Екатерина Матвиенко – Мечты, залитые персиковым солнцем (страница 3)

– У него сегодня переговоры с инвесторами. Если всё сложится благополучно, вечером состоится ужин в честь подписания договора.

Я с облегчением вздохнула и откусила свой круассан. Помолчав минуту, тихо ответила Борису:

– Пусть всё сложится благополучно.

Остальное время мы сидим молча, наблюдая за морской гладью. Лёгкий ветерок разносит солёный воздух, и я чувствую, как по коже пробегают мурашки. Прикрываю глаза, вдыхаю полной грудью… и ловлю на себе взгляд Бориса.

Не удерживаюсь и спрашиваю:

– Вы хотите мне что-то сказать?

И невольно поправляю выпавшую прядь волос, заведя её за ухо.

Он улыбается, выдерживает паузу и наконец отвечает:

– Грядут перемены. И очень бы хотелось, чтобы они были… положительными.

Он допивает свой кофе, ставит стакан на стол – будто намекая, что нам пора. Что все последующие вопросы будут сопровождаться сдержанными ответами в лучшем случае, а в худшем – напряжённым молчанием.

Глава 4

Мы возвращаемся в гостевой дом. Я захожу в свой номер. Казалось бы, настолько устала, что нет сил что-то решать, делать выводы… Кладу папку с документами на прикроватную тумбочку, снимаю с себя одежду и буквально падаю на кровать. Выдыхаю: одна сделка сделана. Казалось бы, дело за малым… Но нет, не за малым – ещё столько всего предстоит, чтобы понять, насколько правильное решение я приняла. Решение остаться здесь, а не сбежать, как когда-то.

Раздаётся стук в дверь. Прошу войти – и это Лиля. Она вся сияет и принесла радостные новости: отец возвращается с командировки и очень ждёт встречи.

Казалось бы, столько лет прошло… а моё сердце начинает трепетно биться. Ведь я не видела его вечность, мы почти не общались. Лиля сообщает место встречи: Борис заедет за мной в восемь и отвезёт к ним. Оказывается, планируется целое торжество – будут праздновать и удачные сделки с инвесторами, и мои подписанные документы. Да и просто… за долгое время. Это, оказывается, такая традиция.

Я немножко волнуюсь. Как всё пройдёт? Это же первая встреча с Костей за столько лет… А мы тогда так некрасиво, так глупо расстались. Как хочется, чтобы всё это осталось в далёком прошлом, которое больше не повлияет на нас.

Мы с ним очень давно не виделись, не разговаривали. Мой некрасивый поступок тогда всё перечеркнул – многолетнюю дружбу, тёплое отношение… Хотя всё это время мне его так не хватало. Как будто часть моей души осталась здесь и не давала мне дышать полной грудью. Я так нуждалась в его поддержке, в его опоре.

И вот сейчас, в этот момент, я здесь. И мне предстоит столько наверстать, столько исправить… Ошибки прошлого так часто влияют на будущее. Но я очень хочу верить, что у меня всё получится. Что отношения с Костей наладятся, и мы снова, как в старые добрые времена, будем отлично ладить. Как верные, как настоящие друзья.

Глава 5

Створки окна распахнулись, впуская в комнату тёплый вечерний воздух. Я стояла на балконе и в сотый раз перебирала в голове наряды, разложенные на кровати. Что надеть на ужин к Косте? Деловой костюм – слишком официально и пафосно. Платье с цветочным принтом – выглядит так, будто я пытаюсь казаться той беззаботной девчонкой, которой уже нет. В конце концов, остановилась на простых льняных брюках и шёлковой блузке цвета утреннего неба. Элегантно, но без намёка на старание.

Лиля, проходя мимо моей двери и заглянув «на секундочку», одобрительно хмыкнула:

– Папа обожает этот цвет на тебе. Помнишь, то самое платье?

– Как забыть, – фыркнула я, пытаясь совладать с непослушной прядью. – Он тогда сказал, что я в нём похожа на русалку, которая только что выбралась на берег и ещё не поняла, как тут ходить.

– Ну, так он всегда был мастером на оригинальные комплименты, – рассмеялась Лиля. – Не волнуйся, всё будет хорошо. Он тоже переживает.

Её слова засели где-то глубоко внутри, маленьким тёплым угольком надежды. Он тоже переживает.

Ровно в восемь подъехал Борис. На этот раз он был не за рулём служебного автомобиля, а улыбался мне с водительского места своего потрёпанного внедорожника.

– По проселочным дорогам к дому Кости на «седане» не очень-то проедешь, – объяснил он, открывая мне дверь. – А сегодня вечер должен быть красивым.

Мы ехали по извилистой дороге, уходящей вглубь от моря. Сосны уступали место низкорослым дубам и заросшим можжевельником склонам. И вот он показался – не помпезный дворец, а просторный одноэтажный дом из дикого камня с огромной террасой и светящимися окнами. Сердце ёкнуло и застучало где-то в горле.

На пороге, залитом светом, стоял он. Костя. Не паренёк в мятых шортах, каким я помнила его летом, а взрослый мужчина с проседью на висках и теми же лучистыми морщинками вокруг глаз. Он не стал ждать, пока я выйду из машины, а спустился по ступенькам навстречу.

