Екатерина Майская – Лучший способ спрятаться - 2 (страница 6)
- Ты пирожки с мясом, наверное, любишь?
В такие моменты главное говорить что-нибудь и делать вид, что это не я с ним только что обнималась. Чтобы побороть смущение я начала выкладывать пирожки на блюдце в чайном уголке. Хорошо, что я их так много сделала!
- Ариадна, что вы здесь делаете?
Медленно поворачиваюсь. Судя по всему, Вяземский зашел в приемную только что из коридора. Значит ничего не видел. Правда, голос какой-то странный. Разозленный. Может видел? Или он на мое появление в его приемной так реагирует?
- Пирожки принесла. Будете, Ярослав Александрович?
Да, вот такая я. Пришла на работу, раздаю пирожки.
- Пирожки?
А сам смотрит с таким удивлением, как если бы я драгоценности из императорской сокровищницы принесла.
- Сама пекла.
- Сама?
А вот это удивление в голосе звучит обидно.
- Нам в пансионе всегда говорили, что умение готовить – лишним не будет, и что для будущей жены – это только плюс.
Кашель Аскольда, который к тому времени успел умять половину пирожка и вдруг подавился ни с того, ни с сего, отвлек меня от созерцания лица моего шефа. Пришлось постучать Аскольда по спине.
- Ариадна, вы сейчас в сопровождении Бехерева вернетесь туда, откуда приехали. И впредь без моего разрешения дом покидать не будете.
- Ничего себе так… Меня сажают по домашний арест?
Наверное, надо было бы возмутится, что мне урезали свободу передвижений. Я даже воздуха набрала, чтобы это высказать, но потом у меня в голове что-то щелкнуло. Я вспомнила, что Василий Васильевич мне вообще-то постельный режим прописал… Поэтому перехватив строгий взгляд Ярослава, свет Александровича, вдохнула, успокоилась и спросила:
- Пирожок будете?
Меня молча буравили взглядом, а на заднем фоне я слышала, как Аскольд просит Бехерева подойти в приемную и сопроводить меня. На блюдце я успела выложить не все пирожки, поэтому сунув в руки Вяземского корзину, сказала:
- Приятного аппетита, Ярослав Александрович. Аскольд, сделай, пожалуйста, его светлости чай покрепче и проследи, чтобы он покушал. Бехерева я встречу сама.
Теперь осталось только выйти из приемной, чувствуя прожигающий спину взгляд и слыша в голове хихиканье родового духа. Рилли почему-то было очень весело.
***
Бехерева я встретила на полпути к его кабинету.
- Алексей Прокопьевич, давайте зайдем к Милане и потом я вернусь в дом Вяземского. Не понимаю, правда зачем мне сейчас охрана… Вроде все уже выяснили, мне никто не угрожает… Я и сама могу добраться…
- Ариадна, я думаю вопрос по охране вам лучше задать его светлости, а Милана действительно очень хотела вас видеть и поэтому его светлость разрешил нам сегодня приехать к нему в дом на праздничный ужин.
- Праздничный ужин?
- Упс, по-моему, я выдал сюрприз. Давайте я вас все-таки отвезу домой к его светлости.
- Поехали.
Сюрприз, значит…
Глава 3
Вернувшись в дом решила не портить сюрприз. А то в последнее время от «сюрпризов» спасал только родовой дар или хороший слух, и приятными их назвать было нельзя. А тут, в кои-то веки приятный сюрприз! Зачем людям ожидания портить? Правда боюсь удивление в полной мере сыграть не получится, актриса я так себе, но я постараюсь. Главное – не переиграть.
Мария меня встретила прямо у входа, как будто стояла за дверью и ждала меня. А может действительно ждала?
- Мария, а какие распоряжения вам сегодня поступали от графа Вяземского в отношении меня?
Можно было, конечно, воспользоваться даром, коснуться кожи, но не хотелось. Зачем усложнять, если можно просто спросить? А дальше в зависимости от того, что она скажет и будем думать: доверять/ не доверять…
- Его светлость приказал подготовить праздничное платье к семи вечера. В соответствии с вашими пожеланиями – помощь с прической или еще какая-нибудь помощь…
Странная пауза. Цепанула. Какая еще помощь мне понадобится? Спросим.
