Екатерина Гичко – Лгунья (страница 87)

— Так вот, госпожа Майяри, я готов предложить вам защиту и покровительство. Я не буду спрашивать, что произошло в вашем прошлом, но я готов уберечь вас от вашего прошлого в ответ на добровольное согласие сотрудничать. Подумайте, я ведь могу просто оттащить вас без вашего согласия в город. Не выгоднее ли согласиться? Если вы не верите в мою способность защитить вас, то я готов предоставить вам защиту своего рода. Вы же знаете, что влиятельнее Вотых в этой стране только хайнес?

Сердце пустилось вскачь, и в голове помутнело. Что стоит этому мужчине копнуть чуть глубже и узнать чуть больше? Тогда ни о каком сотрудничестве не будет и речи. Достаточно будет шантажа.

— Дайте мне минуту, — тихо попросила девушка и закрыла глаза.

Он действительно не отпустит её, и вернётся в город она как бесправная пленница, на которую повесят всех собак и, может быть, казнят, чтобы гарантированно спрятать артефакты с концами. Нужно быть немного умнее и согласиться. Да, опасно. Да, страшно. Очень страшно, но… Но, может, он и правда сдержит слово и они вырвут этот корень зла, и всё? Майяри поняла, что замечталась, и решительно распахнула глаза.

— Я согласна, — обречённо ответила она.

— Вы благоразумны, — одобрил харен, но не удержался от едва слышного дополнения: — Жаль, что не всегда.

— А вы самоуверены, — вернула колкость Майяри. — И жаль, что всегда! Освободите меня!

Ранхаш с сомнением посмотрел на неё.

— Прежде мне хотелось бы узнать, как обстоят дела с вашими силами. Думаю, вы поймёте, что это необходимая предосторожность. Браслеты явно не действуют. Да и руки ваши не в лучшем состоянии.

— Они действуют, — с досадой ответила Майяри, — просто их силы недостаточно.

— Вы так сильны?

Девушка лишь раздражённо посмотрела на оборотня, но отвечать не стала.

— Постарайтесь не колдовать, пока на вас браслеты, — настоятельно посоветовал харен, — иначе Шидай вас живой съест за намеренное нанесение увечий своему телу.

— Господину лекарю беспокоиться не нужно, — Майяри, тело которой уже нещадно ныло от неподвижности, раздражалась всё сильнее, — я и сама в состоянии о себе позаботиться. Мне случалось и почти оторванные ноги приживлять.

Сказала и испуганно замерла.

— Рад за вас, — скупо ответил харен и, приблизившись, присел на корточки.

Когтем он нарушил целостность печати, Майяри наконец-то почувствовала, что может двигаться, и блаженно потянулась. Всё ещё с опасением смотря на полуобнажённого харена, девушка села и размяла шею.

— Ну теперь-то вы понимаете, что я не ваш сон?

Майяри недоверчиво посмотрела на него. Шутит, что ли? Выглядит серьёзным, но ведь явно издевается!

— Ну да, — неохотно ответила она, — на такое моя фантазия явно не способна. Но задница у вас всё равно неплоха, — и с удовольствием воззрилась на помрачневшее лицо и гневно раздувшиеся ноздри.

— Госпожа Майяри, вы осознаёте, что для вашего юного возраста столь вызывающее поведение неприемлемо? — недовольно вопросил харен.

— Мне почти тридцать, я не юная дева, — с достоинством ответила Майяри.

— Сколько? — прищурился оборотень. — Тридцать?

Холодный ком ухнул в желудок и оттуда скатился вниз живота. Вся показная язвительность мгновенно слетела с Майяри, а перед глазами возник лист с данными об Амайяриде Мыйм.

— Почти тридцать — это, значит, двадцать девять? — деловито уточнил Ранхаш. При взгляде на растерянное и обескураженное лицо девушки хотелось смеяться. — Двадцать один вам подходит больше.

Майяри закусила губы от досады.

— Кажется, я понял, почему вы предпочитаете молчать, — продолжал тонко издеваться харен. — Стоит вам начать говорить, как вы выбалтываете всё. Может, тогда скажете мне заодно, что не так с Розышами? А то я чувствую, что здесь что-то не так, и это мучает меня.

— Ничего! — раздражённо ответила Майяри. — Я там даже никогда не бывала.

— Прекрасно, мне стало легче. Спасибо, — девушка едва не испепелила его взглядом. — Я рад, что мы сумели договориться. Сейчас я соберу вас и доставлю в город. Все проблемы, связанные с вашим побегом, я улажу. Скажу, что вы испугались взрыва и к вам начала возвращаться память. Всё это наложилось друг на друга, и вы запаниковали.

— В смысле соберёте? — напряглась Майяри и с опасением уставилась на мужчину. — Звучит так, будто бы вы хотите на руках меня тащить.

— Что-то в этом роде, — не стал скрывать Ранхаш. — Вы же понимаете, что я не могу доверять вам? Вдруг вы мне опять соврали и по дороге оглушите магией? Я хотел бы обойтись без этой радости.

