Екатерина Мишаненкова – Средневековье в юбке. Женщины эпохи Средневековья: стереотипы и факты (страница 48)

Сцена из бани, 1470 год, картина Мастера Антония из Бургундский, Берлинская государственная библиотека

Прием в публичный дом регулировался статутами, обращенными к его содержателю или содержательнице. Так, запрещалось брать замужних, больных, беременных, несовершеннолетних, а также одиноких женщин без их желания. Предпочтение следовало отдавать иногородним и одиноким девушкам».

Клавдия Опитц считает, что не все было так хорошо, как представляется на бумаге. Если во Франции, например, публичные дома были организованы четко, как монастыри, как бы странно ни выглядело такое сравнение, то в Германии местные власти сквозь пальцы смотрели на творившийся там бардак и самовластье хозяев. «Низкие доходы, высокие цены на еду, жилье и более всего на одежду и украшения, нужные, чтобы сделать себя привлекательными для клиентов, означали, что даже организованные проститутки оставались бедными. Многие так глубоко залезали в долги, что становились фактически рабынями или крепостными владельцев борделей: практика, которая официально запрещалась, но была, тем не менее, повсеместной».

«Продажность» женщин

С одной стороны, проституцию постоянно пытались запретить или хотя бы ограничить: бордели закрывали, потом опять открывали, выделяли кварталы, где проститутки могут работать, издавали постановления о правилах работы публичных домов и обращении с работающими там женщинами, писали правила поведения для проституток и т. д.

Но сама по себе торговля телом не вызывала в обществе какого-то негодования, потому что вписывалась в существовавшую систему взаимоотношений между полами. Женская сексуальность была товаром, и, как точно заметила Рут Каррас в своем исследовании по истории проституции, все формы женской сексуальности в Средние века были неразрывно связаны с прибылью. Проститутку, предлагавшую секс за деньги, от других женщин отличала именно распущенность, а не продажность, потому что все женщины продавали себя, но в идеале — только одному покупателю. Как в процессе ухаживания, так и в процессе заключения брака ожидалось, что мужчины фактически будут платить за сексуальный доступ к женщине и, конечно же, к ее репродуктивным способностям.

Джудит Беннет пишет, что во «всех слоях общества женщины ожидали, что мужчины будут давать им еду, подарки и даже деньги в обмен на благосклонность, а иногда и на удовольствие от полового акта… И как снова и снова говорится в позднесредневековых песнях об ухаживании, мужчины склоняли женщин заниматься с ними сексом, предлагая перчатки, деньги, напитки, драгоценности и другие ценные вещи. В одной песне приходской священник обещает служанке перчатки; она идет к нему в комнату, чтобы взять их; они проводят восхитительную ночь… А в другой — мужчина, который желает девушку, достает золотое кольцо из своего бархатного кошелька и прямо говорит: “Возьми это, моя милая, За то что ты будешь моей возлюбленной”.

…В процессе заключения брака на всех уровнях женщины продавали свои навыки ведения домашнего хозяйства, свою сексуальность и свои репродуктивные способности в ходе напряженных и тщательно рассчитанных переговоров… Более того, превращение женской сексуальности в товар не было простым обменом между женщинами и их семьями, с одной стороны, и мужчинами-поклонниками и их семьями, с другой. В манориальном и феодальном режимах средневековой Англии… извлекали выгоду, среди прочего, из сексуальности женщин, находящихся под их опекой». За лишение рабыни девственности полагался штраф, а кое-где и за секс с замужней женщиной или вдовой. Даже восстание 1381 года было «отчасти спровоцировано чрезмерно усердными уполномоченными по подушному налогу, которые считали своим долгом «бесстыдно задирать юбки молодым девушкам, чтобы выяснить, не развращены ли они общением с мужчинами», и таким образом собрать с них налог за потерю девственности». Ну а как осуществлялась «продажа» богатых наследниц и брались штрафы с вдов, желающих устроить свою жизнь по собственному выбору, я уже писала.

Сцена в публичном доме Августин, Ла Сит де Дьё, ок. 1475 г.

«Короче говоря, — насмешливо резюмирует Джудит Беннет, — управление сексуальностью было, как в одном средневековом стихотворении учила дочь умная женщина, “бизнесом”, который она даже сравнивала с мясной лавкой, выставляющей мясо на продажу. Молодых женщин воспитывали так, чтобы они хорошо справлялись с этим делом, смешивая сексуальную привлекательность и мечты о любви с деловыми переговорами».

