Екатерина Гичко – Защитник (страница 55)

Мама Викана торопливо, прямо в домашних туфлях, подбежала к ним и, обхватив своими горячими ладошками запястья девушки, потянула её за собой.

– Пойдём внутрь, дорогая. Я так рада, что ты приехала, – с искренним радушием пропела она. Правда, почти в тот же миг лицо женщины изменилось, ласковая улыбка исчезла (у Майяри сердце споткнулось от столь резкой перемены), и она яростно прошипела сыну: – Викан, почему она без шубы? Ты решил её заморозить, безголовый мальчишка?

– Мамочка, не злись, – оборотень обольстительно улыбнулся разгневанной родительнице. – Просто она так стеснялась и боялась ехать, что мне пришлось украсть её в чём была.

– Мог бы и свой плащ отдать! – не смилостивилась женщина и опять радужно улыбнулась ошарашенной Майяри. – Он хороший мальчик, просто иногда невнимательный. Ты уж, пожалуйста, будь к нему чуточку терпеливей. Или же жалуйся мне, и я вправлю ему мозги.

Растерявшаяся девушка позволила увлечь себя к дому. Необъяснимая, но искренняя радость мамы Викана от их встречи совершенно выбила Майяри из равновесия, и девушкой овладели непривычные ей покорность и смирение, причём эти чувства были искренними. Пару раз она оборачивалась, с мольбой смотря на «жениха» и охрану, но те лишь ободряющее, мол, всё будет хорошо, улыбнулись ей, хотя глаза их насмешливо сверкали.

– Меня зовут Иелана, – представилась мама Викана, затягивая Майяри внутрь дома. – Но ты можешь звать меня… – она запнулась, смущённо покраснела и застенчиво пробормотала: – Ну так пока, наверное, рано, тебе нужно привыкнуть… Зови меня тётушкой.

– Хорошо, тётушка, – покорно выдохнула Майяри, с опаской осматриваясь. Такого напряжения она не испытывала, даже когда первый раз в одиночку спустилась в каньон Потерянных Душ.

– Лианар, она приехала! – прокричала через весь холл госпожа Иелана.

На лестнице зазвучали шаги, и в холл спустился один из самых красивейших мужчин, которого Майяри когда-либо видела. Рот её невольно приоткрылся. Заметив её восторженное изумление, госпожа Иелана окинула своего мужа снисходительным взглядом и спросила:

– Красавец, да?

– Да, – бесхитростно согласилась Майяри.

Господин Лианар был высоким мужчиной, выше своего сына на полторы головы, с широкими плечами и великолепным телосложением – совершенно нетипичным для тонкокостных мужчин семьи Вотый. Стоило ему повести плечами, как под рубашкой красиво заиграли мускулы, и Майяри помимо своей воли прикипела к ним взглядом. Лицо господина Лианара отличалось мужественностью и правильными, крепко вылепленными чертами. Всё в нём было гармонично и дышало каким-то потаённым, Майяри даже казалось, постыдным жаром: и прямой нос с хищно шевелящимися ноздрями; и миндалевидные, чуть раскосые светло-жёлтые глаза; и жёсткая, но чувственная складка губ; даже лёгкая небритость словно искушала. Девушке даже чудилось, будто бы от волнистых серебристых волос, опускающихся до середины спины, исходило лёгкое сияние. Хотя, может быть, это так отражался свет?

Приподняв брови, мужчина улыбнулся так, что дух перехватило, и направился к Майяри.

– Ох, как я рад, – бархатисто прошептал он.

Обхватив ладонь обомлевшей девушки сильными пальцами, мужчина склонился, чтобы запечатлеть поцелуй на её длани, но Майяри в последний момент выдернула руку и, спрятав её за спиной, настороженно уставилась на него.

– Хорошенькая, да? – госпожа Иелана умилённо склонила голову набок.

Господин Лианар выпрямился и, окинув подозрительно прищурившуюся «невестку» насмешливым взглядом, согласился:

– Прелесть.

– Правда, такая худенькая, – мама Викана озабоченно осмотрела гостью.

– До свадьбы поправится, – заверил её сын. – А если не поправится, то мы и подождать можем.

– Что?! – внезапно разъярилась оборотница. – С каких это пор худоба является препятствием для брака? Вот выйдет замуж и поправится. Пойдём, дорогая.

Женщина потянула Майяри за собой, и та уже не увидела, как плотоядно господин Лианар уставился на мягкие бёдра жены. Будто бы хотел метнуться вперёд и покусать её прямо за ягодицы.

– Садись, – Майяри аккуратненько толкнули на диванчик.

Девушка выпрямилась и настороженно, как перепуганный зверёк, уставилась на сияющую госпожу. Сейчас она смогла рассмотреть её получше и невольно проникнуться к женщине странным расположением. Госпожу Иелану нельзя было назвать ослепительной красавицей, но она была очень хорошенькой. Её лицо сияло свежестью, в зеленоватых глазах сверкали лукавые огоньки, и она выглядела так юно… Майяри подумала, что матери Викана ещё не исполнилось и сотни.

– Надо будет сходить в храм и вознести благодарность Юэвине!

И чего она так радуется?

