Екатерина Дибривская – Будь моей нежностью (страница 23)

— Ася! — громыхает голос в трубке. Я расхаживаю по дорожке перед воротами, в глубине души радуясь, что Богдан сейчас так далеко от меня. — Ты очень близка к большим проблемам, девочка. Лучше притормози!

— Как меня всё это достало! — кричу я, срываясь на слёзы. — Я молча собиралась проглотить то, что ты доверяешь своей любовнице больше, чем мне! Если бы ты не препятствовал моей поездке в больницу…

— Довольно! — глухо бросает Тихонов, вызывая холод вдоль позвоночника. — Тормози, кукла! Иначе…

— Иначе что, Богдан? Отлупишь меня? Да мне просто всё равно, ты понимаешь? После того, как ты выдаёшь что-то подобное…

— Я не вижу грёбанной проблемы, кукла! В упор не наблюдаю! — мужчина обессилено обрывает мой слезливый монолог сквозь стиснутые зубы. — Заметь, что я стараюсь, Ася, очень стараюсь сдержаться от резких высказываний и услышать тебя, поэтому сбавь обороты, и я обещаю, что правда попробую понять твой выпад.

И я вдруг ясно осознаю, что он действительно не понимает. Не видит проблемы. Он просто такой. Привык скидывать задачи своей помощнице тире любовнице, так и поступил сейчас. Он вовсе не пытается намеренно меня задеть или уязвить. Поступает, как привык, потому что это просто и понятно.

— Ты мог поговорить о свадьбе со мной, Богдан, — осторожно говорю ему.

— Мог, — подтверждает он.

Мы оба как-то внезапно успокаиваемся и начинаем общаться, как адекватные люди.

— Почему же не поговорил?

— Куколка, я решил, что тебе сейчас не до свадьбы. Ситуация с Агриппиной Юрьевной, начало учёбы… Сам был вынужден уехать. Вот и поручил организацию персоналу, иначе зачем они все нужны?

— Богдан, — решаюсь я, закусывая губу. — Я не хочу, чтобы она занималась нашей свадьбой.

— Свадебный консультант из агентства? — озадаченно переспрашивает он. — Не уверен, что ты справишься самостоятельно, даже с помощью Элеоноры тебе будет затруднительно охватить всё…

— Я не против свадебного консультанта, Богдан. Я не хочу, чтобы к нашей свадьбе имела хоть какое-то отношение твоя любовница.

Он молчит. Мне кажется, проходит несколько минут, пока он обдумывает мои слова.

— Богдан? — зову я, когда молчание становится невмоготу.

— Да, куколка, — моментально отзывается он.

— Что ты мне скажешь? Ты понимаешь, в чём проблема?

— Ася, — выдыхает он, — это не проблема. Если тебя беспокоит участие Элеоноры, я отдам нужные распоряжения.

— Ты это серьёзно?

— Ты слышала много шуточек от меня? — отвечает вопросом на вопрос.

И то правда. Я уже не сдерживаю торжествующую улыбку.

— Спасибо-спасибо-спасибо, Богдан! — шепчу в телефон. — Можно навестить бабушку после встречи с консультантом?

— Конечно, куколка. Ася, — он пытается сделать голос строгим, но я чувствую, что он тоже улыбается. — Я надеюсь, что всё будет организовано на высшем уровне и в рамках приличий.

— Не сомневайся, Богдан.

— И ещё, — серьёзно продолжает он, и я напрягаюсь, — никогда не скрывай от меня свои мысли и чувства. Говори прямо, что тебе нравится или не нравится. Если это в моих силах, я всегда встану на твою сторону.

18. Ася

Под насмешливым взглядом Элеоноры я занимаю маленькую комнатушку, предназначение которой как ни пытаюсь понять, а не могу. Туда же прошу Дарину Данияровну подать запоздалый обед и чай.

Пока жду свадебного консультанта, успеваю и поесть, и приглядеть на картинках в поиске подходящее платье. Я не хочу ничего вычурного: никаких кружев, никаких страз, никаких пышных юбок. Я бы и без фаты обошлась — ну что за пережиток прошлого! — но не уверена, что она не является обязательным атрибутом норм приличий по Тихонову.

А когда консультант приезжает, к слову, на довольно большом микроавтобусе, я быстро понимаю почему. У неё море каталогов с ресторанами, открытыми верандами и даже загородными усадьбами, пробники тортов в нескольких коробках и даже пара десятков платьев.

