Екатерина Лесина – По волчьему следу (страница 78)
Кажется, мысль, что Бекшеев сам до нужного дома доберется, показалась Шапошникову донельзя удачной.
- Я бы и сам, да только дел невпроворот… работать некому… а у меня отчеты. Отчеты у меня, - Шапошников схватил стопку каких-то бумажек, которой и потряс. – И все-то требуют, все-то чего-то хотят. Начальство лютует. Ни минуточки покоя, ни секундочки вот…
- Сочувствую, - сказал Бекшеев, отступая к двери. – Дело хотя бы дадите?
- Дело?
- Если эта Крышнина содержит публичный дом, - силы высшие, дайте терпения никого не убить. – То в полиции, согласно уложению, должно иметься дело. С фотокарточкой. С биографией.
- Ах, дело… да, конечно… сейчас…
Нога ныла.
Хотя в целом чувствовал Бекшеев себя не так и плохо. Даже лучше, кажется, чем в Петербурге. Голова вот болеть перестала, а нога… так находился. Пока до школы добрался, пока там опять же, благо, и вправду карт отыскалось в достатке.
Назад.
И вот теперь идти надо… или машину затребовать? Правда, Бекшеев подозревал, что свободных машин в наличии не окажется, что все как одна будут или заняты, или не на ходу…
- Вот, - Шапошников торопливо сунул тоненькую папочку. – Дело, конечно… там все в порядке… достойная женщина…
Только бордель держит и контрабандой занимается. А так, наверняка, если не очередной столп местного общества, то почти. Но Бекшеев промолчал, вышел и прикрыл дверь.
Надо бы погодить.
Дело вот почитать. Подумать…
- О, шеф, - Тихоня обнаружился в коридоре, где сидел, к стене прислонившись. – А я уж волноваться начал. Этак вот оставишь ненадолго разумного вроде человека, а он раз и гулять сбежит.
И поглядел с упреком.
Совесть шевельнулась и…
- Надо было, - спокойно ответил Бекшеев, пытаясь совладать с раздражением. В конце концов, он не ребенок и да… может быть, прогулки по Бешицку не так и безопасны, вспоминая, что стало с предыдущими двумя следователями.
Но это же не повод прятаться.
И до школы тут всего ничего.
И надо было проверить… точнее карты нужны были. И копия нашлась, точнее её доделали там же, поспешно, хотя все одно довольно точно.
Впрочем, карты привычно запечатлелись в памяти.
Но дело не в картах и служебной необходимости, на которую по-хорошему многое списать можно. Дело в том, что он, Бекшеев, взрослый и самостоятельный человек. И не нужна ему нянька!
Тихоня понял и молча отступил в сторону, правда, предупредил:
- Там эта… новенькая… прибирается, - доверительно добавил. – Может, лучше пообедаем?
- Зима?
- Пока не вернулась.
- Туржин…
- Отправился по тавернам гулять да на жизнь жаловаться. Хотя, конечно… глупый он. А мнит себя умным. Плохо.
- Чем?
- Вляпается во что-нибудь. А нам разгребай. Отослать бы его…
Бекшеев кивнул.
Отослать бы. Самое разумное. Но теперь, когда вроде бы удалось достичь если не мира, то перемирия, отсылать Туржина было не за что.
- А утром что это было?
- Понятия не имею, - Тихоня поскреб ладонь, которой тряс руку Туржина. – Вроде не чесалась. Рука как рука, но… мало ли. Может, на меня просто не подействовало.
- Или мы начинаем тени своей бояться.
- Тоже быть может… но иногда лучше так, чем после на похоронах рыдать. Извини, шеф, но я ему не верю…
И во взгляде мелькнуло что-то такое, недоброе до крайности, заставившее подумать, что, если выпадет случай, то шею Туржину свернут с легкостью и без особых моральных терзаний.
- Не трогай, - попросил Бекшеев.
- Не буду. Если повода не даст.
Требовать большего было глупо.
- Так куда пойдем-то? – Тихоня изобразил улыбку и покосился на дверь. – Куда-то надо, а то путаться под ногами у женщины, которая порядки наводит, так себе мысль…
Бекшеев хмыкнул.
И ответил:
- В публичный дом.
Надо же.
Получилось удивить.
- По работе, - успокоил Бекшеев. – Исключительно по работе…
- А все-таки, - Тихоня потянулся. – Порой начинаешь думать, что хорошая у меня работа… и не скучная, столько разных удивительных мест… людей…
- Только, - Бекшеев потер ногу, намекавшую, что больше она ходить не желает. – Машину бы найти. Такси там какое. Если тут есть.
Такси нашлось.
Черное, лаковое, с правильными шашечками на крыльях и желтым имперским гербом. И таксист под стать. А главное, таксист, услышав адрес, лишь кивнул этак, равнодушно, будто всякий день катает господ от полицейского управления к публичному дому.
Может, впрочем, и катает.
Местные порядки… отличались некоторой специфичностью.
А дом неплохой.
Красивый дом.
Особняк в три этажа. Тут и всенепременные колонны, и лестница с каменными цветочницами, но хоть без львов, и портик узорчатый. Красный фонарь тоже наличествовал, весьма изящной ковки, намекая, что заведение сие, пусть и является публичным домом, но дорогим, для особых господ.
- Эх… - вздохнул Тихоня, приглаживая редкие волосы на макушке. – Слыхал я, что в столицах есть такие бордели, которые почти что дворцы…
- И дворцы, - не удержался Бекшеев, - которые по сути своей почти что бордели.
И вот чего потянуло-то?
Тихоня хмыкнул.
И ничего не ответил.
А их ждали.
Кто предупредил? Хотя… вариантов немного. Шапошников. Ну и плевать. Главное, что хозяйка сего места, женщина весьма приличного вида, не стала сбегать или прятаться.