– Я так переживала, что мои сыновья пойдут по дорожке своего отца, – госпожа Иелана с укором взглянула на вошедшего мужа, и тот ответил ей такой соблазнительной улыбкой, что её можно было назвать непристойной. – И больше всего я переживала именно за Викана. Честно признаюсь, я даже не поверила, когда он по приезде заявил, что нашёл невесту. Все пророчили, что он так же, как и отец, будет гулять лет до двухсот.

– А сейчас ему сколько? – вырвалось у Майяри.

– Сорок три, но для оборотня это уже допустимый возраст для брака, – горячо произнесла оборотница.

«Ну, Виидаш был ещё моложе», – отрешённо подумала девушка.

Растерянная и обескураженная, она не знала, о чём думать, что делать и как реагировать. Майяри очень хотелось заявить, что она-де никакая не невеста, что Викан нагло лжёт, и она совершенно не собирается входить в семью Вотый или в какую-либо другую семью. И она бы сказала, если бы госпожа Иелана так бесхитростно не радовалась её визиту. Её неподдельное ликование лишало Майяри привычной решимости, а ласка, с которой она приняла её, вызывала у девушки желание покориться и смириться, лишь бы не расстраивать гостеприимную хозяйку. Никто и никогда не относился к ней с такой добротой с первых мгновений встречи.

– А сколько тебе? – с живейшим интересом полюбопытствовала оборотница.

– Три… двадцать… – Майяри запуталась в своих годах и с некоторым трудом выдала: – Уже двадцать два.

– О, да ты совсем малышка… Оу, Лианар!

Женщина недовольно посмотрела на мужа, который бесцеремонно дёрнул её вниз, на свои колени, но подниматься не стала. Поправила юбку и, откинувшись на грудь мужа, как на спинку кресла, опять перевела сияющий взор на Майяри. Той овладевало всё усиливающееся чувство неловкости, и, когда рядом плюхнулся Викан, она посмотрела на него умоляющее, взглядом обещая всё, что угодно. Пусть он только выведет её отсюда.

А уж за порогом она его прикопает!

Но это после, а сейчас пусть он верит, что она согласна на любые условия.

«Жених» с улыбкой приобнял её и с вызовом взглянул на родителей. Отец почему-то показательно шевельнул ноздрями и ехидно изогнул брови. Улыбка сына озадаченно померкла.

– Викан рассказал, что ты будешь жить у Ранхаша. Нет, я, конечно, доверяю ему, – губы госпожи Иеланы обиженно изогнулись, – но почему моя невестка должна жить у него, когда у меня мой дом почти пустой?

– Потому что здесь живём я и Леахаш, – с притворной горечью протянул сын.

– Вот! – мама негодующе ткнула в него пальцем. – У вас с ним такая репутация, что даже мне, вашей матери, неприлично оставаться с вами наедине.

– Мамуля, не перегибай, – ласково попросил Викан.

– Это вы перегибаете! Из-за вас я лишена радости пригласить свою невестку жить в мой дом! Мало я вас в детстве порола!

– По мне, так меня постоянно пороли.

– Что? – голос матери оскорблённо сел. – Да я тебя пальцем боялась тронуть!

Сообразив, что малость переборщил, Викан примиряюще улыбнулся и добавил:

– Мамочка, так я же не про тебя. Это же отец у нас ремнём воспитывает.

Господин Лианар прищурился и согласился с женой:

– В самом деле мало пороли.

– Но Викан хороший, – поспешила заверить Майяри госпожа Иелана. – Не слушай то, что про него говорят: больше половины – выдумки. Даже не сомневайся. Не скрою, оба моих сына слишком уж падки на женщин, но они замечательные мальчики. А злые языки из зависти к их обаянию придумывают различные нелепицы! – женщина с негодованием выдохнула, а муж за её спиной криво усмехнулся и повёл бровями, словно бы говоря, что самая большая выдумщица здесь его жена. – И я решительно не понимаю, почему девочка должна жить у Ранхаша! Он вообще представляет, какие слухи могут пойти? Если он так радеет за приличия, то почему не подумал об этом?

– Мама, даже самые злостные сплетники не верят в то, что выдумывают, когда говорят о Ранхаше, – снисходительно протянул Викана, придвигаясь к застывшей Майяри ещё ближе. – Ты же сама говорила: для того чтобы слух звучал правдиво, нужно верить в то, что ты говоришь. Я ещё не слышал про Ранхаша ни одной сплетни, которая бы прижилась.

– Фу, Викан! – мама возмущённо посмотрела на сына. – Когда я такое говорила? Майяри подумает, что я сплетница.

– Когда грозилась пустить слух о моей якобы мужской неполноценности. Помнишь, ты разозлилась, когда я начал засматриваться на молоденьких послушниц храма Юэвины? Мама покровительствует храму богини в Жаанидые, – для Майяри пояснил Викан.

– О! – глаза женщины удивлённо округлились, и она смущённо прикусила губу. – В самом деле… Но тогда ты меня очень сильно разозлил! Ох, – неожиданно госпожа Иелана испуганно взглянула на Майяри и с горячностью затараторила: – Ты только не подумай, у него там всё хорошо!