Екатерина Мединская – Я не Такой, или Очень злая любовь (страница 15)

Ева оторопело смолкла, не понимая, что с ней вообще такое твориться. Грудь у нее действительно не большая, но не крохотная, как он утверждал. Ей хотелось возразить ему. Но вспомнив, что у его невесты Анны красивая большая грудь, Ева решила промолчать.

Марк разогнался и прыгнул в бассейн бомбочкой, расплескав воду вокруг. Возмущенно хватая воздух ртом, Ева умылась брызгами воды. Это мерзавец, явно потешался, видя ее бессильный гнев.

Раз так — она тоже не уйдет.

Марк плавал вокруг нее, как голодная акула готовая, сожрать любого, кто поведется в ее призывно поблескивающие челюсти.

— Как тебе Иван? Когда свидание? — спросил Марк.

Ева хотела бы признаться ему, что выбранный им кандидат впечатлил ее разве, что своей странностью, но не собиралась давать ему повод для насмешек.

— Иван очень приятный молодой человек. Встречаемся сегодня вечером.

— А ты меня не обманываешь, Котова? Иван, правда, тебе понравился? — поинтересовался Марк, при этом он подплыл к ней очень близко.

И он был такой красивый, такой безупречный: прямой нос, немного впалые щеки, великолепные широкие скулы, твердый подбородок, мокрые блестящие волосы, его чувственные, красиво очерченные губы, беззвучно упрашивали поцеловать их. Ева не могла не заметить, как прохладные капли воды, словно лаская его лицо, стекают вниз, оставляя за собой мокрые дорожки. Ей казалось, что кровь закипела у нее в жилах, забурлила и взорвала мозг.

— Главное, что я ему понравилась, — уклончиво ответила Ева. Она, конечно же блефовала. Этот странный Иван просто потерялся и не выходил на связь. И Вяземский, тут как тут со своими расспросами, как чувствует, что она оказалась в затруднительном положении.

— Где вы встречаетесь?

— Тебе какое дело?

— Мне есть дело! — с нажимом произнес Марк. — Я хочу поскорей увидеть тебя голой.

— А ну-ка отплыви от меня метров так на пять, Вяземский. Ты нарушаешь моё личное пространство, своими этими му-мускулами, — произнесла Ева. Она расстроилась, ведь думала, что скажет это спокойно, а на деле перешла на крик.

Поэтому Ева развернулась, уплывая от него. Все равно Марк не сделает, как она просит. Да, она сбега. А как иначе? Да, она струсила. Ей было нелегко себе в этом признаться, но похоже Вяземский волновал ее. Она тоже хотела увидеть его голым. Так, просто посмотреть и все.

Ева набрала приличную скорость, уплывая от Марка. А затем ее тело, будто в замедленном кино, содрогнулось, захваченное неведомой силой рванулось назад.

Это рука Марка схватила ее и уже в следующее мгновение грудь Евы тесно прижимается к его торсу.

— Опять ты убегаешь? — сказал Марк с издевкой ей на ухо.

— Отпусти.

Ева решительно дернулась, чтобы отстраниться, но Марк продолжал силой удерживать ее.

— Спорим, что когда я буду целовать тебя, то смогу остановиться в течении, пяти секунд? А когда ты меня будешь целовать, то не сможешь этого сделать.

— Очередной тупой спор? — презрительно фыркнула Ева.

— Если ты выиграешь, то я буду беспрекословно следовать правилам пользования домом.

— Ну и в чем суть этого спора?

— На самом деле тебя влечет ко мне. Ты не сможешь остановиться, потому что во время поцелуя, страсть вскружит тебе голову.

— Какая чушь! — воскликнула Ева, всерьез поверив, что Марк добивается исключительно этого. — Ладно, спорим.

Марк счастливо вздохнул, и игриво подмигнув ей сказал:

— Тогда приступим?

На свадьбе он сто раз ее поцеловал и ничего с ней не случилось. Ева сосредоточено кивнула, и предвкушая быструю победу приготовилась считать до пяти.

Губы Марка накрыли ее губы.

Один. О. Мой. Бог. Ева поняла, что можно до безумия злиться на этого мужчину, но он та-а-а-к хорошо целовался…

Два. Волнующий, просящий, требовательный поцелуй сводит ее с ума. Она ощущала его во всем теле и в самых интересных местах.

Три. Руки Марка беспардонно шарят по ее телу. Но она ведь не может прервать поцелуй, потому что… Просто не может. Главное победа. Она не стала бы запрещать и все остальное.

