Екатерина Гичко – Схватка с судьбой (страница 55)

– Она хотела так же поступить с ключом и наполнителем. Но ключ уничтожить не успела: погоня висела на хвосте, – а накопитель не дал уничтожить я. Так что артефакт Смерть Хайнеса больше не существует. Она уничтожила самую важную его часть сразу, ещё в школьном общежитии.

– Получается, что Деший всё это время охотился за тем, чего нет?

– Да.

– Ему нужно было это узнать, – мстительно процедил Риш.

– После нападения тёмного произошло покушение на хайрена Зиша и хайрени Иию, – продолжил харен. – Потом случилось убийство главного мага у сокровищницы. И, в конце концов, школу накрыла ловушка, началась смута, хайнеса и вашего брата похитили, а вас и хайнеси с хайрени пытались убить.

Лицо Риша помрачнело.

– План Дешия пошёл не так, как он того хотел. А сейчас я отступлю от событий недавнего прошлого и продолжу с событий, начавшихся около четырёхсот лет назад, – взгляд Ранхаша потяжелел. – А именно с развода вашего двоюродного деда, хайрена Игренаэша. Всё началось именно с этого.

Губы хайнеса плотно сжались.

– Его жена была женщиной очень амбициозной, вы наверняка и сами это знаете. По воспоминаниям знавших её госпожа Аизела очень любила хайрена и не понимала, почему её талантливый, сильный и умный муж должен был во всём уступать своему брату, которому только и повезло родиться совой. Хайрену Игренаэшу не нравились амбиции жены, и в конце концов между ними пошёл разлад. По крайней мере, утверждают, что развестись с ней он решил именно из-за чрезмерных амбиций. Госпожа Аизела оскорбилась и не сказала ему о ребёнке, что носила под сердцем.

Узээриш вздрогнул, неожиданно осознав, что сейчас говорит с потомком ублюдка семьи Вотый, который смог достигнуть небывалого величия, и под ложечкой нехорошо засосало. Его семья едва не повторила эту судьбу.

– Рождение ребёнка было скрыто, сына она назвала Игренаэшем. Позже его выдали за умершего Иргада, который приходился племянником госпоже Аизеле, и она вырастила сына, который должен был показать своему отцу, как тот был неправ, и всей стране, как несправедливо, что только совы могут занимать трон. Я не утверждаю наверняка, что она думала именно об этом. Мне пока ещё не пришёл ответ от рода Харый.

– Думаете, они как-то замешаны?

– Надеюсь, что после госпожи Аизелы остались какие-то записи или воспоминания, – Ранхаш продолжил: – Как только мальчик достиг подходящего возраста, его отправили учиться в Жаанидыйскую школу магии. Его успехи привлекли внимание хайрена Игренаэша, и он взял Иргада в ученики. Тот прожил при дворе почти семьдесят лет. Этого времени хватило, чтобы он близко познакомился со всеми придворными, изучил дворец, жизнь во дворце, дворцовые привычки. Думаю, это пригодилось ему в вербовке сторонников среди придворных и высокопоставленных лиц. Сложно сказать, планировал ли он уже тогда переворот. Но хайрен Игренаэш, видимо, что-то заподозрил: смерти Иргада предшествовала ссора с учителем. Возможно, он запаниковал и решил временно устраниться, чтобы хайрен не стал копать глубже.

– Всё это мы знаем… от самого хайрена Игренаэша?

– Да. Майяри постаралась припомнить всё, что он сказал. Но некоторые вопросы остались без ответа. Он утверждал, что Иргад не собирался убивать господина Озэнариша, хотел вытащить из него сову, но зачем после подобного оставлять хайнеса в живых? И не понятно, хотел ли он поменять свою химеру на сову или думал подселить сову к химере. Хотя последнее… – Ранхаш хотел сказать «невозможно», но вспомнил, что Деший сделал уже много невозможного. – Ритуал прошёл неудачно, хайнес и химера Иргада умерли, а сам Иргад от потери зверя сошёл с ума. Думал ли он действительно занять престол, или это последствия безумия, тоже сложно сказать. Он пленил хайрена Игренаэша, сменил свою внешность на облик хайнеса Озэнариша и вступил на престол, став впоследствии Сумасшедшим хайнесом. В безумии он стал очень подозрительным, боялся, что его раскроют, и начал избавляться от тех, кто его знал. Отца держал в плену. Ваших тёток поспешил выдать замуж и избавился бы и от вашего отца, но он всё ещё хотел получить сову и решил, что ему обязательно нужен птенец. На тот момент вас ещё не было, и Иргад давил на господина Иерхарида, чтобы тот наконец обеспечил наследника.

Узээриш закусил губу. Отец действительно долго не заводил детей, боясь за здоровье слабой жены. И его рождение вправду подкосило её.

– К тому моменту он добрался до дневников господина Игренаэша и знал, что тот был хранителем Смерти Хайнеса.

– Что? – удивлённо выдохнул Риш.

– Слухи оказались правдивы. Хайрен Игренаэш действительно хранил у себя основную часть артефакта и ключ. Иргад пытался найти их, но успеха не добился.

– Если артефакты были у хайрена Игренаэша, то как они потом оказались у господина Ахрелия?

