Екатерина Федорова – Милорд и сэр (страница 22)
— Э… Это все очень… очень интересно… — жалко промямлил Серега (с физикой у него туговато было еще с младых ногтей, так сказать). — А вы не могли бы сразу — и поближе к сути дела? Или хотя бы попроще так, покороче… Чтобы попонятнее было.
— А, на пальцах хотите? Хорошо. Только ответьте мне на один вопрос: вы, милорд, в состоянии представить себе, что один-единственный объем — кувшин, комнату там, не суть важно, — вполне возможно заполнить не один, скажем, а хотя бы два раза? Не вынося при этом уже принесенного.
— Запросто, — сказал Серега, припомнив восточные сказки. — Вот например, славный делами своими Ходжа Насреддин как-то на спор заполнил одну бочку три раза, не опорожняя — камни, затем песок в промежутках между камнями, и еще воду налил напоследок. И все три наполнителя у него получились в одном объеме.
— Умничка! — ласково похвалил его эльф. И лукаво добавил: — Для герцога, милорд, вы у нас что-то слишком уж развиты. Может, вернетесь в менестрели? Вот там ума уж точно больше требуется.
— Я вернусь, — неопределенно пообещал Серега, — когда-нибудь, куда-нибудь…
— Милорд герцог говорит о возвращении в свой родной мир? Понимаю, как же — мир родной, край обетованный… И вот кстати о затронутой теме. Краем уха — в этом лесу такое эхо, милорд, что прямо-таки грех жаловаться на недостаток сведений, — слышал я, что наниматели милорда несколько иначе трактовали его поведение в нашем мире, а также и его будущее — и здесь, и потом. И это расхождение во мнениях сильно угнетает их на сегодня…
— Интересные сведения… — выдавил слегка похолодевший Серега — И до какой же, интересно, степени доходит это “угнетение”?
— По-моему, — равнодушно обронил эльф, — вас не будут возвращать домой. Видите ли, никто из них и не надеялся на вашу удачу здесь. Собственно, как это часто бывает, ЭТУ организацию на сегодня интересует совсем не то, что записано в их названии. И уж еще меньше их интересует ваша судьба здесь. Как это часто бывает… Там сложные перипетии, милорд. Может, вернемся лучше к нашим баранам?
Серега промолчал, насупившись и глядя в землю. Эльфа это нисколько не смутило.
— В связи со всем вышеизложенным милорду совсем не повредит заручиться поддержкой со стороны… со стороны, скажем, некоего дружественного народа, могущего взять на себя все обязанности прежних нанимателей милорда. В порядке взаимовыгодного обмена и сотрудничества.
— Понимаю, — сказал Серега, — ты — мне, я — тебе… Значит, “ты мне” для меня уже известно, а вот об “я тебе”, надо думать, вы мне сейчас расскажете.
— В точку, милорд! — Эльф откинулся назад, поменял позу — пересел с корточек на задницу. — Итак, мы остановились на теории взаимопроникнутости миров. Касаясь некоторых научных аспектов… И в вашем, и в нашем мире атомы традиционно разнесены на столь огромные расстояния, что строение материи вполне сравнимо со строением Вселенной — крохотные и редкие пылинки звезд-атомов в огромном океане пустоты между ними. Атомы связаны между собой полями — это аксиома — и еще кое-каким видом пространственных связей. Но при этом через пустоту, столь редко заполненную атомами, вполне возможно пропустить еще какие-нибудь поля с несколько измененными характеристиками по отношению к тем, первым. Вам понятно, милорд? Ваш, то есть тот мир, откуда мы вас только что изъяли, — камни, наш мир, скажем, песок между камнями… Практически вы все там же — в той же точке Вселенной. На той же планете. Но ЗДЕСЬ чуть повернуты поля, и это — другой мир. Хотя и похожий.
Эльф сделал паузу, внимательно поглядел на него, явно ожидая вопросов. Или еще чего другого. Но Серега упрямо молчал — говорить ему пока что было нечего.
— Итак, мы перенесли вас к себе, в свой мир, — заторопился эльф. — Оговорюсь, кстати, что так же аккуратно мы вас и вернем по окончании нашего дела… или в случае вашего несогласия на него. Туда же, в туже секунду. О средстве перемещения услышать что-нибудь хотите? Вдруг да пригодится когда.
— Просветите.
— Вас перенес сюда гурер. Я слышал, что вам уже рассказывали о существах, которые питаются эмоциями, точнее — болью и мукой человека, окутывая его тело как плащ.
— Да. — Серега содрогнулся, припомнив.
— Это моллюски, милорд. Обычные моллюски, хотя и особой разновидности. Наш гурер им родственник. Тоже моллюск, тоже облегает человеческое тело подобно плащу. Вот только вместо того, чтобы возбуждать у жертвы болевые рецепторы, гурер вас просто и безо всяких затей кушает. Облекает раз и навсегда, потом долго и с наслаждением переваривает. А чтобы никто не тревожил, уползает в другое пространство. В другой мир. При соответствующей дрессировке из них получаются вполне приличные слуги. Относительно послушные, с очень небольшим процентом переносов, пошедших на питание…
— Стоп, — вмешался разом встревожившийся Серега в ровненькое и гладенькое повествование мужичка-эльфа. — Так что же, он мог меня до вас и не донести?
