Екатерина Гичко – Цветочек (страница 25)
– Ладно, я пока ничего ей говорить не буду, – задумчиво протянул Вааш. Друга он всё же любил и ценил.
В дверь постучали, и внутрь заглянул Шширар.
– Господин, можно вас на пару слов?
– Так говори, – решил не скрытничать Ссадаши. И с любопытством уставился на Шаша.
Шширар спорить и убеждать не стал.
– Один из наших обнаружил, что вам в покои воду со снотворным зельем принесли.
– О, – воодушевился наагалей. – Воду не вылили?
– Ещё нет.
– И не нужно. Кто-то так старался, слуг наверняка подкупал… Надо уважить и хотя бы пару глотков сделать.
– Дядя! – Шаш недовольно уставился на Ссадаши.
– Я знаю, что делаю, – отмахнулся хвостом тот.
Ронт чуть ли не плакал над позеленевшим воротом тонкой рубашки, проклиная про себя наагалея, его шуточки и заодно Дейну. Душа и раненное самолюбие жаждали мести, и даже голос инстинкта самосохранения звучал слабо. Но не настолько, чтобы его совсем не было слышно.
Ну ничего, он ещё отомстит змеехвостому проходимцу! И за попранную гордость, и за неуместные шуточки.
Виконт торопливо перебрал свой сундучок и долго рассматривал флакон с серым порошком, пытаясь вспомнить что это, пока не сообразил, что заботливая нянечка подсунула отраву для клопов, которых, по её мнению, во дворце должно быть немерено. Ну уж нет, до убийства он опускаться точно не будет! Зашвырнув флакон назад, Ронт наконец выудил склянку с прозрачным зельем и ненадолго засомневался: вроде для себя берёг. Но отбросил жадность и хищно улыбнулся.
Ничего-ничего, ради хорошего недруга не жалко. А уж как наагалея Дейна отходит кнутом, когда тот раскроется.
Засунув зелье в карман, Ронт спохватился, а хватит ли у него денег на подкуп слуги, и полез за кошельком.
Глава XIII. Покой для неугомонного
– Чего тебе от меня нужно? – Вааш с тоской уставился на Ссадаши. – Ты же слышал: Шаш приказал тебе не помогать.
– Когда ты его слушал? – весело приподнял брови друг. – Да и молод ещё Шаш, чтобы тебе, своему деду, приказывать. Ну уважь!
Вааш с грустью – больше наигранной – и завистью – всамделишной – опять на него посмотрел. У могучего наагалея тоже хвост зудел влезть в какие-нибудь неприятности и знатно повеселиться, вспомнить былые года. Но приходилось помнить, что он отец почтенного семейства, поэтому и сметь не должен жизнью рисковать, и не менее почтенный директор единственной на все княжества школы нагинь – должность очень ответственная и пустых выходок не терпящая.
– Не уважу. Вон пусть твои черви девочку и отвлекают.
Ссадаши скривился и посмотрел в сторону. Туда, где стояла не очень довольная Дейна в окружении трёх нагов с фиолетовыми хвостами. По официальной версии охранники знакомились с напарницей. На самом деле – отвлекали по распоряжению господина. И отвлекали с большим энтузиазмом. Улыбались, взволнованно шевелили хвостами, играли мускулами и что-то низко, с хрипотцой рокотали. Красовались, павлины! Дейна же любоваться прущей во все стороны мужской красотой отказывалась, смотрела на нагов из-под кудрявого чуба тёмными глазами и поджимала губы. Но не гнала, терпела. Даже к Шширару молящий о помощи взгляд не обратила, хотя напарник обеспокоенно поглядывал на неё.
– Вааш, мне надо ночью отлучиться. Ну отвлеки, присмотри за ней. Мне мои парни самому будут нужны. Ну друг ты мне или нет? – Ссадаши льстиво залебезил.
– Не друг, – Вааш неуступчиво сложил руки на груди. – Я за тебя, дурная голова, перед Дарилаской ответ несу. Да и твоя семейка с меня живого не слезет, если их единственный продолжатель рода сгинет.
Недовольно зашипев, Ссадаши пригрозил хвостом Шширару, который одобрительно посмотрел на могучего наагалея.
– Поупрямятся, плешивые драконы, и из племянников возьмут!
С наследованием в семействе Фасаш дела обстояли сложные и запутанные. Путали их больше старые традиции, которые давно пора засунуть Тёмным богам в… Вернуть туда, откуда они пошли. Имеющий живых родителей, трёх братьев, сестру и кучу племянников, наагалей считался единственным продолжателем рода! Впрочем, эта несуразица была следствием скорее упрямства старейшин рода Фасаш и самого Ссадаши.
Началось с того, что более семисот лет назад Ссадаши победил своих братьев в битве за право наследовать место главы рода. Для всех его победа стала неожиданностью: третий сын-альбинос считался самым слабым из братьев, его даже бою не обучали из боязни нанести вред хрупкому здоровью. Бою Ссадаши всё же выучился, победил и стал наследником отца. А затем, сговорившись с теми же братьями, стал единственным продолжателем рода: они отказались от каких-либо прав на место главы и стали представителями младшей ветви. Сам же Ссадаши выставил старейшинам, которые смотрели за соблюдением традиций в семье и были её второй властью, ультиматум: либо те отменяют бои между братьями, которые нередко оканчивались смертями, либо наследника – маленького хвостатого нага – им не видать как шкуру со своей первой линьки.
