ходе конституционной реформы была осуществлена модернизация системы властных отношений, повысившая роль и влияние палат парламента, которые отныне несут еще большую ответственность за состояние дел в государстве;

• благодаря курсу на всестороннее развитие институтов гражданского общества, гармонизацию отношений государства и общества сняты конституционные запреты и ограничения на более активное взаимодействие государственных и общественных институтов, модернизирована система местного самоуправления, сегодня полностью отвечающая внутренним условиям и потребностям нашей страны;

• на конституционном уровне придан импульс новому этапу судебноправовой реформы, направленному на укрепление независимости судов при отправлении правосудия»[222].

В последние годы Казахстан предпринял ряд мер, направленных на модернизацию судебной системы, повышение ее институционального потенциала, эффективности, качества оказываемых услуг и доверия к ней населения. К такого рода мерам можно отнести подготовку новых проектов основополагающих кодексов (таких как Уголовный кодекс, Уголовно-процессуальный кодекс, Уголовно-исполнительный кодекс, Административный кодекс, Гражданский процессуальный кодекс и Коммерческий кодекс), принятие Национального плана по защите прав человека (2009–2012), Стратегии реформирования системы пенитенциарных учреждений (2012–2015) и Стратегического плана министерства юстиции на 2011–2015 годы. В Алма-Ате при фондовой бирже по примеру Дубая и Сингапура был создан Финансовый Суд, судопроизводство в котором ведется на казахском, русском и английском языках в зависимости от языка искового заявления, сформирована полноценная система ювенальной юстиции, с 2010 года функционирует институт частных судебных приставов[223].

Национальные эксперты высоко оценивают достижения казахской судебной реформы. В рецензии на книгу Г.Ж. Сулейменовой «Судебная реформа в Республике Казахстан. Обзор основных этапов» (Алматы, 2010 год) дана нижеследующая следующая оптимистичная картина: «Важно отметить, что понятие «судебная власть» возродилось в казахстанской правовой науке, как и в законодательстве сравнительно недавно — в начале 1990-х гг. Ведь истинная судебная власть возникает и утверждается лишь с движением страны к подлинно демократическому правовому государству. Становление судебной власти — результат самоограничения государства, допускающего контроль над собой со стороны независимого органа — суда. Судебная власть возможна и эффективна лишь в контексте реального действия принципа разделения единой государственной власти, исключающего излишнюю концентрацию власти и гарантирующего его демократизм, основанного на верховенстве Конституции и правовых законов. Начавшееся в 1990-х гг. и продолжающееся по настоящее время реформирование судебной системы Республики Казахстан внесло уже самые кардинальные изменения как в саму судебную систему страны, обеспечив ее автономное функционирование, так и в конституционно-правовой статус судей в целях становления в стране сильного, авторитетного и профессионального корпуса носителей судебной власти»[224].