— Э-э… Надо же бедному моллюску хоть иногда что-то есть, милорд. Изредка… Не будем об этом. Главное — ЗАЧЕМ мы вас сюда перенесли. Не так ли?
Эльф выдержал многозначительную паузу. Серега покривил губы, ощутив некую душевную усталость. Как там в песенке: “Я Синдбад-мореход из Багдада, мне скитаний и даром не надо…”
— Не вопрос, ребяты, — развязно вымолвил он, пытаясь хоть как-то отплатить за “небольшой процент на питание”, — пророчество у вас какое-нибудь здесь обнаружилось, как пить дать. С надписью сверху — к срочному исполнению. И вы за меня — как носорог за соломинку. Я ж с недавних пор в этом деле признанный авторитет.
— Да, милорд! Правда ваша… — как-то даже подобострастно согласился эльф. — Пророчество весьма и весьма старое. Правда, до недавних пор на него никто не дерзал осмелиться — дело, гм… крайне неординарное. Но, увы, нынешние люди уже не те, что прежде. Никакого почтения к святыням: осмеливаются замахиваться даже на самое дорогое — на нас, на эльфов. Текст дословно таков: “Принцессу эльфов в жены возьми. По обряду Луны. Кольцо ей на палец надвинь. Кольцо из металла Луны. А после сними. В крови тридцати омочи. В печь положи. И снова на палец эльфевы надвинь — и тогда для тебя станет возможной любая судьба”. Впечатляет?
— Начхать мне на все это, — откровенно разочаровал собеседника Серега.
Эльф, бедняга, аж на месте подскочил:
— Но, милорд! Кольцо серебряное. Именно серебро пророчество называет металлом Луны. Вы только вдумайтесь — серебро, людская кровь, кожа природного эльфа. На коже эльфа — и серебро в крови!
Мужчина-эльф опять-таки выдержал долгую паузу. С потрясенной миной. Серега же вместо сочувствия такому горю только бросил равнодушно:
— Ну и что?
Эльф недоуменно хлопнул длиннющими (прямо как у девицы) ресницами. Разок хлопнул, другой:
— Но, милорд… Эльфы, так же как и гномы, вообще не переносят соприкосновения с кровью человека. Она… она нас жжет. Мы и представить себе не можем… боимся даже предположить, как принцесса вынесет подобное! А тут еще замешан и обряд Луны — мало кому известное, точнее, вообще никому из нас не известное ужасное языческое действо! Название-то какое! В честь какой-то планеты где-то там, далеко отсюда.
— Да. Эта планета действительно далеко отсюда.
Эльф Серегиного дополнения даже и не заметил, продолжая во весь голос сокрушаться на злобу дня:
— И откуда только у этого мелкопоместного дворянчика взялись познания о сем обряде — ума не приложу!
— Стойте, — среагировал на последнюю фразу Серега. — Значит, пророчество уже взялся выполнять кто-то другой? Тогда какого вам рожна от меня…
— И что самое ужасное, — с жаром перебил его зеленовласый, — ему удалось заманить к себе эльфеву. И не кого-нибудь, а именно Эльлизру. Эльлизру, принцессу эльфов. И мою дочь…
— Но-о… — протянул Серега, — раз она — принцесса, то, значит, вы…
— Король. — очень просто и даже деловито как-то сказал его величество. — Король этой самой планеты Эльрра. То есть я имею в виду эльфийскую планету, а не ту, на которой остались ваши друзья — герцог, то есть оборотень, и ваша очаровашка Клоти. В эльфийском измерении и по-эльфийски — планета Эльрра. А у тех, местных, даже и понятия еще такого нет — планета. Так, земля, Большая Твердь, Империя, Нибелунгия… И, кстати, зовут меня Эльфедра. Король Эльфедра. Для своих можно просто — Федя.
— Приятно познакомиться, — бросил Серега. — А я герцог Де Лабри и по совместительству сэр Сериога… Таврический… Для своих можно просто — Серега. А ваша принцесса, осмелюсь предположить, для своих просто — Лиза? Короче, бедная Лиза…
— Вы правы, уважаемый Сериога, действительно бедная. Ее зачаровали, заманили, обманули, оболгали! Толком даже и не знаю, что произошло. Туда за ней мы прийти не можем — этот чертов милордишко Жанивский…
— Кто?! — изумился Серега при звуке столь знакомого имени (так вот ты где, тайная любовь леди Клотильды!).
— Жанивский. А что, вы знакомы?
— Шапочно, — скромно ответил он. — Так, общие знакомые имеются…
— Да? Ну… Буду иметь это в виду. Так вот, Жанивский, неизвестно кем и когда подученный, заключил свой замок в пентаграмму на крови. И теперь нам туда ходу нет. Сама же Эльлизра (мы это знаем только по слухам, конечно, но обстоятельства таковы, что я этим слухам все больше и больше верю), так вот она сама пожелала остаться там. С ним. И даже дала уже свое согласие на обряд Луны. Чем он только ее обольстил, ума не приложу — это эльфеву-то, принцессу крови!