Екатерина Гичко – Наагатинские и Салейские хроники (страница 11)

– Я здесь!

Ссадаши протянул ему руку и помог подняться. Озваш всё ещё был удивлён неожиданной переменой в поведении наагалея и руку подал, даже не подумав о том, что делает.

Тиш приблизился первым и тут же набросился на брата с упрёком:

– Куда ты упылил без нас?

Но ответа не дождался, заметив сестру. Девушку нёс на руках приближающийся Вааш.

– Иллаза! – Тиш охнул и бросился к ней.

Вааш успел перемазать девушку кровью снежника, и у её братьев чуть разум не помутился.

– Ты ранена? – обеспокоенно спросил Озваш, схватив сестру за руки.

– Нет… – девочка всхлипнула. Её всё ещё потряхивало от пережитого ужаса. – Это… это…

– Да будет тебе, – добродушно пророкотал Вааш. – Зверушки на нас местные напали. Иллаза говорит, что снежники. Двух мы прибили, ещё двое дёру дали.

Ссадаши раздражённо отбросил сосульку и осмотрел себя. Шуба, которую ему одолжил Вааш, была щедро изодрана, по левому боку тянулась уже примёрзшая царапина, а на хвосте красовалось несколько проплешин.

– Всех бы прибили, если бы ты меч не посеял, – ядовито протянул парень.

Вааш мрачно посмотрел на него.

– Ты вообще оружие не взял, охламон, – напомнил он.

Зайзишарцы напряжённо переглянулись, но Вааш истолковал их взгляды по-своему.

– Я чувствую себя глупым юнцом и неудачником! – простонал он.

– О! – братья Иллазы и товарищи вздрогнули и с удивлением посмотрели на Ссадаши, к которому неожиданно вернулись его жеманные манеры. Задрав рубашку, наагалей кокетливо продемонстрировал пояс своей нижней юбки, на котором висели ножны. – У меня есть кинжальчик.

– Убью, – мрачно пообещал Вааш.

– Наагалей, вы так злы! – Ссадаши надул губы. – Только госпожа Иллаза меня понимает. Госпожа, пожалейте меня.

Он протянул руки, и Вааш с готовностью отдал ему девушку. Та обвила шею парня руками и расплакалась.

– Ну ты чего, принцесса? – жеманный наагалей опять испарился, уступив место нагловатому парню. – Это ж какое приключение! Будет чем подружкам похвалиться.

Озваш, успокоенный тем, что с сестрой всё в порядке, тихо спросил у Вааша:

– С вашим другом всё хорошо? Ему не требуется лекарь душ?

Вааш тяжело вздохнул и ответил:

– Взбучка ему требуется, а не лекарь! Выпендрёжник! Не заморачивайтесь.

Озваш с неясным пока озарением взглянул на спину наагалея, начиная осознавать, что им всем морочат голову.

– Давайте уже выбираться отсюда, – недовольно проворчал Вааш, – а то девчонку совсем застудим.

– Да, сейчас, – заторопился Озваш. – Только оповестим другие поисковые отряды, что направляемся домой.

Через несколько минут в небе, бабахнув, расцвёл огненный цветок, а отряд поспешно двинулся в сторону Зиишиира.

С наагаришем Зэйшером они столкнулись прямо у ворот. Отряд только-только добрался до охранного поста, и Ссадаши, отдав Иллазу Озвашу, вернул Ваашу его шубу. Тот скептически осмотрел изодранную одежду и предложил пустить её на подстилки для собак. Кто-то из часовых притащил для Ссадаши необъятное меховое одеяло, в которое они сами заворачивались, отдыхая в сторожке, и теперь наагалей, блаженно кутаясь в мохнатое тепло, благожелательно наблюдал за нагом, который, сидя на крыше, прочищал дымоход. Такое обыденное занятие успокаивало его: парень чувствовал себя немного взвинченным.

Приближение наагариша Зэйшера заметили издалека по снежному облаку. Пара оленей неслась через заснеженный луг, вытягивая за собой санки. Значительно дальше виднелось ещё несколько упряжек.

– Отец, – сказал глазастый Тиш.

Санки круто затормозили у ворот, и на снег плюхнулся наагариш. Найдя глазами дочь, он застонал от облегчения и бросился к ней.

– Иллаза! – прогудел он, почти вырывая дочь из рук сына. – Моя малышка! Как ты? Ты ранена? Откуда кровь?

Выглядел наагариш немного безумным. Иллаза, глядя в его распахнутые от ужаса глаза, почувствовала вину.

– Папочка, прости… Миирика…

– Моя дорогая, – Зэйшер осыпал её лицо поцелуями и крепко прижал к себе. – Всё хорошо, я не злюсь. Главное, что ты жива. И Миирика жива. Мы её ещё вчера нашли.

– Но от матери тебе попадёт, – чуть слышно добавил Тиш.

– Но откуда кровь? – наагариш обеспокоенно осмотрел дочь.

– Это не её кровь, – поспешил успокоить его Озваш. – Иллазу нашли наагалей Вааш и наагалей Ссадаши. И на них напали снежники. Они отбились, но вот по уши перемазались в крови, – мужчина кивнул на Вааша, который действительно был покрыт кровавыми разводами и выглядел весьма живописно.

Наагариш обвёл спасителей дочери малоосмысленным взглядом. Казалось, он не совсем понял, что именно сказал ему сын. Впрочем, личности спасителей в данный момент не имели для него значения. Он наконец-то держал в руках свою драгоценную крошку-дочь, и это было самым важным.

– Наагалей Ссадаши спас меня, – Иллаза почему-то посчитала особо выделить своего более юного спасителя.

Вааш не обиделся. Только покосился на Ссадаши, надеясь, что он оценит слова девушки. Но тот лишь с интересом рассматривал хвост наагариша. И чего он там занимательного нашёл?

К словам дочери Зэйшер был более внимателен. Окинув нагло скалящегося наагалея взглядом, наагариш недовольно поджал губы, но всё же поблагодарил:

– Спасибо.

– Рад услужить, – пропел Ссадаши. Жеманные манеры в очередной раз соскочили с него, открывая его истинное лицо – лицо плута.

Зэйшер почувствовал раздражение, но ничего не ответил. Он слегка подбросил дочь, чтобы поудобнее устроить её на своих руках, и с неё слетел нахвостник. Иллаза взвизгнула и дёрнулась, чтобы прикрыть голые ноги, а Ссадаши беззастенчиво уставился на её коленки.

– Глаза отвёл! – рыкнул Зэйшер.

– Да чего я там не видел? – хмыкнул Ссадаши.

Наагариш Зэйшер, и так взвинченный сверх меры, посмотрел на него налившимися кровью глазами. Мозг, одурманенный усталостью и скопившимся напряжением, нарисовал картину, в которой этот паскудник, белобрысый наагалей, с наглой улыбочкой смотрит на смущённую Иллазу и гладит её по обнажённым ногам. Да он хвост собственной жены без нахвостника первый раз увидел за два дня до свадьбы, а этот гад уже видел ноги его дочери?!

– Не видел? – повторил он, ставя дочь на снег. В его вибрирующем голосе послышались нотки угрозы. – Да что ты мог там увидеть? – страх преобразился в ярость, и глаза наагаришу застлала пелена. – Что ты с ней сделал?!

Иллаза первая сообразила, что ждёт её спасителя, и, поспешно натягивая нахвостник, рванула к отцу.

– Папа, не тронь его! – завопила она.

Ноги её запутались в нахвостнике, и Вааш едва успел поймать девушку за шиворот. Отвлёкшись на неё, он упустил из виду наагариша Зэйшера, который, раскинув руки, бросился на Ссадаши.

Тот проворно отполз в сторону, уклоняясь от крепких пожатий, и бросил наагаришу в лицо меховое одеяло.

– Прибью! – мрачно пообещал наагариш, отшвыривая покрывало.

Озваш и Тиш растерянно смотрели на своего обычно спокойного и рассудительного отца, не зная, что делать. Ссадаши быстро понял, что на их помощь можно не рассчитывать. Наагариш Зэйшер придушит его раньше, чем они до чего-то додумаются. Так что, осмотревшись, наагалей бросился к дальнему дому, на крыше которого совсем недавно сидел наг и прочищал трубу. Он уже уполз, но лестница по-прежнему была приставлена к карнизу. Парень успел взметнуться по ступенькам раньше, чем разгневанный наагариш схватил его за хвост. Возмущённо зарычав, тот приготовился было залезть следом за Ссадаши, но юный наагалей потянул лестницу на себя. Почти полминуты они боролись за право обладания лестницей, но в конце концов победил Ссадаши, который не отвлекался на испуганные вопли Иллазы.

– Папа, приди в себя! Он мне ничего не сделал!

Разъярённый Зэйшер слышал её, но словно бы не понимал и продолжал рычать, смотря на Ссадаши налитыми кровью глазами.

– Долго ты там не просидишь, гадёныш! – предрёк он. – Задубеешь, я тебя за хвост стащу.

Ссадаши, словно бы нарочно подливая масла в огонь, нагло ухмыльнулся и обнял стоящую рядом печную трубу.

– Дядя, это скорее вы там задубеете! – рассмеялся он, приводя наагариша в ещё большую ярость.

Вааш, подхватив перепуганную Иллазу на руки, подполз ближе и с укором посмотрел на Ссадаши. Зэйшер бросил на них недовольный взгляд, но обвинять и Вааша в неблагих намерениях относительно своей дочери даже не подумал. Тот, несмотря на его прежние прегрешения в глазах всех зайзишарских мужчин, всё же выглядел солидно и не был похож на коварного соблазнителя юных девочек.

– Отец, ты чего? – Озваш с беспокойством посмотрел на наагариша.