В ноябре 2013 года Концепция судебной реформы в Казахстане (документ, которого не было-Е.М.) была признана полностью реализованной. Об этом заявил на VI Съезде судей Казахстана председатель ВС РК Кайрат Мами[225]. Однако международные эксперты выражают существенно меньший оптимизм в оценке казахской судебной реформы. По данным Freedom House, несмотря на конституционное закрепление принципа разделения властей и наличие в действующем законодательстве норм, предусматривающих гарантии независимости судов, на практике суды полностью подчинены органам исполнительной власти и защищают интересы правящей элиты. Суды регулярно выносят обвинительные приговоры в отношении известных лиц по сфабрикованным обвинениям в отсутствие достаточных доказательств и не утруждая себя соблюдением процедурных требований. После событий в Жанаозене в 2012 году виновными были признаны десятки оппонентов режима Назарбаева, лидеров профсоюзов, рабочих и местных управленцев. Условия содержания в казахских следственных изоляторах и тюрьмах имеют печальную известность, число случаев пыток и применения насилия неуклонно возрастает, что, в свою очередь, вызывает нарастание протестов против чудовищных условий содержания. Ситуация усугубилась также ввиду того, что в середине 2011 года пенитенциарная система была передана из ведения Министерства юстиции в ведение Министерства внутренних дел. Freedom House отмечает, что передача полномочий по контролю в отношении пенитенциарной системы от гражданского ведомства к силовому министерству существенно сузила возможности институтов гражданского общества и правозащитных организаций в сфере доступа к пенитенциарной системе и продвижения идеи реформы в сфере уголовной юстиции. «Общество оценивает профессионализм и эффективность судебной системы как чрезвычайно низкие. Несмотря на ряд предусмотренных правительством мер по борьбе с судебной коррупцией, они применяются весьма избирательно в соответствии с принципом ad hoc. В 2011 году шесть судей Верховного суда были лишены полномочий по подозрению в совершении коррупционных действий, хотя полномасштабное расследование произошедшего так и не было проведено. Существенно увеличенные зарплаты и улучшенные условия труда привели к определенным положительным сдвигам в судебной системе. Тем не менее, более молодые судьи, в особенности женщины, сообщают о случаях запугивания и притеснений со стороны высокоранжированных судей»[226].

Рейтинги Казахстана по шкале Freedom House можно назвать катастрофическими. Все основные показатели, к которым относятся избирательный процесс, независимость СМИ, состояние гражданского общества, независимость судебной системы, уровень демократии и др. по данным на 2013 год оцениваются от 6, 25 до 6, 75, где 7 — наихудший показатель[227]. Есть все основания считать Казахстан экономически успешным постсоветским государством с мощной пропагандистской машиной и жестким консолидированным авторитарным режимом.

Реформы в Азербайджане

После провозглашения независимости 30 августа 1991 года президенты и и.о. президента сменяли друг друга на посту с удивительной частотой. Несколько дольше других в должности пребывал А. Муталибов, но и он задержался на вершине власти всего лишь на полгода. Начиная же с 1993 года, власть находится в руках семьи Алиевых. Гейдар Алиев, многоопытный партийный функционер возглавлял страну в течение десятилетия. Годы его пребывания у власти были отмечены не только прекращением кровопролитного нагорно-карабахского конфликта и достижением определенной внутренней стабильности в стране, но также укреплением вертикали власти по советскому образцу и преследованием политического инакомыслия. Во время избирательной кампании в октябре 2003 года Алиев отказался от участия в президентских выборах и снял свою кандидатуру в пользу своего сына Ильхама, оказавшегося на тот момент единственным кандидатом на пост президента страны. Стоит ли удивляться, что эти выборы были расценены ОБСЕ как несвободные и нечестные. Президентская кампания 2003 года установила нехорошую традицию: начиная с этого года все дальнейшие выборы как правило оценивались международными наблюдателями как противоречащие международным стандартам; наблюдателями отмечались также многочисленные случаи фальсификации итогов голосования, ущемления прав оппозиции и унизительного обращения с избирателями. Избирательная кампания 2003 года имела еще одно последствие негативного свойства: после того, как Ильхам Алиев сменил своего отца на президентском посту, появились явные признаки нарастающего культа личности. Его правление также отмечено ярко выраженной нетерпимостью к инакомыслию, дальнейшим продвижением к полномасштабному авторитаризму и многочисленными случаями открытого попрания прав и свобод граждан.

Конституция Азербайджана была принята в 1995 году. Как и многие иные постсоветские государства, Азербайджан сделал выбор в пользу конституционной модели с сильной президентской властью; основной закон страны в качестве формы правления устанавливает президентскую республику. Текст Конституции насыщен прекрасными (на первый взгляд) формулировками. Высшей целью государства объявлено обеспечение прав и свобод человека и гражданина (ст. 12). Ст. 71 устанавливает суть защиты прав и свобод человека и гражданина: