Екатерина Мельник – Эра Возможного (страница 2)

Многие люди стали стройными и очень красивыми, богатыми, успешными. То, что у кого-то мог отсутствовать глаз или ноги не считалось чем-то печальным, за успех или власть не страшно было отдать даже обе руки. Ведь с успехом появлялись деньги и можно было заказать себе высокотехнологичные протезы. К тому же иногда оплата не списывалась по несколько месяцев, поэтому можно было успеть насладиться своими сбывшимися желаниями.

Горе, печаль и страх постепенно исчезали за улыбками и эйфорией от получения желаемого без усилий.

Мир стал похож на концепт-арт из старых журналов фантастики. Только это больше не было фантастикой.

Лана Грин (в жизни Лена Санжарлова) стояла возле длинной очереди желающих воспользоваться Программой и вела прямой эфир для социальной сети YouKnow. Лена была известным новостным блогером и освещала события, происходящие в городе.

В очереди стояло человек тридцать. Кто-то был в слезах счастья, кто-то в предвкушении, кто-то нервничал от усталости и бормотал «почему так долго?».

– Всё изменилось – говорила она в камеру телефона мягким уверенным голосом – больше не нужно бороться, выживать, просить, или сдаваться. Достаточно просто сделать выбор. Желаемое больше не скрывается под слоями труда, оно принимает форму и материализуется. За плату, конечно. Но тут присутствует и весьма философский момент – плата за желания всегда была, только раньше желания далеко не всегда исполнялись. Но, тем не менее, мы за них платили – усилиями, временем, здоровьем, часто получая разочарования, что ничего в итоге не получилось. Теперь же, благодаря Программе, у нас появилась гарантия того, что желание исполнится. Так почему бы за него не заплатить? Всё честно. Мы на пороге нового этапа человеческой цивилизации.

В телефоне маячили бесконечные потоки лайков и комментарии подписчиков. Лана комментарии не читала. Люди всегда либо довольны новостями, либо максимально недовольны. И в том, и в другом случае интереса для неё они не представляли. Она их не видела. Лана была слепая. Артём держал её телефон и хмурился. Он-то комментарии прекрасно видел.

Лана вспомнила, как сама стояла в похожем волнительном ожидании 7 месяцев назад.

Тогда программе было всего 4 дня, и она работала в тестовом режиме. Один аппарат обслуживал 7-10 человек в день. Можно было исполнить максимум два желания за один визит. В очередь можно было попасть строго по приглашению, которое приходило на телефон. Как Программа распределяла номера, и кто и когда их получит никому не было известно. В первый день работы Программы желающих в очереди почти не было, большинство людей посчитало эту рассылку за спам. Но как только у первых добровольцев желания сбылись, эти новости быстро распространились, люди хлынули потоком, да не тут-то было. Программа была безэмоциональным ИИ, и просто не реагировала на людей, без приглашения на очередь. Тогда, конечно, ещё и власти разогнали одурманенных новостями о чудесном исполнением желаний людей, сначала обдавая водой из пожарных шлангов, потом резиновыми дубинками и перцовыми шашками, и люди успокоились, стали ждать сообщений и мирно стоять в очередях. То ли физическое воздействие сработало, то ли невозможность загадать желание без сообщения, то ли кто-то из властей загадал «спокойствия народа» – неизвестно. Но на 4й день все угомонились.

Лана получила свой номер накануне вечером, и вот в тот день она вела свой первый успешный эфир – показывала весь процесс изнутри. Одна из первых. Волнительно.

Волнительно вести эфир. Волнительно выбирать желание. А еще было тревожно. Какую плату возьмет программа? Никто не знал.

– Ребят, у программы есть правила. – говорила Лана 7 месяцев назад, улыбаясь в эфире – Мне вчера в сообщении прислали, – и Лана прочитала вслух – нельзя желать смерти другому человеку, нельзя желать править миром, нельзя подчинять себе волю другого человека. Если на один объект поступает два желания от разных людей, исполняется то, которое было зарегистрировано Программой первым. В таком случае вы можете выбрать другое желание. Коллективные желания обладают более низкой ценой. Если вы не хотите осуществлять ваше желание и участие в Программе вам неинтересно, просто проигнорируйте это сообщение и НЕ приходите в Очередь. Для получения более подробной информации прочитайте «Пользовательское… и бла-бла-бла. Блин, мне бы такие желания и в голову бы даже не пришли, – засмеялась Лана.

Тогда блог у Ланы был небольшой, всего пара тысяч подписчиков, жила она с родителями в скромной маленькой квартирке на окраине города и очень этого стеснялась. Но Лана охотилась за местными новостями и старалась освещать их в числе первых. Некоторые люди подписывались, другие хейтили, что новости не её, и вообще она не первая. Это очень сбивало с настроя и вызывало гнетущее чувство стыда, как будто она что-то украла.

Над желаниями Лана думала всю ночь. Хотелось и денег, и популярности, и красоты с обложки. Внешность у неё была обычная: серо-зеленые глаза, русые волосы, небольшой рост и полноватое телосложение.

И Лана загадала стать «известным красивым богатым и уверенным в себе блогером миллионником». Такой она и стала. Прям в этот же день, после подробного прямого эфира с её участием в Программе. Особенно, после того как Лана вышла из капсулы Программы стройной брюнеткой с пухлыми губами и россыпью веснушек под большими голубыми глазами, люди словно сошли с ума. Кто-то восхищался и осыпал комплиментами в комментариях, кто-то гневно строчил, что это всё ложь ИИ, кто-то сыпал проклятия, что «с какого такого хера» именно ей досталась возможность осуществить желание. Её видео пересылали, люди смотрели, подписывались, заваливали сообщениями с вопросами как им попасть в Программу. В тот же вечер Лане поступило предложение сниматься в рекламе и агитации населения на участие в Программе. Плюс вести официальный новостной канал с приоритетом в новостной ленте и с эксклюзивной золотой рамкой на видео.

А когда спустя полгода Лана проснулась слепой, то сначала долго плакала, а потом скептически посмеялась: «Что ж, я оценила твой юмор – красота и успех в обмен на возможность видеть это своими глазами. Смешно… Ладно, лучше быть слепой и богатой, чем зрячей умирать на нелюбимой работе за копейки»

Но было ещё кое-что, до того, как она ослепла. Кое-что, что Лана никогда не смогла бы вспомнить.

На первые заработанные с блогерства деньги она купила себе квартиру поближе к центру и машину. На следующий гонорар она планировала купить квартиру и машину родителям. Но к тому времени, как она накопила нужную сумму, Лана поняла, что сначала не может вспомнить, где живут её родители, потом, как их зовут, потом их лица. Лана схватила телефон, чтобы позвонить маме, но тут же забыла, зачем его взяла. Тогда она пожала плечами, открыла виртуальный банк и долго смотрела на сумму на своём счету, помнила, что на что-то копила, но не могла вспомнить на что именно.

Артём тяжело вздохнул и выключил эфир:

– Закончили! Пойдем домой.

– Ты как будто грустный? – встревожилась Лана, и потянулась к нему, чтобы прикоснуться к лицу.

Артём взял её руку и прижался к ней небритой щекой:

– Всё в порядке, я просто устал, – он поцеловал её ладонь, обнял за плечи и продолжил – ты же знаешь, всё это блогерство не для меня.

Артём знал Лану ещё до исполнения её желания. И влюбился в неё он тоже задолго до этого. И родителей её он помнил, заезжал к ним гости. Поначалу. Однажды он пробовал поговорить с ней, рассказать всю правду о родителях, что они смотрят все её новости, что очень любят, скучают и очень ждут домой. Что не могут до неё дозвониться, и что охрана категорически не подпускает их ней. Что Программа забрала у неё память о родных в оплату за успех и уверенность. Но у Ланы это вызвало сначала смятение, а затем приступ ярости.

– Ты охренел что ли?! Мои родители давно умерли! – кричала она, и её лицо тогда так побагровело, что Артём испугался, как бы с ней не случился сердечный приступ. Голос сорвался на хрип, из глаз брызнули слёзы, – Я всего добилась сама! Я работала день и ночь, и никто мне не помогал! Никто! Ты слышишь?! Я снимаю бесконечные эфиры, срываюсь днём и ночью по срочным новостям, а ты что делаешь? Иногда держишь телефон? И слушаешь каких-то там псевдомам и пап?

Указательными пальцами она манерно вытерла брызнувшие из глаз слёзы, поморгала, чтобы просушить накрашенные длинные ресницы и уселась на диван, закинув ногу на ногу.

– Не будь таким доверчивым нюней, Артём. Мама, папа. Какая теперь разница? Были и не стало. Сейчас каждый второй хочет моей мамой-папой из прошлого оказаться. Денег-то у меня до хрена. А ты им ещё и веришь.

Артём тогда молчал только потому, что ни разу не ожидал такой реакции и тем более таких слов от своей всегда доброй, скромной и тихой любимой. И пока он обдумывал то ли это сказывалась рабочая усталость, то ли побочный эффект Программы, и подбирал слова, Лана продолжила. Уже как-то спокойно, и как будто немного ласково:

– И потом… даже если в твоих словах и есть правда, то я сама выбрала своё желание. А за него надо было платить. В целом я счастлива. У меня всё есть, посмотри! Если я чего-то или кого-то не помню, это не страшно. – она усмехнулась – Понимаешь? Я ж не помню. Ты-то чего переживаешь? Не порть мне и себе счастье. Расслабься и больше не поднимай эту тему.