Екатерина Кожина – Два принца (страница 12)

Гаррет, не желая оставаться на скамейке запасных, бесшумно подплыл со спины. Его сильные руки замкнули кольцо объятий, пальцы переплелись с ее тонкими пальцами, а губы нашли уязвимое местечко на нежном плече, устроив там персональный филиал рая.

— Вы... вы просто невыносимы! Два наглых, невоспитанных волка! — прерывисто выдохнула Лилиан в перерыве между поцелуями.

Она честно попыталась включить режим строгой оллернской принцессы, но внутренний навигатор окончательно сбился: пальцы вопреки здравому смыслу сами зарылись в мокрые волосы Кирана, притягивая этого наглеца еще ближе.

— Мы просто забираем то, что принадлежит нам по закону и по праву безумной любви, пушинка, — самодовольно ухмыльнулся Киран, прямо в процессе речи перемещая свои поцелуи в головокружительную ложбинку между грудей.

Ночью, ворочаясь в королевских шелках, Лилиан устроила своим мыслям настоящий разбор полетов. Уснуть не получалось: кожа до сих пор горела от горячих ладоней братьев, губы помнили вкус их поцелуев, а в голове настойчиво крутились воспоминания о той первобытной страсти, которая просыпалась в этих мужчинах во время ласк. В такие моменты они становились похожи на голодных хищников перед шведским столом, где главным блюдом была она сама.

Внутри ее нежной девичьей души вяло шевелилась легкая драма. Еще пару месяцев назад она, скромная затворница, всерьез паковала чемоданы в монастырь, морально готовясь к тихой жизни, скучным молитвам и полному отсутствию мужчин. А теперь? Теперь она умудрилась поделить свое сердце (и судьбу в придачу) сразу с двумя гигантскими оборотнями. Это шло вразрез со всеми правилами приличия, переворачивало ее внутренний мир с ног на голову и пробуждало такую чувственность, о существовании которой она даже не догадывалась.

Новые ощущения, конечно, пугали своей силой. От одной только мысли о грядущей свадьбе, где ей придется сказать «да» сразу двоим, пульс подскакивал до неприличных высот.

Но, положа руку на сердце, этот страх больше не вызывал желания сбежать через окно. Он стал сладким, волнующим и манящим — как предвкушение запретного десерта ночью. Лилиан счастливо улыбнулась темноте, покрепче обняла подушку и поймала себя на мысли, что ждет не дождется утра. Ведь рассвет гарантированно принесет ей встречу с двумя парами безумно влюбленных, преданных и очень голодных волчьих глаз.

Глава 9

До официального дня свадьбы оставалась всего неделя, и замок Оботорней окончательно превратился в сумасшедший дом на выезде. Но больше всего Лилиан пугал вовсе не масштаб грядущей пьянки, а то, что принцы легким движением руки решили полностью аннулировать ее гардероб, заменив его на что-то более подходящее для суровых местных реалий.

Ранним утром в ее покои без стука ввалились Киран, Гаррет и совершенно новый персонаж — мастер Торвальд. Это был пожилой оборотень-рысь с такими кустистыми бровями, что за ними едва проглядывали глаза, чуткими ушками с кисточками и манерами самого дотошного кутюрье с мировым именем. Следом за этой троицей слуги с натужным кряхтением внесли два огромных сундука.

— Так, пушинка, время модных реформ, — провозгласил Киран, по-хозяйски устраиваясь на подоконнике и скрещивая руки на своей широченной груди. — Твои оллернские платья с кринолинами, обручами и шлейфами — это, конечно, роскошно для паркета. Но в наших горах в таком прикиде ты либо запутаешься в первых же кустах ежевики, либо эпично улетишь с обрыва при первом же приличном порыве ветра. Короче, мы заказали тебе нормальные шмотки.

— Киран прав, Лили, — мягко поддакнул Гаррет, решив подойти к вопросу с дипломатической стороны.

Он плавно приблизился к принцессе, взял ее за руку и подвел к зеркалу. Его пальцы на долю секунды интимно и чертовски нежно сжали ее ладонь, заставив принцессу по старой доброй привычке покрыться приятным румянцем.

— Наш быт требует свободы движений и готовности к сюрпризам. Торвальд учел все традиции Оботорней, но сделал наряды максимально удобными для жизни, а не для стояния на пьедестале.

Мастер Торвальд тем временем критически, словно заправский мясник на рынке, оглядел фигуру Лилиан и с угрожающим видом выуживал из кармана мерную ленту:

— Эти ваши оллернские корсеты — это же форменное преступление против легких и здравого смысла! — проворчал старый рысь, качая головой. — Настоящая принцесса Оботорней должна дышать полной грудью, резво скакать на лошади и уверенно держаться в седле, а не падать в обморок от нехватки кислорода. А ну-ка, выпрямите спину, Ваше Высочество, сейчас мы будем делать из вас человека!

