Екатерина Ландер – Теория газового света (страница 4)
Дверь подъезда оказалась незапертой, и это было сейчас на руку. Подождав несколько минут, Кристина вышла на улицу и, оглянувшись, быстрыми шагами засеменила в направлении, противоположном тому, куда удалился Артем.
Звонкие девичьи каблучки резво отбивали ритм по влажному асфальту. В упругом воздухе, точно в душистом сиропе, плавал невесомый аромат еще молодого лета. Идя по безлюдному тротуару с желтыми пятнами прибитой пыльцы, Кристина почти убедила себя, что никакого странного ощущения не было и в помине.
Она уже подходила к своему дому, затерявшемуся в глубине окутанного предрассветным маревом района, когда почувствовала неладное. Снова острое, навязчивое ощущение тревоги, но теперь другого рода. Кристина замерла посреди улицы, напряженно прислушиваясь.
– Эй, красавица, сколько времени, не подскажешь? – На затерявшейся в зарослях сирени скамейке лежал раскисший пьяница. – Или у тебя нет часов? Если нет, ты извини…
Дернувшись в такт резво застучавшему сердцу, Кристина быстро ускорила шаг.
Черт бы их подрал всех! Повыползали. Лето…
Противный комок паники шевельнулся и застыл в горле, сразу стало нечем дышать.
– Да-а-алеко собралась? – Она испуганно вскрикнула, когда второй не пойми откуда взявшийся мужик вынырнул из-за куста, схватил Кристину за рукав, попытавшись развернуть к себе. – Может, соста-а-авишь нам компанию?
Из приоткрытого рта разило прокисшей кислятиной. Пьянчуга пошатывался, неуверенно стоя на ногах, и вот-вот норовил завалиться, но хватка оказалась неожиданно сильной.
Примерившись каблуком, Кристина с размаху пнула его по ноге и, воспользовавшись секундным замешательством, бросилась бежать настолько быстро, насколько позволяли скользкие босоножки. Сзади послышалась сдавленная ругань, но преследовать ее, кажется, не собирались.
Тяжело дыша, она влетела в подворотню и только здесь чуть сбавила темп, оглядываясь. Неприятная ситуация.
Неприятная, но, слава богу, не смертельная.
Впереди, на стоянке перед домом, вспыхнули фары, водительская дверь приоткрылась, и оттуда высунулся человек. Высокий темноволосый мужчина лет тридцати, может, совсем с небольшим хвостиком, в непримечательных потертых синих джинсах и черной куртке. Широкие дуги бровей, глубоко посаженные глаза. Остро очерченные скулы и бледные тонкие губы. Он казался абсолютно простым, почти заурядным – такие десятками ходят по городу, без труда сливаясь с толпой, спешат по утрам куда-то, шатаясь в давке общественного транспорта, пьют кофе из сминаемых пластиковых стаканчиков, ругаются в пробках, шутят с друзьями и смотрят фильмы по вечерам.
– Девушка, у вас все в порядке? Могу вам чем-то помочь?
Лицо, еще не успевшее очнуться от заторможенно-сонного оцепенения, медленно примеряло на себя выражение участливого беспокойства.
Оставив машину, незнакомец осторожно приблизился, попеременно глядя то на Кристину, то ей за спину, словно предчувствовал что-то нехорошее.
Кристина растерянно кивнула, оборачиваясь. Позади никого не было. Возможно, увидели свет фар и побоялись сунуться. А может, были в таком состоянии, что даже шагу ступить не смогли бы. Она переоценила опасность. Но лучше уж так, чем впутаться в неприятности, не имея возможности выпутаться из них.
– Простите. Все в порядке, спасибо, – наконец раздельно проговорила она, переводя дыхание. Сердце усиленно бухало в груди, не желая приходить в нормальный темп. – Все хорошо.
Незнакомец приятно, немного рассеянно улыбнулся. Глаза по-прежнему оставались серьезными и тревожными, с какой-то лихой сумасшедшинкой, талантливо скрываемой за занавесом дружелюбия. Кристина ощущала на себе внимательный, давящий взгляд.
Его лицо казалось знакомым. Подумалось, память вот-вот подкинет подсказку, где они могли встречаться раньше. Коллега тетки? Школьный учитель, пришедший перед самым выпуском? Старший брат давно забытой знакомой?
– Я пойду. Благодарю вас… за бдительность.
Кристина шагнула в сторону, но тут же почувствовала, как что-то мешает ей отвернуться, притягивает внимание. Чужой взгляд. Взгляд, в котором словно были собраны тлеющие искры темного огня, готового в одно мгновение разгореться с полной силой: внимательный, пронзительный, пульсирующий и втягивающий в себя, в бездонную, клубящуюся темноту зрачков.
Было нечто неестественное, магнетическое в одном ощущении, вызываемом этим взглядом. Как волна холодных мурашек, скользнувших по позвоночнику в жаркий июльский день. Кристина нервно сглотнула, стараясь унять дрожь в ногах.
– Рад помочь. – Незнакомец беспомощно развел руками, отступая к своей машине.
