Екатерина Хмелевская – Ваша пыль на моих полках (страница 5)
Пока был ты заблудшей душой,
В томной радости только молчал,
В родных стенах больным хорошо,
Чтобы слёзы никто не скрывал.
Так висят провода под дождём,
Прогибаются, смывая пыль.
Может, вновь к этим стенам пройдём
И расскажем им, как ты доплыл…
Лишь заметив ступени, глаза
Привыкают мгновенно к ночи.
Будет сложно однажды сказать,
Но попробуй, скажи, не молчи.
Долгий путь сквозь века покажи
И молитвами дом освяти,
Чтоб растаяли капельки лжи
На безмолвных полотнах картин,
Ведь героям их сны не видны,
А мир в снежное платье одет.
В этом городе день тишины
Эту вечную тысячу лет.
Февраль 2012 г.
Думай
Думай, что это с годами пройдёт –
Следы от уколов, поставленных жизнью,
Безумства и страхи, рождённые мыслью,
Да бурого пламени водоворот.
Кричи, чтоб в отчаянии лопались струны
Натянутых стрелами вен вдоль обрыва.
Не страшно, пусть будут легко и красиво
Начертаны в небе кровавые руны.
Надейся, что стены услышат тебя,
Сомкнувшись рядами вдоль малого ада.
С химерами больше бороться не надо,
Их нет здесь, и черти по ним не скорбят.
Ложись, когда в левую мышцу обстрелом
Кудесник июль захохочет нежданно,
Он страшен, он будет по старым бить ранам,
Кресты набивать по крови белым мелом.
Танцуй, будто в мире нет страсти сильнее,
Неистово, рьяно, пляши до упаду!
Найдя в танце грёз вековую отраду,
Чтоб стало от этого в стократ больнее.
Ломай всё, что нажито было годами,
Что было построено самой Вселенной,
Своими дрожащими в гневе руками
Ломай беспощадно, бесцельно, бесследно.
Внимай шуму ветра в просторах небес,
Как только поднимешься, скинув оковы
Со слабых предплечий. И там где-то снова
Звезда разгорится свершенья чудес.
Беги, если вслед закричат тебе «Стой!»,
Здесь уже не верны ни пощада, ни жалость.
Лишь холод ладоней, тревога и слабость
Бредут, преданны, словно рабы, за тобой.
Бойся мир свой покинуть лучом торопливым,
За стеною дождя солнце скрыв равнодушно,
Каплю в море искать год из года послушно,
Человека не сделав здесь самым счастливым.
Пиши свои планы на клочьях газет,
Упавших на крыши домов-небоскрёбов,
Что лижут небесную твердь, словно нёбо
Язык. Ведь отныне в тебе его нет.
Дыши этим временем, жадно дыши,
Нутро растворяя двухцветным пунктиром,
Сливаясь во вздохе с большим белым миром,