Екатерина Флат – В паутине страха и лжи (страница 24)
Александр поступил очень подло. Он сыграл на том, что я контролировать не в состоянии. Даже теперь, зная правду, я ничего не смогу изменить. Я лишь надеюсь, что без воспоминаний это чувство так и останется незамеченным. Не волнуйся, дальше поцелуев дело не зашло, хоть в этом Алекс был честен. И спасибо ему, что все-таки выполнил мою просьбу и научил блокировать нежеланные воспоминания. Я только этим сейчас и держусь, что вот-вот все забуду. Иначе я просто с ума сойду от отчаяния!
Так что постарайся просто об этом не думать. Ничего не было и все. Поверь, так будет лучше и легче. Так есть хоть какой-то шанс сохранить отношения с Рефом. Да и не только отношения, а его жизнь. Я очень боюсь, что Алекс сочтет Рефа единственной преградой между нами. Особенно теперь, после всего этого.
Ни в коем случае не возвращай воспоминания!»
На этом письмо обрывалось. Но я упорно сидела и продолжала смотреть на лист в своих руках в слабом свете свечи, словно в надежде увидеть что-то еще. Казалось, каждая буква, сама бумага – все пропитано отчаянием. Моим отчаянием. Мне даже дышать сейчас сложно было, в горле встал ком ужаса. Что же произошло… Что же со мной случилось… Но теперь, после этого письма, я не хотела вспоминать. Только сейчас дошло, что я не медвежью услугу себе оказала, а этим забытьем оставила хоть крохотный шанс на прежнюю жизнь. Шанс, который Алекс безжалостно уничтожит, заставляя вспомнить в выгодное ему время.
Хотя, может, так лучше – вспоминать именно с приездом Рефа? Рядом с ним легче все это будет пережить. Но слова в письме о возможном убийстве не давали мне покоя. Я и раньше ведь на эту тему переживала, а теперь так вообще. И вариант «Рассказать Рефу и он сам решит эту проблему» больше не казался мне таким уж идеальным.
Я спрятала письмо обратно в сумку. Даже хорошо, что я его не заметила еще тогда на корабле, когда перебирала вещи перед прибытием. Все-таки в тот момент мне было куда хуже, чем теперь. И раз уж воспоминания восстановятся в любом случае, то пусть лучше сейчас. А к возвращению Рефа решу уже, что делать дальше.
Как ни удивительно, но утром я проснулась в отличнейшем настроении. Просто мне приснился Реф. Он обнимал меня, успокаивал, обещал, что все обязательно будет хорошо. И после этого сна мне стало так легко и радостно, что все проблемы показались сущими пустяками. Ну подумаешь, провела я неделю с Алексом, так не по своей же воле. Да и всяким там поцелуям тоже наверняка есть логичное объяснение. Может, Дарла плохо разглядела, и все было ни разу не добровольно с моей стороны. Так что винить мне себя не за что.
Успокоившись на этом, я проснулась раньше всех. Девчонок решила пока не будить, оделась, умылась и спустилась на кухню. Конечно, неудобно было брать чужие продукты, но бабушка Налли сама ведь разрешила. Да и мы решили, что потом просто деньги ей оставим. Ну а кроме меня все равно готовить некому. Учитывая, любовь Дарлы ко всевозможной отраве и пристрастие Аниль к практически несъедобной якобы здоровой пище.
Решив особо не мудрить, я взялась за приготовление овсянки. Уже ставила чайник, как за приоткрытым окном явственно послышался стук копыт и скрип колес. Я успела заметить краем глаза лишь подъезжающий экипаж. Недоумевая, кто мог приехать в такую несусветную рань, я поспешила к входной двери. Хотя, может, это кто-то к бабушке Налли в гости? К нам ведь тут и приезжать некому.
Стоящий у крыльца дома экипаж выглядел весьма презентабельно, даже с витиеватым символом на дверках. Но, скорее, это был не герб какого-либо аристократического рода, а нечто вроде фирменного лейбла. С козел спрыгнул парень в дорожном костюме, достал из экипажа внушительную охапку бордовых роз, перевязанных золотистой лентой, и направился ко мне.
– Доброе утро! Кира арт Богданова? – деловито поинтересовался он.
– Доброе утро. Да, это я, – я чуть растерянно кивнула.
– Прошу, – он с улыбкой протянул мне цветы.
– А от кого это? – я брать не спешила.
– Мы не вправе разглашать, но, полагаю, там должна быть записка, – парень все-таки всучил мне букет.
Но я и так прекрасно догадывалась, кто отправитель.
– Нет уж, постойте, – я снова ему цветы отдала, – отвезите обратно Арландскому графу.
– Без проблем, – с готовностью согласился парень и задумчиво продолжил: – Так…стоимость букета…плюс доставка в Вестсар… – и радостно подытожил: – С вас восемьсот пятьдесят семь золотых!
– Сколько?.. – ошарашено выдохнула я. – За что?
– Ну как, – выхаживал передо мной посыльный, – за цветы и доставку такого букета из этой глухомани в Вестсар. Между прочим, у нас самые лучшие цены в городе! Если вы отправляете у нас цветы впервые, то вам в полцены!
