Екатерина Майская – Лучший способ спрятаться (страница 17)
Кстати, касание Миланы привело только к картинке нашей первой встречи. А касание инструктора дало по голове информацией, что они, оказывается, брат с сестрой. По отцу. Мамы у них разные. Как я поняла, особо они эту информацию не озвучивали. Фамилии у них были разные, поэтому некоторые сотрудники думали, что они любовники.
Я никого не разубеждала. Уверена, что они сами прекрасно знают про слухи, которые про них ходят, но если их это устраивает — то не мне им мешать. Тем более, что вне тренировок мне было очень приятно с ними общаться, и к исходу первой недели они на пару провожали меня до дома, а потом шли к себе.
Первый выезд на место происшествия состоялся в конце второй недели работы. И запомнился мне на всю жизнь. И если бы просто запомнился…
Поработав две недели, я поняла, что мой шеф прекрасно понял, что я ему не все о себе рассказала. И я совсем не удивлюсь, если он уже знает и мое первоначальное имя, и откуда я такая взялась. Но при этом, к его чести, он ни разу не задал мне ни одного личного вопроса за пределами моих должностных обязанностей. Не показал, что он мне не доверяет. А ведь он вполне мог задать пару вопросов, на которые я вынуждена буду солгать, придерживаясь озвученной Лилии Ивановне легенды. А учитывая, что он прекрасно чувствует ложь…
Хотя я и при нашей первой встрече не лгала. Не умею, поэтому просто умалчиваю. Но видя, как он ведет допросы… Он бы меня с легкостью «расколол», как говорит Аскольд. Мог, но не стал. За что ему отдельное спасибо. Поскольку все остальные, за исключением Милены и ее брата, так и норовили задать пару личных вопросов и выяснить что-нибудь о моем прошлом и настоящем. Пока мне удавалось погасить это улыбкой и молчанием. Не знаю, как надолго моего терпения хватит.
Поэтому на обед я старалась ходить с Миленой. Если мы шли с Аскольдом, то всегда присоединялись его коллеги. Все, как один, желающие пообщаться с секретарем шефа, да и просто «симпатичной девушкой». Так, что даже спокойно поесть не получалось. Вдвоем с Миленой нам удавалось отбиться, а уж когда к нам присоединялся Алексей… Все парни в столовой обходили нас по стеночке.
Когда я обратила внимание на такое поведение еще вчера очень настырных парней, Милена мне с улыбкой рассказала, что, когда она после университета, рассорившись с отцом, пришла работать сюда криминалистом, одно время ей пришлось очень тяжело от повышенного внимания парней. Особенно от некоторых, которые слово «нет» не слышали в принципе. А она, девушка из рода Туманских, воспитывалась вежливой, тихой и покорной. Поэтому поставить на место наглых парней тогда еще не могла. Сейчас бы она любого в узел свернула и на гвоздик повесила, а тогда…
Алексей Прокопьевич показательно погонял особо наглых на обязательных тренировках. Погонял так, что из зала они выползали. Это мы занимались каждый день и после работы, а оперативники — в рабочее время два-три раза в неделю. Ребята оказались сообразительными, они уже через неделю связали два и два и определили: кто и за что удостаивается повышенной нормы физической подготовки. Правда, это было еще до того, как появилась я.
— Если хочешь, я попрошу Лешу, чтобы он и тебе таким образом помог.
— Не надо. Алексей Прокопьевич и так со мной много занимается, так что в следующий раз я просто использую то, чему он меня научил. И надену кому-нибудь на голову тарелку с супом. Тем более, что он сказал, что как только я освою базовые навыки, он меня научит отбиваться подручными средствами.
— Это он умеет.
— А почему ты рассорилась с отцом?
— Из-за замужества. Сказала, что замуж пойду тогда, когда сама решу и за того, кого сама выберу. А его кандидаты меня ни капельки не интересуют.
— Знакомая ситуация.
Оказывается, у нас много общего.
***
Труп не производил впечатления трупа. Просто мужчина лежит на полу. Ни крови, ни мозгового вещества на стене — ничего. Картинка, которая предстала перед глазами при знакомстве с шефом — была намного более кровавой. Более того, даже визиты в морг к Милане не смогли её перекрыть. И только осознание того, что это все же видение, а не реальность помогло мне тогда не избавится от содержимого своего желудка.
Да, эпичная бы картинка получилась… Работу мне бы точно не предложили.
Но в тот момент я была полна решимости задержать этого незнакомого человека и не допустить того, что я видела. Даже о даре пришлось рассказать. Не все, конечно. Но и того, что рассказала уже было много.