Род Фасаш славился своими упрямцами.
Старейшины ни в какую не хотели уступать, надеясь, что отошедший от дел отец Ссадаши обеспечит семье ещё одного наследника, но у того родилась дочь. Ссадаши тоже не думал отступать и доводил старых ящеров своими выходками и мужеложескими повадками.
Триста лет назад старейшины сдались и традиция боёв между братьями за место главы рода была отменена.
Но вот их наагалей не спешил вступать в брак или хотя бы просто заводить ребёнка. Старые коршуны вились над ним злыми наседками, наотрез отказываясь выбирать наследника из племянников – их отцы сами отказались от прав на власть – и переживая, что с их единственным бледным продолжателем рода что-то случится. А с Ссадаши всегда что-то случалось! Вааш вздохнул почти с сочувствием. И как дедов до сих пор сердечная болезнь не свалила?
– Вааш, мне же придётся её связать и бросить в таком виде на целую ночь, – Ссадаши попытался разбудить в друге жалость.
Но тот не впечатлился. Прошлой ночью именно ему пришлось заплатить за разгром борделя, и теперь Вааш жаждал возмещения, хотя бы морального.
– Какая прелесть, – ласково пророкотал он. – Раскроешь глаза девочки на свою истинную натуру, лишишься развлечения.
Ссадаши скривился. Раскрываться так рано было неинтересно.
– Вааш, я исполню одно твоё желание, – пошёл на риск наагалей.
– Три.
– Одно!
– Три, – не уступал Вааш.
– Да чего тебе желать-то? – недовольно прошипел Ссадаши, прекрасно зная, что друг мог нажелать такого…
– Три желания или связывай девочку. Можешь её же кнутом связать. Я, так и быть, через полчасика приползу и освобожу её.
Это Ссадаши тоже не устраивало. Чуял, что охранница пойдёт на его поиски.
– Ладно, давай два, – пошёл он на уступки.
– Нет, три, – упрямиться умел не только бедовый альбинос.
– Отдавать тебе три желания – чистое самоубийство!
– Хорошо, – Вааш добродушно улыбнулся, – два с половиной.
– С половиной? – Ссадаши не понимающе прищурился.
Друг в ответ тоже прищурился, хитренько так.
– Ну ладно, – сдался альбинос. – Отвлечёшь её этой ночью.
– А она после ночных мыканий по городу ещё и твой сон сторожить будет? – удивился Вааш.
– Не переживай, она отоспалась.
– Не, эту ночь я не могу.
– Тёмные, Вааш, меня уже дожидается в спальне кувшин со снотворным, – раздражённо зашипел Ссадаши. – Меня ждут в гости сегодня.
– Фи, ты что, дешёвка какая-то, чтобы ползти по первому мановению? – насмешливо протянул Вааш. – Принесли один раз, принесут и второй, если действительно серьёзно настроены и знакомство желают иметь. А сегодня я не могу!
Ссадаши раздражённо прихлопнул хвостом, но признал правоту друга. Вряд ли заговорщики сдадутся и откажутся от намерения свести знакомство. Но откладывать такую возможность…
– Подожди, – наагалей подозрительно прищурился и уставился на друга, – а чего ты собрался делать ночью?
– Спать, Ссадаши, спать, – кротко отозвался Вааш. Красноватые глаза прищурились с ещё большим подозрением. Облечённый ответственностью Ссадаши порой становился совершенно невыносимым. – Это ты там где-то со своей охранницей отсыпался, а я всю ночь за тобой порядок наводил.
Вообще-то они с Делилонисом собирались немного выпить, утешить истерзанные разлукой с семьёй инстинкты. И хотели они именно напиться, тихо и мирно, без каких-либо последствий и эпических приключений. В компании Ссадаши последнее было почти невозможно.
На его счастье, Ссадаши отвлёкся на своих подчинённых, которые совсем уж расшалились. Один из них, рослый и крепкий красавец Оршо̀ш – томный взгляд с поволокой, длиннющая чёрная коса, широченные плечи и нежно-фиолетовый, почти сиреневый хвост – что-то шептал Дейне на самое ушко. Почему-то Ссадаши казалось, что шептания были не совсем приличными, хотя Дейна даже в лице не изменилась. Но десять секунд спустя она вдруг схватила нага за пояс и, рывком приблизившись к нему, с милой улыбочкой что-то начала шептать в ответ. Товарищи Оршоша захехекали, сам Оршош застыл как очарованный. Высказавшись, женщина отпустила его и спокойно направилась к своему господину. Из-под шёлкового одеяния нага с тихим шелестом опала коварно расстёгнутая нижняя юбка. Опомнившись Оршош, шипя от досады, поспешил подтянуть предмет туалета под гогот друзей.
Вааш встретил приближающуюся девушку восхищённым взглядом и тихо-тихо пророкотал: