Екатерина Дереча – Восемь артефактов для некромантки (страница 52)

– И ты здесь, старина? – хмыкнул Бэртли и подвинул пузатый чайник из тонкого фарфора. – А я-то думал, кого мне ждать нужно.

– Где Эйлис? – тут же спросил Нэйтон, падая на стул рядом с другом. – Она оставила записку…

– Кто ж её знает. Маркиза – очень деятельная натура, – растягивая слова, ответил мужчина и рассеянно улыбнулся. – Я многое повидал, Нэйт. Но чтобы благородная замужняя леди при свидетелях требовала сорвать с неё платье – такого ни разу не было.

– Что?! – некромант попытался вскочить, но запнулся о ножку стула и повалился обратно, расплескав чай. – Ты раздел мою жену?

– Ага! Ревнуешь, значит, – удовлетворённо кивнул мужчина и послал воздушную воронку, высушив небольшую лужицу. – Это у вас такая прелюдия? Один врёт в лицо, другая травит его, потом сбегает.

– Ты рассказал ей? – глухо спросил Олсандэйр, уронив лицо на ладони.

– Мне что жить надоело? Это ваши проблемы, сами и разбирайтесь, – Бэртли допил чай и отставил чашку в сторону. – Даже я не поверил в серьёзность твоих чувств – не удивительно, что Эйлис сбежала.

– А что я должен был сделать? – прохрипел некромант, прочистил горло и поднял на друга затравленный взгляд. – Задушить её во сне по приказу короля или сказать, что меня послали забрать артефакты из рук трупа?

– Я тебе ещё двенадцать лет назад говорил, что король под чьим-то влиянием, – покачал головой воздушник и встал из-за стола. – Она бы поняла, Нэйт.

– Ну конечно! Безголовая адептка, свернувшая шею в кургане, сразу бы поняла, – с жаром отозвался Нэйтон и скривил губы. – Или та статуя, которая явилась на экзамены, поняла бы? Ты не видел её тогда, Бэрт. Да она не моргнув глазом согласилась на брак, лишь бы добраться до родовых артефактов. Всё просчитала…

– И когда ты понял, что тебе дорога эта безголовая адептка, иногда превращающаяся в статую? – поинтересовался Бэртли, увернувшись от магического подзатыльника.

– Не знаю. Может, в тот момент, когда она держала у моего горла кинжал и стригла мою бороду? – признался некромант, невесело усмехнувшись. – А может, когда заговорила о возрождении серебряных магов. Заговорила о том, о чём я и помыслить не мог, опасаясь получить откат от клятвы.

– Она сняла печать? – посерьёзнел воздушник и прищурился, вглядываясь в ауру друга.

– Да… убив меня, – Нэйтон откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. – Как ты здесь оказался?

– Ты не поверишь! – мужчина в красках описал приключение, не забыв упомянуть, как прижимался к маркизе бывший жених в тесной клетке. – Потом твоя супруга отправилась беседовать с виконтами, а меня Тени перенесли в какой-то дом с наглухо замурованными окнами и дверьми. Там я просидел почти две недели, а сегодня утром появилась твоя супруга и привела сюда. Сказала не выходить из дома без сопровождения. Мол, дождись того, кто сможет проводить, и сбежала.

– Так она только сегодня исчезла? – Нэйтон подумал о записке и в сомнении уцепился за бороду, которая опять отросла. – Три дня с момента пробуждения… нет, уж, дорогая, больше я ждать не собираюсь.

Олсандэйр поднялся в спальню, бросил ещё один взгляд на артефакты и отправился приводить себя в порядок – жена не терпит неухоженности. Принимая ванну, мужчина думал о том, как резко переменилась его жизнь с появлением в ней Эйлис. Казалось бы – что такого некромант не видел за свою долгую жизнь, чтобы чему-то удивляться? Тридцать лет назад он потерял беременную жену и, видимо, сошёл с ума от отчаяния, раз дал клятву королю, пообещавшему содействие в поисках убийц.

Вместо этого его величество превратил дальнего родственника в своего палача: разобраться с мятежниками; раскрыть заговор в малом совете и сместить зарвавшегося казначея; вырезать несколько родов под корень только потому, что они узнали о тайнах монарха, – всё это Нэйтон делал поначалу с верой в правое дело, а после – с едва сдерживаемой яростью. Шпионил для короля в дружественных государствах, выявлял лазутчиков и предателей и под конец сам превратился в безжалостного убийцу. Именно король поспособствовал назначению Нэйтона на пост декана и позже настоял о переводе в Риэлию.

Мысли мужчины снова вернулись к Эйлис. После пропажи третьекурсницы-некромантки в пещерах Шайерских кладбищ, Олсандэйра отправили искать тело для захоронения. Он и не надеялся, что девчонка жива, но, увидев, что эта Риган в одиночку зачистила курган, обошла ловушки и не ушла за грань, решил помочь ей вернуться.

