Екатерина Флат – Замуж на неделю (СИ) (страница 50)
Хаос мыслей вмиг оборвался, едва краем глаза все же сфокусировался на тлеющих на полу рунах.
Ритуальная вязь перехода в призрачный мир.
В призрачный мир, Лиза?! Да что вообще могло заставить кого-либо в здравом уме туда сунуться?! Этот ритуал срабатывает лишь на того, кто чертит руны самостоятельно! Есть, конечно, вероятность, что кто-то ее принудил это сделать, но все же…
Разум без остановки твердил, что Лизу срочно нужно отнести к ближайшему целителю, иначе она попросту так и умрет сейчас здесь у него на руках. Банально от холода!
Но толку куда-то нести ее физическую, если душой она сейчас в призрачном мире! И этот круг рун – единственный ориентир, чтобы потом воссоединиться со своим телом! Унести Лизу за пределы этого перехода – и все, связь может попросту оборваться!
Так что выход один – прервать ритуал. У него должно еще хватить магии на то, чтобы принудительно вернуть Лизу из призрачного мира. Ведь это просто несусветная дурость с ее стороны!
Но…
Сам собой вырвался тяжелый вздох.
Риан устало улыбнулся.
– Бедствие ты мое стихийное… – прошептал он почти ледяной сейчас девушке в его руках. – Я столько раз пытался тебя остановить в твоем непонятном безумии и каждый раз терпел крах… И сейчас я чувствую себя куда большим дураком, чем до этого, но, может, это именно я был не прав, а не ты… И не останавливать тебя нужно, не пытаться решать за тебя, а даже если это первый и последний раз я… Что ж, ладно, Лиза, сдаюсь, я готов поверить тебе. И я верю, ты знаешь, что делаешь. И какое бы безумие ты ни воплощала сейчас, я все равно на твоей стороне…
Терять магию было больно. Истощенная еще до этого разрушением защитного барьера башни, сейчас сила покидала куда неохотнее.
Ее отнимал рунный круг, которому просто нечем больше было подпитываться. А если он угаснет, то все, связь между мирами разорвется, лишая шансов на возвращение.
Магию отнимала и сама Лиза. Отчетливо чувствовалось, как через прикосновение сила перетекает к ней, почти неживой сейчас, с едва угадываемым дыханием. Но в то же время ощущалось совсем не так, как в предыдущие разы. Словно сейчас действовал вовсе не ее дар, а нечто иное… Словно его магия зачем-то была нужна ей там за гранью… Очень нужна…
И сила уходила.
Уходила по крупицам, заставляя сжимать зубы и переносить это стойко. И не было ни единого намека на сомнение или сожаление. Наоборот, с каждым мгновением крепла уверенность, что поступает правильно.
Все это время он считал, что точно знает, как лучше. Все это время пытался подстроить Лизу под себя, как закостенелый слепец, не замечая, что она просто не может так. Не видел, не хотел видеть, что ее страхи – вовсе не блажь. Все это время она боролась с ними одна, ведь он не был ни ее опорой, ни ее защитником, а как раз лишь мешал во всем. И к чему все это привело?
Она вот-вот умрет.
Но раз она пошла на подобный риск, иного варианта у нее не оставалось.
Жаль, что пришлось через все это пройти, чтобы понять простую истину… Лизу нужно не переделывать, а принять такой, какая она есть. Ведь именно такую, неугомонную, деятельную, совершенно необъяснимую и нелогичную, он и обрел. И безумно теперь боялся потерять навсегда…
– Что бы ты ни задумала, – прошептал он порывисто, прижимая ее к себе, – я в этом с тобой до конца.
Пусть она не могла слышать его сейчас, но на миг почудилось, что ее тонкие холодные пальчики в его ладони чуть дрогнули…
– Как это…может умереть?.. – я смотрела на мрачного Вермиля во все глаза.
– А вот так, – он развел руками, – из-за магического истощения. Я, конечно, сам немало поражен, что в кои-то веки твой разлюбезный герцог вместо разрушения чужих планов вдруг взял да поступил по-умному. Но тут суть в том, что он и без того уже магически вымотан, а передача остатков магии тебе и вовсе может твоего ненаглядного добить.
– Так отправьтесь к нему, скажите, чтобы прекратил! – меня уже едва не трясло от накатившей паники.
– И как я это сделаю? – не менее нервно парировал темный маг. – Если ты вдруг забыла, я теперь к физическому миру вообще никак не привязан, так что даже на несколько секунд туда наведаться не в состоянии. Тут у нас с тобой одна надежда на то, что ты управишься раньше, чем истощение магии добьет твоего Риана.
Я уже хотела было тут же рвануть вперед, прямо по усилившейся тяге дара, как Вермиль придержал меня за руку.