Кристина развернулась, собираясь уйти, как внезапно почувствовала, что что-то случилось с ее глазами. Нет, не так. Что-то
Предметы на мгновение помутнели, сделались блеклыми, непривычно вытянутыми и изогнутыми, будто на сюрреалистичной картине. Контуры поплыли, размножились, задрожали, точно раскаленный воздух над костром, и среди наслаивающихся друг на друга изображений проявилось цветное сияние.
Кристину окружал свет. Тусклый, бледный, он исходил от всего, что было рядом, более того – прямо от нее, изнутри, зарождаясь мельчайшей искрой в районе солнечного сплетения. С каждой секундой делался все ярче, плавно перетекая из одной формы в другую. Податливый, теплый. Осязаемый. Тянул к себе магнитом, необъяснимым зовом заставляя следовать за собой. Звал, маня окунуться глубже в облако мерцающих искр. Кристина почувствовала себя бабочкой, мотыльком в ночи, безудержно стремящимся к далеким огням, к их горячему, обжигающему существу.
Коснуться бы его. Дотронуться. Хоть на мгновение.
Кристина попробовала сделать шаг, но мир внезапно потерял привычные ориентиры, и, оступившись, она неловко осела на асфальт. Шершавая крошка кольнула нежные ладони.
– Что с тобой? – Руки незнакомца, внезапно оказавшегося рядом, сжали ее плечи, встряхивая в попытке привести в чувство. – Никогда не…
Слова превратились в белый шум. Голова и мир вокруг затеяли бешеную пляску. Кристина зажмурилась, пытаясь унять этот хоровод. Волна непонимания и страха подкатывала к горлу одним большим жгучим комком.
– Кристина!
Из темноты вынырнула знакомая фигура. Голос – неуверенный, звонкий, почти не изломанный возрастом, все такой же наивный и добрый, как тогда, в пятом классе.
Артем появился из-за угла, из черной дыры подворотни, куда еще пять минут назад зашла она сама. Решил убедиться, что она действительно пошла домой? Или же заранее знал, что сцена у подъезда была представлением?
– Что случи…
Что-то резко, пронзительно быстро, молниеносно резануло воздух. Казалось, тени за спиной незнакомца вдруг встали дыбом, повинуясь необъяснимому яростному порыву, и, сложившись в два рваных, изогнутых полотна, наотмашь полоснули по застывшей в полушаге от Кристины фигуре Леонтьева. Он не успел отреагировать, только вздрогнул, выставив вперед руку, и согнулся пополам, начав медленно оседать на асфальт.
– Нет! – Острый вскрик ножом вспорол окружающую ночную темноту, отразился от нее, пронзительной вспышкой возвращаясь назад. – Это мой друг… Вы не понимаете… Не трогайте!
В этот момент реальность замерла, расслоилась на отдельные рваные кадры. В голове стучала лишь одна мысль: «Не может. Невозможно. Нереально!»
Сквозь заволакивающую глаза пелену с неожиданной четкостью прорезалась склонившаяся над Кристиной фигура. Бледный растрепанный незнакомец был похож на призрака, явившегося к ней сквозь облако невообразимо яркого, ослепительного сияния. Свет плясал по его лицу, расцвечивая кожу причудливой смесью оттенков, отражался в неподвижных темных глазах, терялся отсветами в волосах.
– Никогда не видел ничего подобного раньше.
Кристина почувствовала, как ее подхватили с земли. В свете желтого равнодушного фонаря качнулось перед глазами небо, будто проеденное телевизионной рябью, но ясное, лишенное дымной завесы городских облаков. Небо из фиолетово-спокойного ночного мира тайн.
А затем оно потонуло в неожиданно нахлынувшей темноте…
Глава 2
• 2018 •
Это был странный сон. Очень… вещественный.
Кристина стояла перед зеркалом в своей комнате. Отливающие медью вьющиеся волосы приятно контрастировали с оливкового цвета брючным костюмом. Новые босоножки были прелестны. Как и крошечная двустворчатая сумочка. Мягкий овал лица, кожа с россыпью напоенных солнцем веснушек. Глаза цвета янтарного чая.
Кристина хорошо помнила момент, как, наряжаясь на вечеринку перед зеркальной дверцей шкафа, пыталась отогнать грызущую неугомонным червячком тревогу.
Это ощущение преследовало ее уже несколько дней. Иногда оно отступало, растворяясь в повседневных заботах и мимолетных мыслях, но возвращалось вновь.
Неожиданно вынырнувшая из-за плеча черная птица пронеслась в воздухе, оставляя за собой чернильно-темный след. Вздрогнув, Кристина обернулась… Таким безукоризненно правильным выглядело в зеркале отражение комнаты. Никого…
«Все хорошо, – сказала она себе тогда. – Просто показалось…»
Но сейчас это «хорошо» исчезло без следа, уступив место другой реальности – жгучей и отвратительной.
Перемежаемый приступами истерически надрывного смеха, голос вибрировал, отражаясь в тесных переплетениях стен. Звенел, осколками рассыпался под низким потолком, чтобы возродиться в новом жутком вопле.