Да, несмотря на обязанность хранить в тайне знания серебряных магов, он использовал Истинное Воскрешение для незнакомой адептки. Но разве он мог поступить иначе? Уже тогда сила и старания, с которыми душа цеплялась за жизнь, восхитили его. Нэйтон, конечно, сглупил и не проверил, что за артефакты она нашла. Более того, он скрыл находку ото всех, даже от его величества.

Тем глупее он почувствовал себя, когда девчонка активировала артефакт рода Брэди и вполне неплохо справилась с откатом от проклятия. Олсандэйр изучал хроники и знал, что все предыдущие владельцы артефактов Рыцарей Смерти калечились или сходили с ума. А Риган пожала плечами и отправилась искать деньги на откуп от жениха. Ей и дела не было до проклятья – оно будто вообще не доставляло ей никаких проблем.

Вода в ванне давно остыла, а мужчина всё думал, перебирал в памяти моменты, в которых фигурировала супруга. Она ведь не просто так оставила артефакты здесь. Не могла Эйлис не продумать, что делать дальше. Наверняка просчитала все варианты и приняла то решение, которое соответствовало её представлениям о правильности. Она точно не стала бы идти в ловушку не подготовившись.

Маркиз растёр тело, смывая вместе с потом усталость, размял мышцы и вытерся. Две недели для Брэдли растянулась на месяцы для Нэйтона – борода отросла на несколько дюймов, да и волосы почти доходили до лопаток. Закончив с бритьём, мужчина оделся и заплёл волосы в тонкие косички. В Ноирине такие причёски носили боевые маги и наёмники, подчёркивая свой статус и показывая случайным незнакомцам, что с ними не стоит связываться. Спустился на первый этаж уже не декан и не преподаватель Академии, а будущий герцог и боевой некромант, в глазах которого плескалась Тьма.

– С возвращением, старина, – повернул голову Брэдли, развалившийся на диване в гостиной. – Тебя тут нежить искала.

Олсандэйр позвал питомцев жены, но ни призрак, ни львёнок не появились. Некромант прошёл через столовую на небольшую кухню: на плите стоял глиняный кувшин, заботливо обёрнутый полотенцем, – видимо, с укрепляющей настойкой, а в дверном проёме отсутствовала облицовка на уровне ярда от порога.

– Ревун?! – Нэйтон вышел во двор и замер, глядя на зомби, доходящего ростом до подбородка мужчины. – Это когда ты так отожраться успел?

– Хос-сяйка хорош-шая, кор-рмила Р-ревуна, – проурчал монстр и боднул некроманта в плечо, ластясь и напрашиваясь на ласку.

– Указания были? – спросил Олсандэйр, похлопав чудище по лбу и охнув от громкого мурлыканья, которое больше походило на рычание.

– Тренир-ровки на полигоне и отдых, – зомби сел на задние лапы и заглянул в глаза некроманта. – Ж-ждать хос-сяйку.

– Понятно. Зачем же она тогда в записке написала, что не вернётся? – задумчиво спросил Нэйтон.

– Чтобы не рас-слаблялс-ся, – Ревун смотрел на мужчину красными глазами и скалил зубы. – Пр-ровер-рка и шанс-с.

– Шанс?! – Нэйтон даже подпрыгнул, догадавшись, что означает послание. Он просил жену дать ему шанс. И она дала. Если сейчас он ошибётся и сделает что-то не так, она никогда не простит. – Ещё одна загадка: ждать Эйлис тут или действовать самому в её интересах? Сначала написала о портальной арке, затем о трёхдневном сроке. Я должен найти её до исхода третьего дня.

Мужчина вернулся в дом, пронёсся мимо разглядывающего потолок друга и распахнул дверь в кабинет жены. На столе из макассарского эбена лежала прошитая тетрадь в кожаном переплёте. Олсандэйр раскрыл дневник Эйлис и пробежал глазами по строчкам. Записи были сделаны не так давно: запах чернил ещё не выветрился.

Страница за страницей Нэйтон погружался в историю, которая казалась безумной и нереальной, но от того правдивой. И началась эта история, как ни странно, с любви. Несколько столетий назад дед нынешнего короля – Рэйнол Гайбарр полюбил некромантку. Илейна Анхайн приняла ухаживания и согласилась стать королевой, а её брат – Истэрд Анхайн – женился на маркизе Олсандэйр, породнив герцогов с королевским семейством. На страницах дневника Эйлис были нарисованы генеалогические древа двух родов, с которых началось то, что привело Риэлию к сегодняшнему дню.

Род Анхайн изначально владел одним из артефактов Рыцарей Смерти, к тому моменту давно утерянным, – когтём всевластия, дарующим небывалую магическую силу, но уменьшающим жизненную энергию. Илейна Гайбарр умерла от неизлечимой болезни, не дожив до семидесятилетия – при продолжительности жизни магов в полтора-два столетия это было очень мало. Рэйнол, горячо любящий жену, чуть было не ушёл вслед за ней за грань.

«Что самое ценное для человека?» – писала Эйлис на страницах дневника, и сама же отвечала на свой вопрос. – «Время. Бесценная роскошь, которой всегда мало. Ради того, чтобы продлить мгновения с любимым человеком, многие готовы заплатить чем угодно – хоть жизнью, хоть душой».