– То есть восемьсот с чем-то там – это в полцены? – я все еще не могла поверить. Да у меня стипендия в два раза меньше!
Парень кивнул.
– Очень выгодное предложение! Вы учтите, что у других лаенские розы стоят намного дороже. Да и между нами говоря, – заговорщически добавил он, – в остальных цветочных лавках такую редкость почти не найти, да и если найдете, то уже завядшими. Ну так что? Отправляете назад?
– Нет, спасибо, – буркнула я, забирая у него букет.
Посыльный хотел ввернуть что-то еще рекламное, но я спешно зашла в дом и закрыла дверь. Нет, ну что за несправедливость? Даже вернуть цветы проблематично!
Но стоит признать, что пахли розы умопомрачительно. Даже перекрыли запах подгоревшей овсянки, про которую я совсем забыла, пока с посыльным разговаривала. Отыскав на кухне несколько ваз, я поставила цветы в воду. Заодно нашлась и записка со знакомым вензелем Арландских графов.
«В шесть вечера у границы поселения оборотней тебя будет ждать экипаж»
Я только сейчас озадачилась, что у меня и одежды-то подходящей для торжественного приема нет. Хотя наверняка Алекс это учтет. Он, похоже, все учитывает.
Но все-таки настроение у меня не испортилось. Даже розы не вызывали раздражения. В конце концов, цветы ведь не виноваты, что их даритель – негодяй и подлец.
Вскоре на кухню спустились девчонки
– Ого! – удивилась Дарла. – Это у нас откуда тут чуть ли не целая клумба взялась?
– Алекс прислал, – я тем временем наливала чай. – Делать ему больше нечего. И деньги девать в том числе. Лучше бы благотворительностью какой занялся.
– Так а он чем занимается? Именно благотворительностью, – хихикнула Дарла. – Считай, оказывает материальную помощь бедной-пребедной студентке.
– Красивые цветы, – задумчиво пробормотала Аниль. – Дорогие, наверное. Видимо, у графа внушительное состояние.
– Ну явно не маленькое, если он решил вдобавок себе Вестсарский порт приобрести, – пробормотала я. – Ладно, давайте не будем портить мне настроение разговорами об Александре. Надо завтракать и идти уже травку дергать.
Мы уже заканчивали чай пить, как забежал Гран. Спешно сказал, какое именно растение искать, где растет, даже сунул нам травник с открытой в нужном месте страницей, поцеловал Аниль в щеку и умчался. Даже про розы ничего не спросил, хотя, естественно, их заметил. Все это заняло с четверть минуты, если не меньше, Дарла даже съехидничала:
– Это что-то тут сейчас промелькнуло, пока я моргнула, или мне показалось?
Ну а Аниль, конечно, тут же вступилась:
– Просто Гран сейчас занят, ему некогда.
– Ну ладно-ладно. Клюнул тебя в щеку и хватит. Не спросил ни как дела, ни почему такая грустная. Если тебя устраивает вот такой вот мизер внимания, то я молчу.
Аниль аж раскраснелась от резкой обиды.
– От тебя вообще Бирогзанг сбежал! Так что не надо мне говорить про мизер внимания!
– Эй-эй, вы чего, – спешно вмешалась я. – Нашли из-за чего ругаться!
– Слушай, Аниль, извини, – Дарла вздохнула. – Ну вот просто обидно мне за тебя.
– И ты меня извини, – тихо произнесла целительница. – Я не хотела тебя задеть, просто вот на эмоциях вырвалось.
– Какие-то мы с вами в последнее время нервные стали, – я невесело усмехнулась. – Ладно, пойдемте этот азалист искать, – взяла со стола травник, – его же в определенное время сорвать нужно. Прогуляемся заодно на свежем воздухе.
По словам Грана, нам надо было пересечь поселение и искать нужный азалист в лесу, сразу за небольшим озерцом. В этот ранний час вокруг уже вовсю кипела жизнь. Местные обитатели хоть на нас и косились с любопытством, но мы не обращали внимания. Так постепенно добрались и до цели пути.
Озерцо на деле оказалось заросшим тиной прудом. Обошли его и углубились в лес. Благо, азалист нашли сразу же.
– Ну что, возвращаемся? – я захлопнула травник. – Дарла, чего зависла?
– Да странно немного, – пробормотала она растерянно, смотря словно в никуда. – То ли кладбище поблизости где-то, то ли еще что… Я почему-то толком понять и не могу. Впрочем, тут мертвых и так везде полно.
– И не надо понимать, – опасливо возразила Аниль. – Не надо нам тут никаких твоих некромантских штучек. И так с репутацией туго, а если еще и правда про нас всплывет, то вообще конец.
Она хотела добавить что-то еще, но замерла, заметив кого-то за нашими спинами. Мы с Дарлой синхронно обернулись.
Не знаю, какого лешего, тут с утра пораньше делали эти трое парней. Может, тоже какую-то траву искали. Но вот заметили нас и к нам решительно направлялись. Один из них высотой и размахом плеч даже Грана нашего превосходил. Казалось, что даже не человек это, а просто блондинистый шкаф на ножках. Двое других, похоже, являлись братьями, уж очень на это сходство лиц намекало.