Екатерина Максимова – Соль земли. Люди, ради которых стоит узнать Россию (страница 4)
«Он делает Таганрог ярче», – радуются все наши без исключения коллеги, от правительственной «Российской газеты» до развлекательного «Пикабу». «И обязательно было испортить этим муралом здание с исторической ценностью!» – надрываются хейтеры в комментах.
Больше всего эмоций вызвал портрет актера Влада Ветрова в образе Сергея Тимирева из фильма «Адмиралъ» на стенке бывшего детсада в центре города (пер. Спартаковский). К миротворческой цитате «Все, что нам нужно, – это сочувствие и терпение» некто несогласный приписал черным по зеленому: «Сочувствие – чудилам, терпение – терпилам».
Художник не расстроился – ликвидировал каракули. Но дальше – больше.
«Четыре раза я этот портрет восстанавливал, – вспоминает Антон. – В итоге кто-то решил эту стену взорвать. Заложил самодельное взрывное устройство. Рвануло. Приехала полиция, пожарные, посреди ночи все это было. До сих пор там остался след – углубление в земле от взрыва. Но стена стоит».
К хейтерам Антон относится философски: «Это всегда так. В соцсетях, везде. Чем бы ты ни занимался, что бы ни рисовал, обязательно кто-нибудь подойдет и скажет, что он против».
Актеры, кстати, совсем не против. Ветров поделился своим портретом в фейсбуке. Павел Деревянко радостно запостил пиксельного себя в инстаграме, собрав тыщи лайков. На рисунке он вместе с легендой Таганрога – Сергеем Бурлаковым, спортсменом с четырехкратной ампутацией (обе руки и обе ноги), которого восхищенные иностранные журналисты прозвали «Человек планеты».
У художника на очереди два знаменитых сочинителя песен: поэт Михаил Танич («Черный кот», «Комарово», «На дальней станции сойду», «Ходит песенка по кругу», «Белый лебедь на пруду» и многое-многое другое) и рокер Рома Зверь, признанный даже Каннами (получил приз Каннского кинофестиваля за саундтрек к фильму Кирилла Серебренникова «Лето». )
А скоро свою стену в Таганроге обретет и «голос поколения» – блогер-журналист Юрий Дудь. «Дудь недоделанный пока
Стрит-арт, зрителем которого может стать любой прохожий, в Москве, Петербурге и некоторых миллионниках уже захватил десятки улиц и переулков и даже дорос до своего всероссийского фестиваля в Тюмени – «Морфология улиц». Но Таганрог – маленький, бескорыстных творцов здесь просто меньше на квадратный километр.
Однако очень может быть, что пиксельный стрит-арт Антона Тимченко станет отправной точкой целого движения и одной из десяти причин, зачем туристу нужно ехать в Таганрог. Антон, которого хочется назвать несовременным словом «энтузиаст», в свой город по-настоящему влюблен.
«У Таганрога очень богатая история, – рассказывает он. – Здесь жили люди, которые сильно развивали культуру в свое время. Дух этот остался. Здесь очень красивая, на мой взгляд, ценная архитектура. Здесь хорошая атмосфера, климат, воздух. Что еще? Люди приятные. Театр, прогулки, море, набережная – это все прекрасно и замечательно, и всем этим мне очень нравится Таганрог.
А стрит-арт – это часть культуры, а она нужна любому человеку, где бы он ни жил. Люди к этому тянутся. Это просто отдельный вид искусства, который относительно недавно появился и активно развивается. Как и всякое искусство, стрит-арт неоднозначен и не всем нравится, и не всем полезен. Но он заставляет смотреть на мир другими глазами, видеть что-то новое, пытаться понять. Абсолютно то же самое можно сказать про любые работы в любом музее мира. Так уж нужны они людям? Мне кажется, очень нужны».
Когда Россия – другая планета
Говорит и показывает фотограф Алексей Голубцов.
Наш герой жил и работал в Германии, в обеих российских столицах, но как фотограф стал известен, снимая дремучую первозданную Россию. Такие ее медвежьи углы, о которых – мы готовы спорить на что угодно – вы даже не слышали.
ПАРУ СЛОВ О СЕБЕ
– Некоторые люди называют меня фотографом. Я бы себя так не назвал. Это все равно что сказать: я писатель. Если при этом не смеешься в голос, выглядишь немного подозрительно. Просто писатель у нас Лев Толстой.
У отца была старая «Смена», и я фотографировал. Все подряд. Вообще было не важно, что снимать, главное – сам процесс. Помню, снимал даже то, что показывали по телевизору. За бестолковый расход пленки меня не ругали.