Обстоятельная женщина нравится мне сразу. Пока охрана таскает всё добро из её фургона, мы знакомимся с Риммой, и она рассказывает мне, как можно сэкономить время нас обеих. Мы устраиваемся за столом с каталогами, и консультант задаёт мне серию вопросов, на которые я, поначалу, отвечаю односложно, но в скором времени начинаю раскрываться.

Всё проходит вполне безболезненно, но, когда со всем грузом Риммы покончено и он занимает всё небольшое пространство комнатушки, к нам присоединяется Элеонора, и я снова прячусь в своей скорлупе.

Помощница моего будущего супруга бесцеремонно роется в платьях и кривится.

— Совершенно не то, что нужно, — изрекает она. — Разве вы не получили моё сообщение? Вы ответили: «Окей», как по мне, это означает, что вы учтёте все пожелания клиента.

— Те варианты, которые вы выбрали для примерки абсолютно не подходят под тип внешности невесты, — возражает ей Римма. — Я опиралась на фото и ключевые моменты вашего описания.

— Это слишком простые платья! Для мероприятия такого уровня…

— Я надеюсь, вы шутите? Это всё — ручная работа. Эксклюзив. Вполне соответствуют последнему слову моды.

— И мне понравились несколько вариантов, — тихо вставляю я.

Не знаю, почему Элеонора игнорирует приказ Богдана, в том случае, конечно, если он сдержал слово, но эта неприятная особа садится рядом со мной и перетягивает к себе каталог.

Римма смотрит на меня, не понимая, как ей следует себя вести, и тут мне звонит сам Богдан.

— Ася! — рявкает он, но в то же мгновение его голос смягчается. — Куколка, к тебе приехал организатор свадьбы?

— Да, Богдан, мы как раз подбираем ресторан, — лепечу я в трубку.

— Пусть арендуют отель с приличным банкетным залом. Лучше за городом.

— Как пожелаешь.

— Если не присмотришь вариант получше, конечно, — тут же слышится оговорка. — Всё будет так, как хочешь ты.

То ли он себя пытается убедить, то ли меня, то ли просто учится считаться с моим мнением, но мне приятна эта своеобразная забота.

— Куколка, — его голос становится плоским и бесцветным, — скажи-ка, милая, а Элеонора поблизости?

— Да, Богдан, что-нибудь передать ей?

— Передай ей, пожалуйста, трубку, а то свою она, видимо, потеряла! — снова вспыхивает яростью мужчина.

Я протягиваю телефон его помощнице и говорю:

— Это вас. Богдан Давыдович.

Она едва заметно хмурится, но тут же навешивает на лицо улыбку, принимая у меня из рук пышущую гневом коробочку.

— Да, Богдан Давыдович, я вас слушаю.

— Курица! Идиотка! — кричит мой жених так громко, что я чётко различаю каждое его слово. — Нахрена тебе телефон, если до тебя невозможно дозвониться?! Совсем распоясались! Никакого порядка! Забыли, за что деньги получаете?

— Богдан, я…

— Я! Я! Я запрещаю тебе принимать участие в организации свадьбы! Усекла? — судя по взгляду, направленному на меня, вот так просто и без лишних объяснений Богдан уважил мою позицию и зажёг огонь лютой ненависти в своей подружке. Надеюсь, она меня не сожрёт ночью! — Я не слышу, Элеонора!

— Я всё поняла, Богдан Давыдович.

— Скрылась оттуда поживее, — распоряжается напоследок Богдан. — Асе телефон верни и впредь держи свою мобилу на видном месте. Усекла?

— Да, Богдан Давыдович.

Вся пунцовая, Элеонора поднимается со стула и протягивает мне телефон. Я не чувствую своего превосходства над этой женщиной. Поступок Богдана смущает меня.

— Это я, — тихо говорю ему.

— Ты довольна, куколка?

Довольна ли я? Я не чувствую удовлетворения. Но я не успеваю проанализировать свои ощущения.

— Богдан, — слышится с той стороны телефонного звонка капризный женский голос, — я уже заждалась тебя. Ты скоро закончишь утешать свой детский сад?

Детский сад? Это она обо мне? Значит, вот, что думает обо мне Богдан на самом деле?