Первый же наряд, который Лилиан примерила под бдительным надзором рысьих бровей, вызвал у нее дикий, неописуемый восторг. Вместо привычного стокилограммового бального торта ее упаковали в удобный костюм цвета спелой лесной черники. Анатомия наряда была гениальной: плотные, соблазнительно облегающие эластичные брючки, поверх которых кокетливо пристроилась короткая юбка до колен, абсолютно не мешающая делать широкие шаги. Корсаж оказался плотным, но на удивление мягким — никаких удушающих китовых усов и стальных костей, врезающихся в ребра. Короной этого швейного шедевра стал легкий кожаный жилет, снабженный кучей удобных внутренних карманов, куда при желании можно было спрятать пару кинжалов, помаду и заначку от мужей.

Когда девушка с опаской вынырнула из-за ширмы, она озорно крутанулась на месте, оценивая, как задорно колышется юбка.

— Боги, да в этой одежде можно не просто ходить, в ней можно даже бегать от кредиторов и диких зверей! — восхитилась она. Ее глаза буквально сияли от невиданного ранее чувства свободы.

Киран выдал долгий, чисто мужской и крайне одобрительный присвист, а Гаррет довольно ухмыльнулся, привычным жестом поправляя сползающие очки. Он шагнул к ней и расправил воротничок нового жилета.

— Тебе идет, милая, — мягко резюмировал Гаррет. — Теперь ты укомплектована и готова к любым прогулкам по нашим скалам.

Наконец-то отбившись от примерки и швейных булавок, Лилиан решила устроить себе ознакомительную экскурсию по замку. Ноги сами привели ее на королевскую кухню, размеры которой напоминали стадион. Ей жуть как хотелось поближе познакомиться с местным персоналом и разузнать, чем дышит ее новый дом.

Шеф-повар замка, необъятны размеров оборотень-медведь по имени мастер Бальтазар, с видом сурового скульптора как раз раскатывал скалкой тонну теста для свадебных пирогов. Вокруг этого кулинарного гиганта на сверхзвуковых скоростях суетились горничные и поварята. На общем фоне особенно выделялась Марта — бойкая молодая волчица, которая умудрялась одновременно раздавать всем ценные указания и так энергично вилять своим пушистым серым хвостом, что от него исходил легкий освежающий ветерок.

— О, наша маленькая хозяйка пришла! — громогласно пробасил Бальтазар, едва завидев принцессу в новом черничном костюме с брючками.

Гигант уважительно согнулся в поклоне, отчего его огромный поварской колпак совершил пируэт и съехал на левое ухо, придав грозному медведю вид слегка помятого шеф-повара после тяжелой смены.

— Какая неописуемая честь для нашего кулинарного цеха!

— Здравствуйте, мастер Бальтазар, привет, Марта, — мягко улыбнулась Лилиан, чувствуя себя в этой компании на удивление уютно. — Я тут подумала... может, вам помочь чем-нибудь? В моем родном Оллерне за попытку прорваться на кухню мне бы устроили лекцию о дворцовом этикете часа на три, но я на самом деле безумно люблю возиться с выпечкой.

Горничные от такой королевской простоты дружно и преданно зашевелили ушками, окончательно растаяв. Марта всплеснула руками, а ее серый хвост развил под форменной юбкой такую скорость, что в помещении, кажется, заработал невидимый вентилятор.

— Да бог с вами, леди Лилиан! — запричитала волчица. — Мы тут сами все разнесем и заново построим, это наша работа. Но раз уж вы заглянули на огонек, падайте скорее за стол! Бальтазар только-только выудил из печки те самые убойные булочки с брусникой, которые вы так аппетитно наминали на днях.

Девушка с чистой совестью устроилась на деревянной скамье. Девчонки-горничные со скоростью профессиональных фокусников убрали со стола лишнюю муку и выставили перед ней чашку с дымящимся, одуряюще пахнущим травяным чаем. Марта хвостиком пристроилась на краешке соседнего стула, готовая выдать свежую порцию замковых новостей:

— У нас тут, леди, сейчас натуральный бедлам, весь замок на ушах стоит. Столяры во дворе колотят столы для пира с таким рвением, будто строят оборонительную крепость. Ткачи без сна и отдыха выдают праздничные гобелены километрами. Но вы не думайте, мы все безумно рады вашему появлению! Про олленских принцесс у нас такие ужасы рассказывали — мол, они чопорные, замороженные и общаются исключительно через губу. А вы у нас... ну, настоящая! Живая, теплая и без этих дурацких столичных замашек.

Лилиан лениво потягивала чай, с удовольствием вникая в местный колорит: девчонки наперебой спорили о секретах консервации на зиму и правильной пропорции сахара в брусничном варенье. Внутри у принцессы разливалось какое-то совершенно новое, приятное чувство собственной нужности. Здесь ее не пытались запихнуть в темный угол и сделать удобной деталью интерьера. Обитатели этого сурового, пропахшего шерстью и скалами замка искренне хотели с ней дружить.