Последние 20 лет я живу в столице. Но родился и вырос в Кургане. Что за город? Хороший, декабристов туда ссылали. Столица Зауралья. Вроде не очень и далеко от Москвы – две тысячи километров, два часа на самолете. Но все время какая-то незадача, благодать его обходит стороной: не останавливается транссибирский экспресс, федеральные автомобильные трассы, и те идут мимо. В общем, «черт дернул с умом и талантом родиться в Кургане» – можем немножко перефразировать Пушкина. Очень там трудно и муторно пытаться себя реализовать. Я работал фотокорреспондентом в газете «Курган и курганцы», так что знаю, о чем говорю.
Зауралье – это лесостепь, самый что ни на есть русский ландшафт. Широкая пограничная полоса между скифами, тюрками и финно-уграми. Этот ландшафт сформировал меня, так что в принципе я могу долго находиться в горах или в пустыне, но лучше всего себя чувствую там, где проходит граница степи и леса.
Тундра, полуостров Канин, Ненецкий автономный округ, 2005 год
ГДЕ РОССИЯ – НАСТОЯЩАЯ ЕВРОПА?
– А нет ее в России, мне кажется. Петербургу всего 300 лет. И потом – это исключение, которое подтверждает правило.
История, которая могла произойти только в Питере? Не знаю, историй много, но они скорее про мою студенческую молодость, чем про Петербург. Семь замечательных лет я прожил в этом городе. Некоторые истории – это встречи с выдающимися современниками. Концентрация русской интеллигенции в Питере, безусловно, выше, чем где бы то ни было в России.
Для меня Питер – это больше свет июньской ночи, сырой ветер, звуки трамвая, отражения в воде, чем воспоминания о конкретных происшествиях.
Если говорить о Европе широко, как о западном образе жизни – последние несколько сотен лет что лежит в его основе? Наверное, деньги. Тогда самый европейский русский город сегодня – это Москва. Отношения между людьми здесь строятся с прицелом на выгоду: знакомство тогда приятно, когда оно полезно. Модель западного утилитарного подхода к человеку характерна и для других наших крупных городов, но в Москве особенно бросается в глаза.
ГДЕ РОССИЯ – АЗИЯ?
– Да тоже нигде. Для меня Азия – это Китай, жесткий до жестокости. Россия – между Европой и Азией, ее особенность в этом «между». Но если и тут смотреть шире, то, пожалуй, российская Азия там, где иная, нежели православие, религиозная культура, например буддизм. Религия, философия жизни, картина мира – там все другое, и, в принципе, это можно назвать Азией.
Я ездил к сойотам, это 400 км западней Байкала, Окинский район Бурятии, на границе с Монголией. Небольшой этнос с почти утраченным языком. На туристов там производят впечатление буддийские дацаны и потухшие вулканы. Но я больше всего запомнил кладбище в улусе Сорок. Свежую могилу ребенка. Хотя это и не могила в нашем понимании. Традиционное сойотское захоронение – это когда покойника, завернутого в саван, подвешивают на дерево. И вот на дереве висит маленькая люлька, качается на веревках. Как-то меня сильно пробило, и хорошей фотографии у меня тогда не получилось. Нам трудно постигнуть само это мировосприятие: вот дерево с корнями, уходящими вглубь, и ветвями, устремленными вверх, и вот человек на этом дереве. Почему? Как будто другая планета, Луна какая-то.
Но там и, правда, возникает уверенность, что мы будем жить еще не раз; что все, что ты делаешь, – это плюс или минус к твоей карме. Переродишься ты в божью коровку или в камень – зависит от тебя, от твоих поступков. Это чувствуется в их повседневной жизни. Пока я там находился, ни разу не ощутил себя чужим среди них. А я чужой – приехал, вторгся в их жизнь и сплю теперь на их постели, хожу за ними везде и фотографирую. Но никакого негатива, и, мне кажется, мысль их примерно такая: надо его терпеть, это такое испытание, если справимся – плюс к нашей карме. Но, может, это только моя интерпретация…
ГДЕ СЕРДЦЕ РОССИИ, ГДЕ ЖИВУТ САМЫЕ НАСТОЯЩИЕ РУССКИЕ?
– Не в каком-то конкретном регионе. Они по всей России живут в таких населенных пунктах, которые мы называем «малые города». Не важно где, на Сахалине или в Подмосковье. Там соль русских. Города с населением 5—10 тысяч человек.
Я недавно был в Рязанской области, в городе Касимове, я и не слышал о нем раньше. Населения там около 30 тысяч, но он нам подходит. Это город с историей, он был основан как город, это не разросшаяся деревня. В то же время он слит с окружающим ландшафтом, с рекой Окой. Большой рынок по выходным дням, где и привезенный товар, и продукты местных фермеров. Ты слышишь колокольный звон, находясь в любом конце города. А главное – ощущение течения времени: когда интенсивность событий, составляющих жизнь города, не опережает скорость осмысления их горожанами. Москвичам кажется, что такие люди – заторможенные немножко. Нет, просто именно так выглядит естественная реакция человеческого мозга на события: когда ты успеваешь все происходящее осмыслить, разложить по полочкам и к каждому событию и явлению подобрать свое отношение и свою интерпретацию.