Какие женщины становились проститутками

Сексуальное поведение женщин в средневековом обществе контролировалось многими механизмами, как легальными, так и неформальными. Семьи следили за поведением своих дочерей, хотя и не всегда успешно. Соседи наблюдали и сплетничали, и эти сплетни могли перерасти в обвинения в церковных судах. Церковь формировала поведение не только через дисциплинарные меры своих судов, но и через влияние священников на прихожан.

Карл VII передает документ Жанне д’Арк

Клавдия Опитц пишет, что в основном продажей сексуальных услуг занимались незамужние служанки и молодые бедные вдовы — в силу беспомощности и отсутствия средств к существованию. Народный проповедник XIII века Хумберт де Романис предостерегал «бедных женщин в городах» от колдовства, доверчивости и сварливости — от всех «грехов», к которым склонны доведенные до отчаяния бедные, — но более всего от безнравственности, потому что бедность и распутство часто идут рука об руку. Для бедных и не имеющих защиты женщин проституция становилась способом выживания и, как ни парадоксально, даже защитой от насилия.

Похожие данные приводит и Татьяна Рябова в книге «Женщина в истории западноевропейского Средневековья»: «Основная причина обращения к такому виду ремесла была традиционной — бедность; не случайно среди проституток преобладали cлужанки и бедные вдовы, оставшиеся с маленькими детьми. В поисках дополнительного источника существования проституцией занимались и замужние женщины. Нередко женщин подталкивало к проституции и мужское насилие. В редких случаях в бордель отдавали своих дочерей и жен за долги. В XIV веке к этому промыслу пришлось прибегнуть тем женщинам, которые были вынуждены покинуть совершенно обедневшие дома бегинок».

Полетта Л’Эрмит-Леклерк упоминает еще одну категорию женщин, пополнивших ряды проституток в середине XII века, — бывших жен священников, оказавшихся после тотального запрета папы на брак священнослужителей незамужними и мешающих своим бывшим супругам.

Куда податься бывшей проститутке?

Век продажной женщины недолог — потеряв молодость и привлекательность, она теряет и возможность зарабатывать на жизнь. Да и мало кто из проституток дожидался старости, большинство пытались «завязать» пораньше, пока еще есть силы и надежда, что удастся заняться чем-то другим.

Самым удачливым удавалось накопить денег и выйти замуж — благо еще в 1198 году папа Иннокентий III провозгласил достойным делом жениться на проститутке и помочь ей покончить с грешной жизнью. Следуя этому призыву, в некоторых городах даже основывали специальные благотворительные учреждения, устраивающие браки «благочестивых работников» и «бедных грешниц».

Обличение нравов, Валерий Максим, Достопамятные деяния и изречения, манускрипт 1450–1475 гг., Франция

Женщины, обладавшие деловой хваткой, оставались в профессии, но уже как хозяйки борделей или сводни, осуществляющие общение с клиентами.

Но таких было меньшинство. Большинство проституток умирали молодыми, от болезней или убийств, либо сами связывались с преступностью — становились воровками и заканчивали свой путь в тюрьме или на виселице.

Для тех, кто хотел вырваться из сетей «древнейшей профессии», был и еще один путь — просить помощи у церкви. Некоторые монастыри были готовы принимать раскаявшихся грешниц. А уже с XIII века стали появляться ордена святой Марии Магдалины, где кающимся грешницам, в основном проституткам, должны были помогать начать праведную жизнь. Все папы позднего Средневековья поощряли такие усилия, и даже не относящиеся к ордену обители, которые принимали бывших проституток, получали вклады от высокопоставленных лиц.

Монахи в бане, Прага, 1490-1510

В Вене в 1384 году был основан дом для приема «бедных свободных женщин, которые ищут, как отказаться от своей греховной жизни и исправить пути свои». Этот дом, известный как Дом Душ, был устроен как монастырь, но в нем жили без принесения обета. «Некоторые из женщин, искавших в Доме защиты от жизни проститутки, уходили из него женами почтенных горожан, — пишет Клавдия Опитц. — Тем не менее, все эти учреждения могли спасти лишь малый процент женщин от “греха нецеломудрия”… Даже в сельской местности тайная проституция была на подъеме в областях, переживающих социальный хаос и экономический упадок, такой, как во Франции во времена Столетней войны, когда множество молодых одиноких или овдовевших женщин боролись за выживание».

Брак с юнцом

И здесь я не могу удержаться и не рассказать о еще одном варианте коммерции, а в некотором смысле и «продажности» средневековых женщин, причем таком, который иногда, если очень повезет, могли использовать и проститутки, желающие завязать с прошлым.