Екатерина Федорова – Возвращение милорда (страница 37)
– А… а вы думаете, что этот тип где-то неподалеку?
Клоти посмотрела на него вроде бы укоризненно, но во взгляде ясно читалось превосходство.
– От денег далеко не уходят, сэр Сериога. Предположим, он надеется, что эти люди вернут ему деньги. Но они могут и обокрасть его – особенно после того, как сделают свое дело. Скажут, что всех денег не нашли, чего-то недосчитались… И если он не дурак, то будет ждать их рядом с домом. Иначе такие дела не делаются.
По лестнице, как будто в подтверждение ее слов, загрохотали шаги.
Щелкнул дверной замок, и трое ребят заволокли в прихожую товарища Мерзавчикова. Тот заметно трясся, по одутловатой физиономии пробегали попеременно гримасы растерянности и злости. Лица троих, успевших по дороге освободиться от своего обеспамятевшего друга, были по-прежнему мучнисто-белы-ми. Возможно, внизу стояла машина, куда они его и загрузили. Во всяком случае, Сергей очень надеялся на это. Не хотелось думать, что они бросили бедолагу в бессознательном состоянии прямо у подъезда. Или в подъезде…
– Ну, сэр Сериога, – прозвучал гнусно-ехидный голос Эльфедры, – что будем делать дальше? Как карать врага твоих родителей?
– Э-э… – Язык ворочался во рту с трудом. – Надо как-то восстановить в этом деле истину. И для этих людей тоже…
– Ага! – жизнерадостно и звонко сказала Клоти. – Я счас! Я мигом все восстановлю!
Она картинно занесла кулак и сделала совсем крошечный шажок – как раз такой, чтобы очутиться в самой середине перепуганной троицы. Отреагировал на это только тип Мерзавчиков – остальные стояли с искаженными лицами и даже не шевельнулись.
Похоже, по степени убедительности Клотильде было далеко до преображенного Эльфедры.
– Стоп! – негромко сказал Серега. И поморщился.
Голова у него раскалывалась.
– Итак, как будем карать твоего врага? – нетерпеливо переспросил заскучавший за время его раздумий Эльфедра.
– Я не знаю, – вздохнул сэр Сериога. – Убить – будет слишком жестоко, а просто побить – так не поймет же, еще снова сюда придет…
Клотильда глянула на него с долей презрения, но промолчала. Мерзавчиков посмотрел с дикой ненавистью, крутанулся, как пиявка в пальцах у медсестры, но нанятые им же самим громилы, сейчас замороженные и неподвижные, как кролики перед удавом, легко удержали заплывшее жирком тело.
Эльфедра вдруг ухмыльнулся и подмигнул:
– Помочь?
– Бремя решений, – упрямо сказал Серега, – на двоих не делится. Что бы ни случилось, отвечаю все равно я. Я и моя совесть.
– А я и не делю, – ответил король эльфов. – Единый с тобой, пусть все будет на твоей совести…
Он вскинул руки – Серега ошарашенно подался к нему, но тут из троицы громил выступила леди Клотильда и придержала его за воротник.
– Да вы что?! – возмутился он. – Да что вы меня все за воротник хватаете!
– Как я понял, сэр Сериога, он у тебя украл деньги? – невозмутимо осведомился эльф, не обращая внимания на его крик.
– Не у меня, у моего отца! Но все равно…
– А отдал?
– Да! – рыкнул Серега и попытался выкрутиться из зажима Клотильдиных пальцев, отчаянно стараясь при этом не делать больно любимым рукам.
– Мы отняли, – буркнула Клоти, восстанавливая историческую справедливость.
– Хорошо. – Эльфедра казался удовлетворенным. – Эй, вы, трое, отпустите его. И встаньте удвери. А то и вас сейчас…
Эльф красноречиво пошевелил пальцами – суставы гнулись, как резиновые, во все стороны. Казалось, вместо пальцев к рукам прилеплены короткие щупальца. И голос у него на последних словах зазвучал с уже знакомой ласковостью – совсем как у той шишкастой твари. На Серегу вмиг нахлынули неприятные воспоминания.
Троица тем временем дружно отпрянула от Мерзавчикова и отпрыгнула к двери.
– Ну, – провозгласил Эльфедра, разминая руки. – Теперь я скажу…
– Нет! – взвыл Серега и жалко дернулся в мускулистой руке Клотильды.
– Был ты жабой в человеческом обличье, будь теперь человеком в жабьем!
Не было никаких искр или прочих фейерверков, которых Сергей втайне ожидал. Просто очертания Мерзавчикова как-то сгустились… или сжались – и потекли вниз каскадом объемистых мазков. Стремительно темнея и зеленея на ходу.
Потом на полу образовалось что-то вроде лужи, над которой тут же зависло синеватое марево.
Клотильда наконец отпустила Сергея, и он обрел долгожданную свободу. Первым делом присел на корточки и опасливо протянул руку к мареву над полом.
– Не стоит. – Клотильда ловко отбила его руку носком своего кожаного сапога – слава богу, сапоги у нее были сшиты не здесь, мягкие, без картонно-клеевых уплотнений в носке.