Наступила секунда тишины, растянувшаяся на пятнадцать лет.

– Кать, – произнёс он, и в этом одном слоге было столько непрожитых лет, что у меня перехватило дыхание.

– Привет, Костя.

И тогда он улыбнулся. Не той своей знаменитой ухмылкой, а по-настоящему, по-старому. И обнял меня так, как будто вчера видел – крепко, по-дружески, но задержал на секунду дольше, чем нужно.

– Заждался уже. Иди сюда, твоё любимое вино уже заждалось.

Внутри пахло душистой травой, жареным мясом и тёплым хлебом. Стол ломился от угощений. Были и инвесторы, и партнёры, но Костя усадил меня рядом с собой, словно это был не бизнес-ужин, а давно забытый семейный праздник.

Разговор сначала тек плавно и осторожно, как вода по гальке. Общие фразы, воспоминания о море, нейтральные темы. Но после второго бокала вина и историй Лили о нашем «великом» побеге с мороженым, лёд начал таять.

– А помнишь, – вдруг сказал Костя, поворачиваясь ко мне, – как ты пыталась научить меня разбираться в современном искусстве в той самой галерее в Москве?

– И как ты заявил на весь зал, что твой племянник пяти лет рисует «более душевные квадратики»! – парировала я, чувствуя, как наконец-то расслабляюсь.

– Ну, так это же была правда!

Мы смеялись, и наша смесь из старых шуток и новых взглядов парила над столом. Но в какой-то момент, когда остальные гости перешли к десерту на террасе, мы остались одни за столом.

Костя перестал улыбаться. Он повернул в руках бокал, глядя на тёмно-рубиновое вино.

– Я много думал, Кать. О том, как всё тогда вышло. С Артёмом… с твоим отъездом. Я, наверное, мог бы быть мудрее. Не отпускать тебя так легко.

Тишина снова нависла между нами, но на этот раз она была живой, полной невысказанного.

– Я сама всё отпустила слишком легко, Костя, – тихо сказала я. – И дружбу нашу… и всё остальное. Мне казалось, что я бегу к чему-то яркому, а на самом деле – просто от себя самой.

Он посмотрел на меня. И в его взгляде не было ни упрёка, ни обиды. Было… понимание.

– Ну, вот и вернулась, – произнёс он просто. – Теперь будем исправлять. Вместе.

Он коснулся своим бокалом моего. Лёгкий звон прозвучал как точка, поставленная в прошлом, и как многоточие – начало чего-то нового.

В ту ночь, возвращаясь в гостевой дом, я не видела дороги. Я видела его глаза и слышала его слова: «Теперь будем исправлять. Вместе». И впервые за долгие годы будущее не пугало меня своей неопределённостью. Оно манило, как огни того самого дома на склоне холма.

Глава 6

Утро началось не с кофе на балконе, а с разбросанных по всему полу скетчбуков, распечатанных фотографий и образцов тканей. Я сидела посреди этого творческого хаоса в растянутой футболке и с растрёпанными после бессонной ночи волосами, пытаясь понять, как же должен выглядеть идеальный книжный магазин. Он должен пахнуть старыми книгами и свежим чаем, быть уютным, как домашняя библиотека, и светлым, как эта севастопольская весна.

В дверь постучали. Я вскочила, пытаясь на ходу придать себе вид адекватного человека, а не безумной художницы в процессе творения.

– Войдите!

На пороге стоял Костя. В дорогих, но потрёпанных джинсах и простой футболке, с двумя картонными стаканчиками в руке. Он окинул взглядом мой «творческий беспорядок», и в уголках его глаз заплясали знакомые морщинки.

– Лиля доложила, что ты перешла в режим полной боевой готовности. Решил подвезти подкрепление. Держи, – он протянул мне один стаканчик. – Твой латте. И не спорь, что утром нужен именно он.

Я взяла стаканчик, и тепло приятно обожгло ладони.

– Спасибо. Я как раз… – я смущённо повела рукой над своими «чертежами». – Пытаюсь решить, могут ли книжные полки быть цвета морской волны или это слишком смело.

Костя сделал несколько шагов вглубь комнаты, внимательно, но не осуждающе разглядывая эскизы.

– Могут, – уверенно заявил он, поднимая один из скетчей. – Если этот цвет будет не на всех стенах, а только на одной, акцентной. И если дерево для полок будет светлым, почти белым. Создаст контраст. У меня как раз остались палеты краски такого оттенка после ремонта в одной из гостиниц. «Цвет утреннего моря», называется. Если хочешь, могу отдать – всё равно пылятся на складе.

Это было не навязчивое указание, а именно предложение. Дружеский совет.

– Правда? – обрадовалась я. – Это было бы здорово!

– Конечно. Кстати, насчёт подрядчиков. Не хочешь взглянуть на ребят, которые делали мебель для моих винных погребов? Они гении своего дела, работают с деревом, как с живым материалом. Не какие-то там абы-какие сборщики из сетевого магазина. Вот, – он почти не глядя достал из кармана визитку и положил её на стол рядом со мной. – Просто позвони, скажешь, что от меня. Они тебе хорошую цену сделают.