Екатерина Кариди – В его власти. Вторая жена (страница 18)
— И ты за это еще заплатишь!
Старший сын Антон, видимо, пытался что-то объяснить, а младший Коля молча стоял и напряженно сжимал кулаки.
— Но мы действительно…
Алена взмахнула рукой, обрывая старшего сына:
— Замолчи! Тебя вообще не хочу знать. Слизняк!
А после этого она обернулась, кого-то высматривая, и увидела их. Злобная улыбка расцвела на лице, она оскалилась и тут же повернулась к сыновьям.
— Я так и знала! Одни они здесь, конечно! — и затрясла головой. — Зна-а-ала! Догадывалась. А вы, значит, с ней? С ней заодно. Обалдеть. Вот это я воспитала детей, да-а-а.
— Мама, не надо, — попытался одернуть ее Коля.
— Молчи! Как ты мог⁈ Предатель! — рявкнула на него Алена.
И вдруг повернулась к ним. Смерила Нику взглядом и едко расхохоталась, глядя на то, как Жаров, крепко держит ее за руку:
— Какой же ты все-таки идиот.
Так стало неприятно. Да, Ника не ждала от этой встречи ничего хорошего, но все же. А вокруг них сразу образовалась пустота, хотя посетителей в широком проходе было много, а вдали маячила охрана клуба. Все как-то зависло, но никто не уходил. Ибо назревал скандал, а скандалы всегда привлекательны. Ника видела, как люди достают гаджеты.
Воистину, если чему-то суждено произойти, оно произойдет. Сейчас уже не имело смысла пытаться как-то избежать столкновения, все уже случилось. Алена, кстати, здесь была не одна, рядом с ней стоял какой-то мужчина и чуть поодаль еще один. Похоже, охранник.
Жаров скользнул по ним взглядом, потом медленно проговорил:
— И тебе здравствуй.
Если он пытался напомнить бывшей жене про вежливость, зря старался. Потому что она с ходу влепила:
— Я тебя засужу. За то, что ты притащил сюда сына!
— Мама, прекрати! — глухо прорычал Коля. — Сейчас совсем не поздно, и я уже уходил.
Жаров качнул головой, мол, не надо, сын, и спокойно сказал бывшей жене:
— Попробуй.
Его непробиваемое спокойствие просто выводило ее из себя.
— Это тебе с рук не сойдет! — взорвалась она криком.
И вдруг, словно вмиг забыв о сыне, мгновенно переключилась. Показала на Нику пальцем и едко бросила:
— Знаешь что? Мне смешно! Думаешь, завел молодую шалаву, и теперь тебе все завидуют? Нет, все понимают, что она с тобой только ради твоих бабок. Раздвинула ноги, чтобы больше денег содрать, а ты и рад. Что она тебе в уши нассала, что ты притащил ее в наш дом⁈
— В мой дом, Алена, — спокойно проговорил он.
— Плевать! В этом доме бывают мои дети. Наши дети! Но ты же идиот. Тебе же плевать на детей, ты готов этой поганой присоске все отдать!
Неизвестно, что Жаров собирался ей ответить, но Нике внезапно надоело.
Она чуть крепче пожала его руку, а потом шагнула вперед и сказала:
— Утверждаете, что я делаю это из-за его денег. Но вы ведь тоже сейчас делаете все это из-за его денег, не правда ли?
— Ты! — Алена презрительно оскалилась. — Кто тебе вообще слово давал⁈ Подстилка, проститутка. Легла под него, надеешься, что родишь и будешь в шоколаде⁈ Даже не мечтай, что тебе достанется хоть что-то! Не будет этого! Не для того я столько лет с этим уродом жила, чтобы теперь тебе отдать! Я — жена, а ты ни копейки не получишь! Я заберу у него все. Все отсужу. Без штанов останется.
Жаров некоторое время молча слушал истерику бывшей жены. Потом обнял Нику за плечи, притянул к себе и сказал, глядя на Алену:
— А знаешь, ты подала мне идею. Давай. Флаг тебе в руки.
Алена мгновенно осеклась, пальцы скрючились. А в следующую секунду повернулась к сыну Коле.
— Домой! — рявкнула. — Сейчас же!
— Я не хочу, — огрызнулся он и бросил быстрый взгляд на отца.
— Я сказала — домой!
Видно было, что парень не хочет подчиняться. Но Жаров кивнул сыну, между ними произошел молчаливый разговор, после чего парень первым двинулся к выходу. Алена повернулась к бывшему мужу.
— Ты еще пожалеешь! — бросила, тут же развернулась и ушла догонять младшего сына.
Некоторое они так и стояли, переваривая осадок. Старший сын Антон подошел к Жарову. Заложил руки в карманы и начал, морщась от неловкости:
— Наверное, надо было уходить раньше. Теперь она сожрет Кольку…
— Не сожрет.
Жаров обвел холодным немигающим взглядом зрителей, толпа в проходе мгновенно рассосалась. Тогда он обронил:
— Уходим.
И первым двинулся вперед, но по-прежнему держал Нику за руку. Так до самого дома и не выпустил.
Сын Антон был на своей машине, он уехал раньше. Когда добрались до дома, его машина уже стояла во дворе, но самого Антона не было в холле, очевидно, сразу поднялся к себе.
Жаров мельком взглянул в сторону лестницы, потом повернулся к ней.
— Пойдем со мной.
И повел ее туда, где Ника уже была однажды, в ту комнату, с креслом в центре.
Глава 10
Дверь перед Никой была открыта. Он стоял в проеме, высокий, мощный, ледяные глаза горели изнутри. Или, может быть, такой эффект создавал отблеск от подсветки. Неважно. Мужчина смотрел на нее.
— Входи.
Голос низкий, невольная дрожь по спине и плечам.
Почти как тогда. Только тогда он приказывал, сейчас это было приглашение. Ника была здесь уже однажды, в этой комнате не было ничего пугающего. Кроме, разве что, ее символичности. Как будто открывая перед ней дверь, он… делал предложение. Какое — еще предстояло разобраться. Но это было на равных.
Она молча кивнула и вошла.
А Жаров вслед за ней. Тяжелые шаги за спиной, приглушенные покрытием. Низкий голос, как будто у самого уха:
— Сними обувь.
Ника обернулась взглянуть на него. Он и в прошлый раз настоял, чтобы она сняла туфли. Что за странный фетиш? Хотелось спросить: а сам он почему в обуви тогда. Но она не стала. Потому что в его слова была неожиданная логика.
На высоких шпильках ноги устали, и да, снять туфли было приятно. Она пошевелила пальцами, стопы сразу утонули в густом, высоком ворсе темно-синего ковра.
— Легче?
Мужчина стоял рядом, смотрел на нее сверху вниз. Тот же горящий изнутри взгляд. В этой мрачной комнате с черно-синими стенами и черным потолком — неожиданно ярко. Потом, медленно ступая, подошел к креслу, стоявшему в центре, и опустился в него. Большие, сильные руки замерли на подлокотниках.
— Подойди ко мне.
В тот раз он показал ей на место у своих ног. Сейчас ждал, только льдисто-серые глаза мерцали горячими искрами. Молча настаивал, но давал выбор? Слишком необычно для него. Но их необъяснимые отношения давно вышли за рамки обычного. После того, что сегодня было в клубе, Ника уже не могла бы это отрицать.
Как это бывает, когда хочешь сделать шаг, но внутренний протест мешает. Но не может удержать, потому что… иногда это просто судьба. Как у Шекспира: