Екатерина Майская – Лучший способ спрятаться - 2 (страница 5)
А тут и выплывает самая большая проблема. Похоже мне нравится мой шеф… Как и половина женской части управления я умудрилась влюбится в графа Ярослава Александровича Вяземского… Вот влипла…
А как было в него не влюбится? Надежный, хотя и ледяной, умный, заботливый, красивый…
Раньше ни разу не влюблялась, поэтому мне сложно об этом судить, хотя… Мне нравится быть с ним рядом, нравится на него смотреть, особенно когда он этого не замечает. У него такая интересная улыбка, когда он приподнимает бровь выражая удивление. А когда сосредоточен на деле и кажется, что из рабочего состояния его нельзя вывести ничем?
И да – я чуть не умерла, когда думала, что его убили там на площади…
Смогу ли я потом, через два года, выйти замуж за кого-то другого?
Хотя… Минуточку! А что это я об этом думаю? У меня же есть целых два года, чтобы фиктивную помолвку перевести в реальную!
Это же шанс! Решено! Я соглашаюсь!
***
После принятия решения мне потребовалось десять секунд, чтобы заснуть. Или все-таки пять? Даже голову до подушки доносить не надо было. Я просто закрыла глаза и провалилась в сон без сновидений…
Ну и хорошо, а то тяжелые деньки были. Хотелось верить, что «были».
Просыпалась я с чувством, с толком, с расстановкой.
У меня сегодня день рождения! И пусть последний раз этот день был праздником, когда еще были живы родители. Пусть я отвыкла от чистосердечных поздравлений и праздничного торта, это же совсем не значит, что сегодняшний день будет абсолютно обычным?
Завтракала я в полном одиночестве, потому что проспала… Граф Вяземский уже уехал на работу и сегодня его дома не ждали. Как я поняла он редко ночует в особняке. Точнее редко ночует две ночи подряд. И они уже были.
Что ж, бегать за Вяземским я не собиралась – не мой профиль. Поговорить мы еще успеем, а пока мне нужен праздник! А как это сделать? Взять инициативу в свои руки! Именно с таким настроем я отправилась на кухню.
Баба Клава научила меня ставить тесто, и пусть шикарный трёхъярусный торт я испечь не в состоянии, то уж сделать пирожки с разными начинками – это я могу. Знаю, умею, практикую.
Кухарка в графском доме сначала меня испугалась. Ну, я не такая страшная, в принципе… Просто у нее было опасение, что я переверну кухню вверх дном и помешаю ей готовить обед и ужин. Но стол, продукты, инструменты все же мне выделила, подозрительно посматривая на сумасшедшую аристократку, которая вздумала готовить обычные деревенские пироги. Вот как-то так…
Пока тесто поднималось в теплом месте, я готовила начинки: мясную и сладкую. Благо увидев, как я готовлю тесто, а потом аккуратно убираю за собой (не люблю бардак), мне и без просьб и указаний выделили фарш, специи, фрукты и ягоды. Правда замороженные. До свежих была еще пара месяцев. Хотя некоторые ягоды уже были.
Готовка не по обязательствам, а по желанию – похожа на магическую медитацию. Только там ты настраиваешься на магию внутри, определяешь потоки, связываешь их между собой, как тогда, когда я делала сейф на съемной квартире. Нас даже для освоения простейших бытовых навыков тренировали не слабо. Представляю как тренируют магов в военных училищах!
Все же основная стезя для мага с сильным даром – военная карьера. Если он не девушка, конечно. Поэтому ребят из детских домов и пансионов, если вдруг у них фиксировалась магия, - забирали быстро. В семью или военное училище – не важно. Девочек брали редко. Практически никогда.
Так вот, когда готовишь, то тоже погружаешься в какое-то творческое состояние, когда надо управлять потоками, только не магии, а продуктов. Когда не замечаешь сколько времени прошло и как вокруг все изменилось. Например, появилось еще два повара, две девушки на подхвате и один наглый черно-белый кот, который покушав, тут же улегся на подоконник и с этого выгодного поста наблюдения провожал меня взглядом, куда бы я не пошла.
Пирожки испеклись и к обеду я готова была сама их все съесть, но собиралась отнести в управление, угостить всех хороших знакомых, частично знакомых и, если пирожки еще останутся, совсем незнакомых, с которыми можно познакомится.
Осталось пообедать, переодеться и вперед!
Ага, два раза…
Пока у графа Вяземского не запросили и не получили разрешения на мои передвижения, пока в доме не появился Бехерев с букетом цветов и деревянной коробочкой с шоколадными конфетами… В общем, прошло достаточно много времени. Обед в управлении уже прошел, но пирожки менее вкусными не стали.
- С днем рождения, Ариадна.
- Спасибо, Алексей Прокопьевич. А откуда вы знаете?
- Милана решила не оставлять ваш день рождения незамеченным и попросила его сиятельство разрешения сегодня вечером посетить вас в его доме и подарить подарок.