- Какую именно помощь он имел в виду?
- Принять ванну, выбрать белье, одеть платье, подобрать обувь…
Ууу, как все запущено… Тут никто не сталкивался с теми, кто сам может одеться и раздеться? У нас в младшем звене пансиона это считалось нормальным.
- Хорошо, жду тебя в своей комнате в шесть. А сейчас я хотела бы побыть одна.
Приятное возбуждение от поздравлений и пожеланий схлынуло, и сейчас была легкая усталость. Имеет смысл полежать чуть-чуть. С книжкой или просто поспать, пока меня действительно не привязали к кровати, чтобы было легче восстанавливаться.
Я уже неплохо ориентировалась в доме и заблудится не могла при всем желании. Хотя, если бы я очень захотела… Нет предела совершенству! Но пока я целенаправленно дотащила свою тушку до своей комнаты, а точнее до кровати.
Предмет прямоугольной формы, завернутый в обычную оберточную бумагу. Как будто студенческую тетрадь завернули. Только зачем? И на контрасте – темно-синий бархатный футляр. Это точно привлекает внимание. Как и открытка. Мне всегда дарили открытки, сделанные своими руками. Я тоже такие рисовала, клеила и дарила. А тут… Плотная глянцевая бумага, красивые яркие цветы и позолоченная надпись: «С Днем рождения!» И рядом – безумно дорогой цветок рохлезии сиреневого цвета с темно-фиолетовыми прожилками в не менее дорогой специальной упаковке, которая позволяет цветам оставаться свежими несколько месяцев.
«
Папка. Судя по всему, это тот самый подарок, завернутый в обычную оберточную бумагу. Даже не праздничную, а такую, из которой делают кульки для конфет или заворачивают пирожки. Меня тянуло к этому подарку неимоверно, хотя он был завернут так, чтобы привлекать как можно меньше внимания. Видимо, я какая-то неправильная. Восхитилась цветком, чья упаковка мигнула мне магией, поставила его на столик, бархатный футляр положила рядом. Успеется. Там явно драгоценности. Это первое, что бы схватили девочки из пансиона, а я откладываю на потом. Точно – неправильная.
Что же там еще за подарок?
Аккуратно разворачиваю бумагу. Действительно папка. Картонная. Каллиграфическим почерком выведено: «Чернышев А.А., Чернышева Н.Н»
Александр Алексеевич, Наталья Николаевна….
Руки задрожали, а в горле появился ком… Не вдохнуть, не выдохнуть.
Провела пальцами по слегка шершавому картону. Сердце бьется все сильнее и сильнее. Открыла. Только почему-то видно стало плохо. Размыто все.
Оказывается, я плачу.
Вытираю слезы. Даже не заметила, когда они потекли.
Спасибо, Ярослав Александрович. Это бесценный подарок.
***
Поспать – накрылось. Куда-то делась усталость. Вот была, была, была, а потом – раз и нет её. А желания дочитать до конца и разобраться, почему гибель моих родителей классифицировали как несчастный случай – есть.
До прихода Марии я успела изучить всю папку. Протоколы допросов, съемки места преступления, заключения экспертов… Судя по съемкам – работали профессионалы. Объемная картина взрыва машины (отец привез ее из Вельдского княжества после дипломатической службы) сделана с малейшими деталями. Чуть позже – поподробнее изучу, когда успокоюсь…
Просто машина, просто взорвалась, просто погибли мои родители… Случайно. Несчастный случай…
Но моя интуиция, как и фырчащая Рилли, орет как ненормальная, что несчастным случаем там и не пахнет. Не все так просто.
«Твои родители были потрясающими артефакторами! Взрыв топлива не мог пробить защиту, установленную на машине! В момент взрыва у меня такая отдача пошла! Это был не просто взрыв!»
- Но следов взрывчатых веществ или стихийных отпечатков магии не нашли!
«А искали?»
- Сложный вопрос. А принимать во внимание показания семейного духа-защитника пока еще не научились.
«Это они зря. Поумнели бы.»
- Заключение экспертов есть. Хотя… Наука не стоит на месте. То, что восемь лет назад не смогли найти –можно попробовать найти сейчас …