– Лиза, я не смогу с тобой пойти, – смотрел на меня крайне серьезно. – Я останусь здесь и постараюсь сдержать темную колдунью, сколько получится. Она ведь наверняка уже ощутила прилив тут магии и намерена помешать тебе отдать дар Элизе. Но даже и без ее вмешательства, я не знаю, что тебя там ожидает. Здесь мы в той части призрачного мира, что принадлежит именно ей, колдунье, это отражение ее сути. Ты же попадаешь в ту грань, что будет отображать внутренний мир самой Элизы. А какие демоны таятся в глубине ее покалеченной души, мне неведомо. Как неведомо и то, как именно можно дар передать. Но ты не спеши. Жизнь твоего Риана здесь отмеряется не временем, а количеством отданной тебе магии. Просто будем надеяться, что тебе понадобится ее чуточку меньше…
– Спасибо, – мой голос дрогнул, – спасибо, что все же помогаете, хотя вам это и ни к чему.
Вермиль отвел взгляд.
– Я и не собирался тебе помогать. Я просто хотел уйти. Но почему-то именно ты помогла мне открыть глаза на самого себя… Без сомнений, мы видимся в последний раз. В независимости от того, справишься ты или нет, больше наши с тобой пути не пересекутся. А мне почему-то хочется, чтобы хоть кто-то знал…
Помолчав, словно в горле встал ком, он все же продолжил:
– На самом деле я просто трус. Всего лишь трус. Большую часть жизни я был целителем, помогал людям, но когда… – перевел дыхание. – Когда умирала моя мать, а я оказался просто не в силах ей помочь… Тогда-то я понял, насколько я слаб. И я поддался темной магии… Трусость гнала меня в эту тьму, позволяя спрятаться за ширмой отчуждения и презрения. И даже после, когда Элиза убила меня, а мой дух оказался прикован к физическому миру из-за необходимости искупления злодеяний, я не понимал, почему я хочу уйти… Я так стремился в вечность лишь затем, чтобы все так же спрятаться. Но теперь уже не во тьме, а в небытие. Раствориться в этом безграничном спокойствии и больше ничего не чувствовать. Ни трусости, ни чувства вины…
Только сейчас перевел на меня усталый взгляд:
– Но глядя на тебя, такую неуемную, зачем-то искренне всем помогающую, я будто бы видел самого себя. Того себя, каким я был когда-то. До того, как сломался… Выходит, я предал того себя. И не только себя, но и того единственного, которому был нужен. Закрывшись в своем горе и самоуничижении, как улитка в раковине, я даже не подумал о том, что мой младший брат точно так же потерян, ему точно так же плохо. И что я нужен ему. Очень нужен!.. Но я лишь презирал его за слабость и не понимал, что он поступил в точности, как и я. Только я прятался от реальности в темной магии, а Фиташ в своей работе. Как и я, он не создал семьи. Как и я, он одинок и пуст внутри. И эту пустоту уже ничем не заполнить… Пустота – самое страшное, Лиза. И если ты не справишься, твое место в сердце Риана заполнит постепенно именно эта пожирающая неодолимая пустота… Ты смогла мне доказать, что в мире все-таки еще есть хорошее. Так докажи же напоследок, что справедливость тоже есть. Что светлые и добрые порывы сильнее злобных помыслов. Что ты способна одолеть могущественную ведьму. Просто потому, что это правильно.
Я не смогла ничего ответить. В глазах щипало и, казалось, любая попытка сказать хоть что-то тут же обернется срывом. Я боялась за Риана, я боялась не справиться. Но сейчас, глядя в бесцветные усталые глаза темного мага, я очень хотела верить, что все обязательно будет хорошо. Ну просто не может быть иначе!
– Ступай, – Вермиль тепло улыбнулся, – путь открыт. Обо мне не думай, хотя знаю, все равно ведь будешь… Самое худшее, что колдунья может сделать со мной, так это навеки заключить здесь, но это уже не важно. Иди. Пусть хоть в этот раз для вас с Рианом все хорошо сложится…
Кое-как собравшись силами, я лишь кивнула Вермилю на прощанье. К нам приближалось разрастающееся темное облако, разрывающее туман и ревущее, как яростный зверь. Но в шаге от меня магией Риана уже сформировался сияющий портал в ту часть призрачного мира, что принадлежала сейчас Элизе.
И стоило мне туда ступить, как тут же портал за моей спиной закрылся. Все, я была отрезана и от темной ведьмы, и от оставшегося там друга. Очень хотелось верить, что Вермиль все же справится, все же обретет свой долгожданный покой…
– Ну что ж, – сбивчиво прошептала я, вглядываясь в окружающий плотный туман, – ну давай, часть чужой души, веди меня…
Вот только дар больше никуда и не рвался! Никуда не тянул, словно больше его ничего и влекло! Неужели я опоздала? Неужели Элиза умерла?
Так, стоп, погибни она, разрушился бы и дар, убивая при этом меня. А со мной пока еще все в порядке. К тому же…
Я только сейчас осознала, что что-то держу в руке.
Небольшое зеркало.
Овальное, в обычной деревянной оправе, с такой же деревянной ручкой без изысков… Но оно отражало лишь окружающий туман и больше ничего, себя я в нем точно не видела. Но что это и откуда взялось? Одно точно: я сейчас в той части призрачного мира, что принадлежит Элизе, и сама она где-то здесь. И дар, может, потому больше никуда и не ведет, что я и так уже на месте. К тому же мне нельзя больше применять магию Риана, иначе могу его добить, я должна теперь найти сама.