- Не надо подарков! Я рада уже от того, что про мой день рождение помнят. К тому же цветы, коробка конфет – это замечательные подарки.
- Замечательные, но не последние на сегодня. Едем в управление?
- Да, только корзину захватим…
- Пахнет вкусно. Причем прямо отсюда. Надеюсь мне удастся попробовать блюда, источающее такой божественный запах?
- Алексей Прокопьевич, не думала, что вы такой специалист по комплементам… Но заслужили, заслужили…
Завернув в салфетку, я протянула ему пирожок, и он не стал изображать эталон голодного, но благовоспитанного мужчины. Он с удовольствием съел испеченный мною пирог. Все-таки не зря баба Клава со мною мучилась на кухне!
В управлении меня встретили с воодушевлением. Последние дни выдались тяжелыми. Как я поняла было много задержаний. Много экспертиз. Много работы. Пока я приходила в себя, ребята работали до ночи.
Меня поздравляли с днем рождения, я кормила ребят пирожками, которые пеклись без магии, но с хорошим настроением и пожеланием всего самого наилучшего.
Общаясь с ребятами, я поняла разницу между статьями в газете и реальностью. Согласно заголовкам газет граф Ридигер отправился отдыхать на воды, а дядя императора, князь Чесский, направлен с инспекцией на границу. Только судя по тому, что мне по секрету на ушко сообщила Милана: князь Чесский поехал не на границу, а в крепость Шлененбург в Андалузских горах, самую охраняемую крепость в мире. Граф Ридигер компанию ему пока не составил, но только потому, что дает показания о заговоре против императора. Но после окончания следствия путь его лежит туда же. Куча более мелкой сошки уже отправилась на рудники. Благодаря покушению на Вяземского всплыло много чего. В том числе и то, что в авральном режиме им работать еще не менее полутора недель.
А я тут прогулками развлекаюсь…
Захватив стратегический запас пирожков, я двинулась к Василию Васильевичу. Сейчас меня осмотрят и дадут разрешение на выход на работу, думала я. Без меня-то никак, не справляются. Прямо управление рухнет без меня, любимой…
Пирожки не помогли…
Осмотреть меня – осмотрели, правда сказали, что покой мне прописан еще минимум на три дня, и если он увидит меня в управлении раньше чем через три дня, то он возьмет у оперативников наручники и прикует меня к кровати, чтобы точно отдыхала и никуда не делась!
За сегодняшние путешествия мне бы то же досталось, но была скидка на день рождение. И на дополнительные пирожки…
***
Мне подарили подарки! Причем самым приятным было то, что я особо никому не говорила про день рождения. А они приготовили и принесли на работу, чтобы меня поздравить…
Все-таки хороших людей в жизни мне встречается больше чем всяких «венюковых» … Сердце как будто укуталось в теплый кокон и, хотя иногда слезы пытались пробиться откуда-то изнутри – это от счастья.
Анна и другие девушки из бухгалтерии подарили несколько красивых, а главное разных заколок для волос. Моя грива очень не любила ограничителей и заколки я теряла с завидной периодичностью. Еще в пансионе на занятиях или в столовой были моменты, когда неожиданно с громким щелчком заколки расстёгивались, улетая за несколько метров. Не всегда их потом можно было найти, так что заколки в моем случае – нужная вещь. Часто теряемая. На душе было приятно, потому что я не думала, что одна случайно рассказанная история из прошлого, приведет к тому, что несколько людей, не сговариваясь друг с другом, не спрашивая меня ни о чем, приготовят мне такие милые подарки.
Спасибо! Спасибо! Спасибо!
Аскольд подарил мне замечательный блокнот с не теряемой ручкой и жесткой обложкой. Теперь я могу не боятся, что ручка, которой я могу и писать, и рисовать, выскользнет из блокнота, пока я иду по коридору. А из-за жесткой обложки я могу рисовать практически на коленке. К тому же в блокноте были разноцветные листы, и поля отделялись прорисованными лианами и цветами. Так необычно и красиво! Блокнот даже в руках держать было приятно!
- Спасибо, Аскольд! У меня прямо руки чешутся что-нибудь уже в него нарисовать.
На эмоциях я даже его обняла. Точнее сначала я коснулась его руки своей рукой, а потом меня просто оглушило видением, и я похоже на Аскольда просто упала. Сначала он застыл как столб, видимо не ожидая от меня такого нарушения этикета, а потом аккуратно обнял меня, ни на миллиметр не приближая меня к себе. И слава Богу!
Получив удар видением, как Аскольд рисковал, задерживая какую-то мутную личность в кабинете Вяземского ночью, я аккуратненько сама от него отстранилась. Все же в последний момент мой мозг оценил ситуацию, когда я лбом прижимаюсь к его груди и напомнил, что Аскольд мне не родственник (хотя воспринимаю я его как брата, младшего или старшего – пока не определилась), а неженатый молодой мужчина. Хорошо, что в приемной никого не было. Вроде бы.