Екатерина Кариди – В его власти. Вторая жена (страница 5)
Пока он не сказал:
— Собирайся.
У нее сердце подскочило к горлу от невероятной надежды.
— Виталик вернул долг?
Мужчина мрачно усмехнулся и проговорил:
— Нет.
— Нет? — переспросила она эхом.
В душе сразу все перевернулось, теперь ей казалось, что она оторвалась и куда-то падает. Все-таки до последнего надеялась… Видела же, что когда ее забирали, жених просто стоял рядом и молчал. Глупо. Очень глупо. Надо было сразу догадаться, что он не будет возвращать долг.
Ника заставила себя собраться и проговорила:
— Я могу связаться с родными?
Да, долг для них неподъемный, но, может быть как-то, частями…
— Нет.
Но почему⁈ — хотелось кричать ей. Ведь даже осужденному на смерть дают последнее слово. А этот монстр с холодными глазами смотрел на нее и, похоже, забавлялся. Твердые, красиво вырезанные губы кривились жесткой усмешкой. Он словно говорил:
«Да, проси меня. Умоляй»
Слезы полезли на глаза. Но нет, не увидит господин Жаров ее слез.
— Что со мной будет? — спросила она.
Мужчина пожал плечами.
— Поживешь в моем доме, — губы опять кривились издевательской усмешкой, а в глазах мелькнул какой-то звериный огонек. — А дальше посмотрим.
Гостьей? Взрыв бессильной ярости. А он произнес, окинув ее взглядом:
— Готова? Тогда выходи.
И первый пошел к двери. А Ника за ним.
Что она сейчас чувствовала? Вчера казалось, что хуже не может быть, сейчас она уже и не знала. Ничего не знала. А мужчина шел впереди. Такой крупный, занимал собой все пространство, эти его твердые шаги — громом в ушах.
Казалось, они будут двигаться бесконечно, однако он привел на второй этаж и остановился перед дверью какой-то комнаты. Мотнул головой:
— Заходи.
Что это⁈ Его спальня? Ника догадывалась, как отрабатывают долг.
— Я не буду… — начала, стискивая кулаки.
Он сразу оборвал:
— Переоденься, приведи себя в порядок и спускайся к завтраку.
В первый момент Ника даже не поняла. А он открыл дверь и мотнул головой:
— Как закончишь, выходи в холл, дальше тебе подскажут.
Развернулся и ушел.
Ника не стала долго ждать, тут же скрылась за дверью.
Сердце колотилось в горле, это опять была дикая эмоциональная встряска. Но комната против ожидания оказалась обычной гостевой, с ванной и окнами в сад. И со шкафом, в котором было полно одежды и обуви.
А на кровати уже лежал приготовленный для нее домашний костюм. С бирочкой, новый. И удобные тапочки.
Ника стиснула зубы. Нет, не станет она здесь одеваться по-домашнему, она не дома. Но несвежее и мятое свадебное платье снять надо было. Какая теперь из нее невеста, она вообще не пойми кто. Быстро, пока не передумала, пошла к шкафу, достала какое-то платье и туфли на низком каблуке, так официальнее.
Переоделась и вышла.
Дорогу к холлу она нашла без труда. А там одна из горничных провела ее до столовой. Все это время Нике казалось, что здесь везде глаза.
Но когда вошла, от неожиданности замерла.
За большим обеденным столом сидели Жаров и очень похожий на него парень лет двадцати двух — двадцати пяти. Они говорили о чем-то между собой, стоило ей войти, повисло звенящее молчание. Парень уставился на нее и проговорил:
— Не знал, что у тебя гостья.
Жаров усмехнулся, во взгляде, направленном на нее, загорелся какой-то нехороший огонек. В этот момент он больше всего был похож на зверя, огромного, матерого и опасного.
— Типа того.
Ника сквозь землю готова была провалиться под этим взглядом. Казалось, он расплющивал ее несчастное эго, заставляя чувствовать себя вещью. «Залог». А он как ни в чем не бывало проговорил:
— У ее жениха возникли проблемы. Так что она какое-то время здесь поживет.
И повернулся к парню:
— Знакомься, это Вероника.
Тот кашлянул, опуская глаза, и пробасил:
— Антон.
Она кивнула.
И сразу повисла душная неловкость. Потому что теперь этот парень смотрел на нее, а Ника так и стояла в проеме, не зная, куда девать руки. Но тут Жаров с жесткой усмешкой произнес:
— Познакомились? Вот и хорошо, — и перевел взгляд на нее. — Не стой в дверях, Вероника, садись за стол. Чувствуй себя как дома.
Как дома⁈
Протест взвился в ней. Хотелось высказать этому монстру в лицо все, что она о нем думала. А в его глазах ожидание, как у хищника перед прыжком.
«Ну, давай, сделай это! Дай мне повод»
Ни за что.
— Спасибо, — проговорила она холодно и села за стол.
Ника не поднимала глаза и смотрела только перед собой, но могла поклясться, что все это время Жаров не сводил с нее взгляда. В его глазах читалось… одобрение? К черту эти мысли.
А перед ней уже поставили широкую плоскую тарелку и приборы, потом еще разные тарелки с нарезкой и фруктами, сыр, поджаренные хлебцы.
— Вам чай или кофе? — негромко спросил повар. — Или, может быть сок?
— Чаю, пожалуйста, — кивнула Ника.
— Конечно. И выпечку?
— И выпечку, — повторила она эхом.
Просто до этого момента Ника почти на стрессе не чувствовала голода, несмотря на то что со вчерашнего утра не ела толком. Сейчас все эти запахи внезапно обрушились. Так захотелось есть, что она едва сдерживалась, чтобы наброситься сразу на все.
Жаров смотрел, как девчонка ест, и почему-то испытывал странное довольство. Как будто это было очень важно — накормить ее. И да, она продолжала удивлять. Эта ее строптивость в мелочах.