Екатерина Кариди – Попаданка под прикрытием, или Невеста для генерала (страница 29)

— Ну не я же, леди? — мужчина насмешливо хмыкнул.

Женя прокашлялась, пытаясь понять, что им известно о ней и как много. Учитывая то, что у них в руках Малош… Получалось, что лучше не врать.

— Не больше месяца, — ответила она уклончиво.

— Угу, — тот, в черном мундире, кивнул своим мыслям. — За это время вы успели познакомиться с генералом близко?

— Э… простите, что вы имеете в виду?

— Только то, что сказал, леди, — он двинулся с места и пошел к ней. — Вы не заметили в нем ничего необычного?

— Необычного?

Да если ее спросить, необычное было все. И вообще, с точки зрения иномирянки Хантер был просто прекрасный принц. Однако она сделала честные глаза и качнула головой:

— Нет.

Этот лорд Эджуб (или как его звали в действительности) продолжал сверлить ее взглядом и шагнул ближе.

— Детали, особенности поведения, может быть, какие-то особые приметы?

Она чуть не ляпнула, как в одном знаменитом кинофильме: «Шрам от аппендицита?» Но вовремя удержалась. Потому что, во-первых, никакого шрама от аппендицита у Хантера быть не могло. А во-вторых, она может случайно выдать что-то важное о нем. Неспроста же ее так настойчиво расспрашивают. Хотя она сама не знала, что.

В этот момент за дверью снова послышался шум. Удары, звуки борьбы, кажется, кто-то вскрикнул. Рослый бородач в болотного цвета форме тут же дернулся, страшно вращая глазами, и выругался на непонятном языке.

— Извините, леди, — проговорил тот, что в черной форме. — Мы ненадолго вас покинем. Подумайте еще.

И оба вышли.

Оставив ее грызть от волнения ногти и изнывать от неизвестности. А спустя несколько минут в комнату снова втолкнули поручика Малоша.

В этот раз у Малоша вид был гораздо плачевнее. Под глазом наливался синяк, рукав был оторван. Женя как увидела его, тут же подскочила со своего места.

— Они вас били? — закусила губу. — Били, да?

— Ах… — поручик слабо махнул рукой.

Он так и стоял у двери, слегка покачиваясь, руки висели вдоль туловища плетьми. Казалось, его здорово приложили, если ему трудно даже стоять. Вот оно, начались настоящие допросы, теперь с ними уже не будут церемониться.

Женя зажала рот рукой, подумав при этом, что рано или поздно наступит и ее очередь полноценного допроса. Потрепав как следует Малоша, они примутся за нее. Стало страшно. Оставалось только надеяться, что удастся выехать на женской глупости и их запутать. Хотя того в черной форме запутать будет сложно.

И было еще то, чего она боялась больше всего.

Ведь женщина уязвима перед мужской грубостью. Ее могут… Нет, вот об этом не стоило думать, а то мысли материальны, знаете ли.

Она тут же опомнилась и, видя, что Малош по-прежнему стоит у двери, спросила:

— А что было там, снаружи?

— Диверсия, леди Эжени.

— Диверсия? — переспросила она.

Это значит, что наши прорвались? Надежда тут же вспыхнула. Хантер!..

Хантер в это время готов был все крушить, но приходилось сдерживаться и разбираться с очередной диверсией врага. И где⁈ Прямо в офицерском собрании! В тот момент, когда они только-только одержали первую победу и взяли Варгас. Это была пощечина лично ему.

В офицерском собрании было полно обломков, дыма. Раненые. Толстый румяный полковник Ройс, старый обжора и пьяница, лежал на столе, прикрытый знаменем, с огромной дырой в груди. Молчаливый, дохлый и уже остывающий.

Нелепо умер!

— Газетчиков не пускать, — процедил сквозь зубы Хантер. — Про него написать, что погиб как герой.

— Генерал, — робко начал майор Лансе, — так тут уже были газетчики из столицы. Все отщелкали на свои записывающие кристаллы и артефакты.

— Отщелкали, говоришь, — Хантер ощерился нехорошей улыбкой. — Изъять у всех все записывающие кристаллы и артефакты. Проверить досконально. И каждого допросите.

И повернулся к Мердинору, который молча следовал за ним.

— Займетесь этим, ваше высокопревосходительство.

Тот, конечно, подавился, но кивнул. Тут же отдал команду одному из своих порученцев. Может, это было и к лучшему, потому что столичный глава контрразведки получил долгожданную возможность лютовать.

А Хантер вышел оттуда и застыл, глядя в небо.

Мысленно зарычал, стиснув зубы.

Где же тебя искать, Эжени?

Наверное, это было невозможно, но Жене в какой-то момент показалось, что «услышала» ЕГО эмоции. Хантер отчаянно злился. Но это был только один миг.

А Малош наконец пошевелился, склонил голову набок и потер шею.

— Диверсия, леди Эжени, была не здесь, — он оглядел потолок. — Это в ставку экспедиционного корпуса прорвались. Говорят… — он сделал страшные глаза. — Я слышал, они между собой переговаривались… Что взорвали офицерское собрание.

Женя похолодела.

— И что?

— Пока больше не знаю. Но как узнаю, сразу скажу вам, леди!

Поручик облизал губы, отер лоб и вздохнул, потом спросил, понизив голос:

— А вас уже допрашивали?

— Ну… как бы да, — начала она осторожно. — Вопросы задавал лорд Эджуб.

— Ммм. А что он спрашивал?

— Да так, — Женя пожала плечами. — Про генерала Хантера. Что я о нем знаю, какие у него особые приметы.

— И какие? — взгляд Малоша стал острым, он повернулся к ней всем корпусом.

— Как будто мне это известно! — выпалила Женя эмоционально.

И вдруг заметила, что у того сбоку вся форма в крови. Она вскинулась и подбежала к нему:

— Поручик! У вас бок кровит. Вам присесть надо, а лучше прилечь. Ну что же молчали, вы же ранены!

— Ничего, — Малош дернулся, прикрывая бок.

В этот момент она почувствовала от него сильный запах ионизации.

Как обухом по голове. И мгновенное осознание, что это шлейф портальной магии. То есть Малош только что пользовался порталом.

Ох, сколько разных предположений возникло у Жени. И главная ошеломительная мысль — что, скорее всего, это и есть тот самый агент, которого они так долго и безуспешно искали. Вторая, не менее ошеломительная, мысль была — что он враг.

А третья мысль… Да, третья мысль была.

Все это пролетело в голове мгновенно.

Женя выдавила ему улыбку, очень надеясь, что эти ее мысли не отразились в глазах. Потому что если он враг, то ее положение опасно как никогда. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы он заподозрил, что она догадалась .

Однако говорить что-то надо было.

— Но как же так, поручик Малош! — начала она, стараясь теперь по возможности не смотреть ему в глаза.

И за голосом тоже надо было следить. Вести себя естественно и не выходить из образа глупенькой барышни. Глупеньким барышням многое прощается, в них никто не видит угрозу. Кроме брачных ловушек, разумеется. Ибо никто не хочет по глупости угодить в петлю брака.