— А я хотела бы идти сама! — взъерошилась Майяри.

— Увы, но это не ваш сон, — сказав это, Ранхаш ткнул девчонку пальцем в лоб и, быстро подхватив обмякшее тело, опустил его на ложе.

Облегчённо вздохнув, Ранхаш уселся на пол и потёр слегка занывшую печать на груди. Боги, какая всё-таки тяжёлая для понимания женщина! Мужчина постарался отбросить раздражение и лишние мысли и задуматься о том, как он будет добираться до Санариша. Сюда он шёл около двух дней, бдительно принюхиваясь к каждому следу. Если погода будет хорошей, то обратная дорога должна занять чуть больше дня. Найти бы здесь где-нибудь горячильные камни, чтобы девчонке в шкуры засунуть, а то замёрзнет.

Оборотень поднялся, с хрустом потянулся и отправился на поиски подпола, где, возможно, и хранились горячильные камни. И нужно было ещё найти какую-нибудь верёвку, чтобы соорудить волокуши.

Глава 55. Возвращение

— Чё? Не видать никого? — напарник поднялся на стену и протянул товарищу кружку с дымящимся варевом. Стынь стояла такая, что чудилось, будто бы вместо брони на тело ледяной панцирь вздет.

— Да кто сейчас вернётся-то? — поморщился товарищ и с благодарностью принял кружку. — Погодка светлая, самое то для поисков! Главное, чтоб харен вернулся со своим лекарем, а то я слышал, что сам старый консер написал данетию Трибану письмо, где спрашивал, что там с его правнуком и что с его, — оборотень понизил голос до шёпота, — другом! Вот вляпались-то, а?

— Не говори, — поддержал его напарник. — И чего они сунулись на поиски сами? Следопытов, что ли, мало? Да, кажись, все, кто в городе был, уже четыре дня местность прочёсывают. Скоро пятый пойдёт. Ох и злобная девка попалась!

— Чего злобная-то? — не понял его друг. — Я слышал, что, убегая, даже не поранила никого, но за нос поводила так, что прям обида разбирает.

— Вот и меня разбирает! — взъерошился напарник и раздражённо вперил взор в ночную тьму. — Глянь, едет вроде кто-то…

Товарищ прищурился и тоже различил у кромки темнеющего леса будто бы санки.

— Деревенские, что ли, на ночь глядя? — недовольно проворчал он.

— Щас разберёмся.

Через полчаса «санки» показались в полосе света, что отбрасывали настенные факелы, и стражники увидели большого волка, запряжённого в волокуши.

— Стой! — протяжно гаркнул один из них. — Куда прёшь? И чего прёшь?

Волк остановился и пристально уставился на него.

— Чего смотришь? Оборачивайся и отвечай!

— У него там кто-то лежит, — заметил другой стражник. — Может, больной?

— Тем более! Вдруг какую заразу в город тащит. Оборачивайся!

Волк фыркнул и покорно прижался к снегу. Раздался сильный хруст.

Через минуту на ноги поднялся невысокий жилистый мужчина. В свете факелов серебром блеснули волосы, и он опять посмотрел на стражу.

— Боги милостивые! Харен! — в ужасе выдохнул один из оборотней и рьяно пихнул своего товарища. — Живо ворота открывать!

Пока стража открывала массивные ворота, Ранхаш подошёл к волокушам и засунул руки под меха. Благодаря горячильным камням там было отменно тепло, а спящая девушка даже разрумянилась. Убедившись, что всё в порядке, оборотень забросил на плечо мешок девушки и, вытащив её саму из шкур, поднял на руки.

Помертвевшая от страха стража (не признали начальство!) ожидала харена за воротами. Едва голый оборотень зашёл в город, они поспешили закрыть створки и уставились на него, ожидая разноса и дальнейших указаний.

— Лошадь есть? — сухо спросил харен, посмотрев на них через плечо.

— Да! — с готовностью ответил один из них.

— Сюда её. И плащ, — коротко распорядился господин Ранхаш, и оборотень со всех ног припустился к сторожке.

В ожидании лошади харен спокойно осматривался, словно бы и не замечая злющего мороза, а вот оставшийся стражник с сочувствием взирал на бледные ягодицы начальника, представляя, как тому тяжко.

Наконец появился запыхавшийся оборотень, ведущий на поводу осёдланную лошадь и держащий в одной руке длинный плащ.

— Вот! — выдохнул он.

— Подержи, — харен бесцеремонно впихнул в его руки спящую девушку и взял плащ.

Стражник с удивлением воззрился на розовое лицо девушки, а потом на господина, который, накинув на плечи одежду, лихо вскочил в седло и, наклонившись, забрал у него спящую.

— Тем, кто вернётся с поисков, скажите, чтобы больше никуда не шли, — приказал харен. — Всё уже найдено.

И, ударив лошадь пятками в бока, сорвался с места.