Частный дом недалеко от центра. В воздухе висят следы отслеживающе-проверочных заклинаний. Чтобы ничего не задеть, приходилось пригибаться и придерживать юбку. Шефа, казалось, это совершенно не волновало. Было такое чувство, что от его ауры даже заклинания разбегаются в разные стороны — только бы на пути не стоять.
Криминалисты, Милена и Василий Васильевич, собирали улики, запаковывали их в коробочки, пакетики, колбочки. Опечатывали магией и складывали в чемодан внушительных размеров. Кто-то из оперативников делал опись, вкладывая магические проекции в бланки осмотра места преступления. Потом можно было его открыть и еще раз все осмотреть. Подробно. Если конечно делал специалист. Или размыто и с ошибками, если это был НЕ специалист.
Милена, присев рядом с телом, пыталась что-то запихнуть в свою медицинскую колбочку-пробирку. Что-то запихиваться не хотело. Я даже остановилась, наблюдая за этим противостоянием века, и прижав к груди большую тетрадку для стенографирования допросов. Задняя обложка была из твердого картона, поэтому было удобно стенографировать и стоя, и сидя. К тому же на бумагу было наложено заклятье памяти, так что при написании отчета, текст на бумаге воссоздавался практически с со стопроцентной четкостью.
Заклятье памяти было мечтой всех студентов всех учебных заведений, поскольку позволяло делать наиболее полные конспекты, но было достаточно трудоемким и энергии потребляло тоже много. До открытия энергосберегающих, а точнее энергонакапливающих минералов в Андалузских горах, такое себе могли позволить только очень сильные маги. Сейчас, при использовании артефактов, которые хранили энергию и отдавали ее при применении заклинаний, почти как собственный магический резерв — любой студент, но только к пятому-шестому курсу. Сложность плетения никто не отменял.
Вообще прогресс сильно шагнул вперед лет пятьдесят назад. После военных действий между империей и тогда еще единым Острикским княжеством. С чего все началось — у каждой страны свой вариант, обеляющий себя и обвиняющий противника. Как результат: империя победила и получила кусок территории с никому тогда особо не нужными горами.
Острикский князь погиб, то ли в последнем сражении, то ли отравили те, кто не смог простить поражения, но как результат: огромное княжество разбилось на три поменьше, в одном из которых мой отец и работал послом, пока не решил вернуться домой. Где и погиб.
Сейчас немного поработав в жандармерии и перепечатав, и приведя в порядок кучи дел по убийствам, ограбления, изнасилованиям и терроризму, я уже не так сильно уверена, что мои родители погибли сами. Больше склоняюсь к версии, что им кто-то помог. Правда, ни доказательств, ни мало-мальской дополнительной информации у меня пока нет. Но это пока.
Позже в горах был найден минерал, который при определенной обработке аккумулировал энергию из окружающей среды, особенно во время гроз. Эту энергию можно было использовать и при обычных бытовых заклинаниях (например, обогрев помещения), и при боевых. Оружие, которое раньше применялось с привязкой к резерву мага, теперь не только к нему не привязывалось, но и могло быть использовано обычным человеком.
Появились новые виды артефактов, новый транспорт… Много нового.
Минерал был ценным и теперь самое крупное его месторождение принадлежало империи, что не нравилось соседям. Княжества, то по одному, то все вместе, пытались вернуть когда-то никому не нужную территорию, но увы и ах. Теперь ее отдавать никто не собирался.
— Ариадна!
Рев шефа выбил меня из наблюдений за Миланой, и я рванула за ним, учитывая, что он уже был на втором этаже, а я все еще торчала в холле.
Дождавшись меня на лестнице и окинув нечитаемым взглядом, шеф направился по коридору в кабинет, хозяин которого лежал внизу. Его взгляд почему-то зацепил и процарапал что-то внутри. И это меня слегка нервирует. Надо будет попробовать его коснуться. Не то, чтобы я ему не доверяла… Просто вдруг проснулась интуиция. И просто для спокойствия…
Да и коснуться на выезде значительно проще, чем в кабинете. Например, вылезая из служебной машины, шеф подал мне руку. Просто я была в перчатках. В следующий раз — одевать не буду. Подумаешь руки чуть замерзнут, зато потом чувство самосохранения вместе с интуицией будут спокойно спать.
В кабинете работало не так много сотрудников. Похожий на большого медведя Михей, уже вскрыл сейф и вытирал руки, стоя у окна. Ребята говорили, что вскрыть он может даже императорскую сокровищницу, но только по приказу графа Вяземского. Это единственный человек, которого Михей уважает безгранично. И сейчас стоило только шефу зайти в комнату — от Михея последовал очень изящный поклон. Это при его-то габаритах! Я даже позавидовала. Секунд на пять.