– Господин Ахрелий был их хранителем до хайрена. После вступления на трон вашего отца его пригласили, чтобы разобраться с магической защитой дворца, которую строил его ученик – хайрен Игренаэш. Я предполагаю, что он знал, где лежат артефакты, и просто забрал их тогда. А может, сделал это ещё раньше, когда официально было объявлено о смерти хайрена.

– Господин Ахрелий должен был хорошо знать Иргада. Как он мог его не узнать?

– Майяри говорила, что в ночь ограбления хранитель очень сокрушался, что позволил себя обмануть. И советовал ей остерегаться, так как некто умел втираться в доверие.

– Допустим. Что дальше?

– Хайрену Игренаэшу удалось сбежать, и он, прихватив свой дневник и вложив в него сделанные в неволе записи, отправился к своему второму ученику. Иргад быстро прознал о побеге и бросился вдогонку. Хайрен успел спрятать дневник под полом кабинета прежде, чем разъярённый сын добрался до них. Как вы знаете, в доме господина Орида в ту ночь выжил только его малолетний сын. Хайрен тоже погиб.

Ранхаш выдержал небольшую паузу, позволяя молодому хайнесу осознать услышанное.

– Его тело и душу Иргад потом использовал в новом ритуале. Он не оставил мысль вернуть зверя, пустота сводила его с ума. И он искал способы создать нового зверя. В своём ритуале он изменял тело умершего, привязывал к нему душу умершего и призывал Тёмного духа, которого тоже привязывал к телу получившегося зверя. Но химеры духа не оправдали его ожиданий: слишком непокорные, злые, и все они мечтали его разорвать. В дальнейшем он пробовал использовать неразумных, низших духов, те оказались немного более покладистыми, но опять же, его они ненавидели. Хотя их можно было подселять к другим лишенцам. Но самому Дешию пришлось отказаться от идеи зверя «более могучего, чем снежная сова».

Перед глазами предстали страницы истлевшего дневника.

– После убийства Орида и отца Иргад ещё некоторое время просидел на троне. Потом мой дед Борлан смог подобраться к нему и погиб. И тогда голову вскинул консер Шерех. Прошло ещё несколько лет, прежде чем он понял, что на троне сидит самозванец, но ошибочно принял его за Игренаэша. За хайрена Игренаэша. В схватке Иргаду удалось набросить на себя щит-перевёртыш, и консер отрубил ему ногу вместо головы.

Узээриш невесело хмыкнул.

– А после сумел изменить тело мёртвого стражника и подмениться им. Так закончилась первая неудачная попытка подняться на трон. Безумие сильно мешало ему, он допускал много ошибок и просчётов, но он работал над тем, чтобы вернуть себе зверя и стать опять полноценным оборотнем. Из дневников хайрена Игренаэша известно, что он даже пытался вернуть себе способность иметь детей и специально выбрал в невесты Йожирею из рода Архорий. У женщин этого рода кровь сильнее мужской, и никто не удивится, если в браке с ней не родится ребёнка с совой.

– Дневники? Вы уже нашли их?

– Да.

Железный короб с дневником Ранхаш нашёл два дня назад. Пришлось перерыть довольно большой участок, ещё и в ночной темноте. Магические печати помогли сохранить бумаги в относительной целостности, но всё же не уберегли полностью от влаги и земли.

– Но самые интересные записи сделаны уже в неволе. Хайрен записывал их чем придётся, и кое-какие из них почти полностью исчезли. Мне нужно время, чтобы разобраться в них. Это дело я не могу поручить кому-то ещё.

– Я хотел бы увидеть.

– Разумеется. Я привезу их завтра утром. Но в них, как вы понимаете, есть записи только до смерти хайрена. Как жил Иргад после разоблачения, можно только гадать. Он восстановил ногу, безумие его утихло за века и приобрело сдержанную форму. Он начал набирать сторонников, в основном среди бандитов и разного рода отщепенцев. И они почитали его чуть ли не мессией, которому боги поручили восстановить справедливость в мире. Его влияние на умы поражает. Ему действительно верили, его оплакивают, его считают добрейшим оборотнем на свете, который вынужден страдать за чужие грехи, принимая на свои плечи тяжелейший груз. Он успел создать несколько крупных сообществ, к примеру, собрал бывших военных и стражников, которых по разным причинам вышвырнули со службы. Он нашёл и освоил пещеру под Жаанидыем, которая потом превратилась в подземный город. Мы пытаемся выяснить, что ещё он успел охватить, создать и сотворить, но есть некоторые сложности с допросом, а записей он, повторюсь, не оставлял. Всё, о чём мы можем говорить с хоть какой-то достоверностью, Майяри услышала из уст зверя-Игренаэша. От него же мы знаем, что Иргад опять вернулся к мысли достать для себя сову. Но использовать собственный усовершенствованный ритуал отделения зверя он опасался, а то, что артефакты опять у Ахрелия, понял не сразу. Последние лет двести усиленно готовился к перевороту, но не торопился. По большей части о планах Иргада мы знаем от Йожиры. Сбежав из темницы, она, видимо, попала в подземный город и, пользуясь своими врождёнными способностями, прожила там некоторое время, вникая в замыслы заговорщиков. Иргада она узнала сразу, но для неё он был Игренаэшем, хайреном Игренаэшем. Она знала его под этой личиной.