Три.

Три с половиной.

Четыре?

Пять. Она дрожит от вожделения.

Шесть. Марк проиграл, и похоже она тоже.

Дальше считать бессмысленно…

Ева прервала поцелуй и откинула голову назад.

— Ты проиграл, — задыхаясь, произнесла она.

Марк медленно наклонился, поцеловал ее за ушком и прошептал.

— Действительно, я проиграл. Но я ведь никогда не скрывал, что хочу тебя, Ева.

Быстрый, четкий звук приближающийся шагов отвлек Еву. Она увидела Сергея с сачком в руках. Он быстрым шагом шел к бассейну.

— Отпусти меня, Марк, — потребовала Ева. Выскользнув из его объятий, она почувствовала себя неуютно. Возможно, это просто ее сердце предательски тянулось к Марку из-за незавершенной детской влюбленности, но признать это Ева пока не могла.

Глава 18

Закончив очередной «очаровательный» портрет Вяземского, Ева сделала вывод, что в последнее время ее творчество всецело посвящено только ему одному. А это особенно обидно, учитывая, что она не желала вообще о нем думать.

У нее появилось странное желание — ей хотелось, чтобы Марк снова ее поцеловал, хотелось снова прикоснуться к нему, так же как он касался ее сегодня. Да что там, она жаждала снова почувствовать его губы и руки на своем теле.

Ева непроизвольно застонала и приложила стакан с холодной водой к своей пылающей щеке. Как это ни досадно, но Марк был прав. Видимо ее действительно влечет к нему. Бог знает почему.

Она достаточно хорошо знала Марка, чтобы понять, что его поведение и слова не таят в себе ничего серьезного. Он так развлекался. Дурачился. Эта мысль почему-то не обрадовала ее. Теперь она погрузилась в мрачное и раздраженное состояние.

Телефон жалобно запищал. Ева проверила сообщение на мобильном телефоне. Оказалось, что Иван наконец-то решился встретиться с ней. Не было никакого желания идти на свидание с незнакомцем, но деваться было некуда.

«Шоу должно продолжаться», — именно эта песня Фреди Меркури, сейчас звучала по радио. Подразумевалось: любой ценой, чтобы не произошло. Ева рассмеялась. Надо же, как символично.

Вечером того же дня Ева сидела на веранде летнего кафе в ожидании своего «принца». На столе лежала красная роза — условный знак, чтобы Иван точно смог ее найти.

Он опаздывал на десять минут. Непунктуальность. Вот что всегда раздражало Еву. Вяземский, к примеру, тоже всегда опаздывал. Ее мнение о нем всем известно.

Когда глаза Евы увидели высокого блондина с волосами и бородой, напоминающими львиную гриву, поток неприятных мыслей остановился сам собой. Одет он был в невзрачные синие джинсы и клетчатую рубашку с коротким рукавом. Всю эту «красоту» венчала элегантная бабочка на шее. Она сразу поняла, что это Иван.

Он нашел ее взглядом, а затем громко выкрикнув ее имя, весело помахал ей рукой с другого конца зала. Иван шел уверенным шагом, немного сутулясь, просто расталкивая людей, которые попадались ему на пути.

«Как хорошо, что я прихватила с собой газовый баллончик», — подумала Ева и помахала ему рукой в ответ.

Иван подошел к столику, поправил на носу очки в толстой роговой оправе, сквозь которые виднелись карие глаза и поздоровался. Правда, получилось у него это не с первого раза. Он сильно заикался.

— Прости, — нервно выплюнул он, — Я-я-я, немного заикаюсь, когда волнуюсь. Но-но-но это пройдет, когда я успокоюсь.

— Не нервничай, все хорошо, — попробовала успокоить его Ева.

— Да-да-да, спасибо.

Ева позвала официанта, чтобы немного разрядить ситуацию и сделала заказ. Иван пока воздержался от еды, зато попросил, принести ему водки. Держался он очень скованно, а говорил так, будто репетировал речь перед зеркалом. Видимо, очень хотел ей понравиться. Она немного расслабилась, потому что на опасного маньяка он не был похож, скорее походил на типичного закомплексованного батана. Такой себе нескладный, нелепый батан.

Да уж! Вяземский умеет подставлять людей.

— Тебе не нравиться моя борода? — спросил ее Иван, видимо потому, что она слишком внимательно присматривалась к ней.

Ева смущенно опустила глаза на свой салат.