– Что-то долго срабатывает, – обеспокоенно заявил Эльфедра и пожал плечом. —Должно было уже явиться…
Сергей поднял голову и зло сказал:
– Жаба Мерзавчиков?! Это что, твоя сатирическая пародия на сказочку о царевне-лягушке? То тебя рекламные перлы тянет портить, то на наши сказки замахиваешься?!
– Да, нельзя трогать святое, – неожиданно поддержала его Клоти.
Трое перепуганных людей у двери заскребли ногтями по обитой дерматином панели и почему-то задергались.
– А, – рассеянно сказал король эльфов, поворачивая к ним голову. – Вы еще здесь? – И голосом, снова полным особой ласки, добавил: – Будьте свободны. И не творите зла отныне, не ходите к людям за деньгами…
– С голоду же подохнут, – пробормотал Сергей, не вставая с корточек. – Они только так могут зарабатывать.
– Ну и что? Значит, настало время поменять работу и начать честную жизнь. Смотри, туман над явлением рассеивается.
Туман и вправду начал всплесками исчезать. На полу лежал крокодил в рост человека.
– Что это? – с истерическим смешком прохрипел герцог Де Лабри. – Как помнится, заказывали жабу…
Эльфедра, гибко пригнувшись, присел на корточки, с недоверием пощупал неровную крокодилью спину. Крокодил в ответ предупреждающе раззявил пасть.
– Кажется, понимаю. В вашем мире моя магия действует не по тем законам… точнее, она вынуждена действовать по вашим законам. Вот только не понимаю, по каким именно…
– За… Закон сохранения материи… – Сергей фыркнул, предусмотрительно отодвигаясь от крокодила. – Ничто не исчезает никуда и не появляется ниоткуда…
– Сформулировано по-детски, – не одобрил этот закон Эльфедра. – И по этим законам вы живете? Теперь понимаю, почему у вас все так убого – ни ведьм, ни эльфов, одни гномы и домовые как-то прижились, – если у вас материя не может сама появляться…
– Эй-эй, – предупреждающе сказала Клоти, опуская свой сапог на крокодилью пасть и нажимая на нее подошвой. Челюсти под тяжестью ее ноги тут же звучно схлопнулись. – Может, хватить обсуждать устройства миров? Вам все равно в хфилософы не идти… Решайте лучше, что с этим чудищем делать.
– Но почему именно это чудище отвратительное? – Эльфедра, метнув на Клотильду осуждающий взгляд – дескать, лезет куда не надо, – продолжал с интересом пялиться на крокодила. – Почему не громадная жаба?
– Жаба опасна в больших количествах. Вдруг да по полу расплескается, – просветил его Сергей. – А это – родственник жабы, одна из старейших на нашей Земле рептилий.
– Это объясняет многое. Хотя все равно – странные реакции в вашем мире на самые обычные эльфийские заклинания, странные.
Сергей поглядел на зеленое крокодилье тело, на маленькие сонные глазки, утопающие в громадной морде. Глазки были похожи на змеиные – те же вертикальные зрачки, та же гипнотизирующая неподвижность.
И ему расхотелось просить Эльфедру о возвращении типу Мерзавчикову обычного человеческого облика. Во-первых, жалость к отдельным людям не должна оборачиваться жестокостью по отношению ко всем остальным людям в городе. Мерзавчиков явно асоциальный тип. А во-вторых, типу Мерзавчикову в крокодильей шкуре будет несравненно лучше – так меньше кризис между его формой и внутренним содержанием и цельнее будет указанная личность на фоне египетских болот, ибо там для нее социальная среда намного более подходящая…
– Но мы не можем оставить его здесь, – логично заметила Клотильда. – Вдруг эта тварь покусает почтенных родителей сэра Сериоги.
Уже только почтенных, а не благородных? Серега метнул взгляд на Клотильду. Может, его родители перешли из отряда благородных в отряд почтенных потому, что она разочаровалась в нем?
Ему следует быть покровожаднее, горько заключил он про себя. Но как быть, если тебе это не свойственно?
– Да-да, – рассеянно подтвердил Эльфедра, погруженный в свои мысли. – Что пожелаешь, сэр Сериога? Разделить его на изделия из узорчатой кожи и чудесную вырезку из боков? Или просто выкинуть отсюда за пределы воздушной сферы вашего мира? Выйдет очень даже симпатичная падающая звезда, когда он начнет падать обратно…
Сергей представил, как его родители будут есть вырезку из существа, которое когда-то было человеком, – и содрогнулся. Второй вариант, несмотря на весь романтизм своего антуража – небо, падающая звезда, парочки в промежутках между смачными поцелуями желания загадывают о том, кто кого и с кем, – тоже выглядел изуверским.
– Нет, – поспешил сказать герцог Де Лабри, пока Эльфедре не пришла мысль приступить тут же к разделке крокодила на мясо и кожу. – Просто отправь его в Египет. Прошу тебя. Это такая страна на юге, как раз для него. И проживают там одни крокодилы да арабы. Да еще, может быть, мумии. И туристы бегают в качестве пропитания… Направление указать?