Екатерина Дереча – Прорицатель 5. Дочь рода (страница 7)

Сердце императора сковал самый настоящий ужас. Дыхание клокотало в лёгких, а в груди нарастал жар. Всего-то неопознанная зараза, а он так занервничал. Не дело это для правителя огромной Империи. Нужно подняться с ковра, нужно что-то сделать! Но сил на это у Александра IV не было.

Он жадно хватал воздух, не в состоянии надышаться. Внезапно в голове появилась мысль, что зараза может витать в этом воздухе, в этой комнате, в этом дворце. Вся столица может быть заражена! Бросившись в уборную, император сначала опустошил желудок самым варварским способом, а потом наполнил ванну.

Монарх впервые в жизни мылся самостоятельно без помощи слуг. Он тёр своё тело мочалками, наливал всё больше и больше густого мыла с древесным ароматом. Кожа давно покраснела, но Александр IV никак не мог остановиться.

Нужно уехать из столицы – понял он. Затаиться где-нибудь в глуши, куда зараза никогда не дойдёт. Форт-крепость на Дальнем Востоке, куда был сослан Роман с семьёй вполне, подойдёт.

Приняв решение, монарх наконец расслабился. Он не позволит панике завладеть его духом. Очередная порция мыла на мочалке разом подняла настроение. Нужно ещё чуть-чуть потереть – и всё наладится.

***

Реймо́ну было не обязательно представляться – я знала, кто он такой. Даже о том, что он один из Древних, я догадалась после слов Савицкого, когда тот узнал о Максимилиане. Отвечать на формальное представление я не стала.

– Валентин рассказал мне о сложившейся ситуации, – проговорил Реймо́н, не дождавшись от меня ответа. – Сейчас сложно спрогнозировать, кто из братьев встанет на нашу сторону. Мы потеряли связь много веков назад.

– Почему? – этот вопрос я уже задавала Грэйн, но хотелось послушать Реймо́на.

– Мы просто устали друг от друга, от этого мира и от собственного бессилия, – наконец на лице мужчины появилось живое выражение, хотя он продолжал говорить как политик. – Часть из нас решила отойти в сторону и попробовать прожить жизнь обычных одарённых. Мы же пытались не дать этому миру загнуться. Занимали посты у власти, контролировали правителей.

– Не очень-то хорошо это у вас получилось, – фыркнула я, скрестив руки на груди. – Хаос признали запрещённым, его адептов пытали и убивали на потеху публике. Войны родов и стран, классовое разделение и открывшиеся разломы. Где же он, этот ваш контроль?

– Мы не учли, что часть наших братьев и сестёр займут противоположную сторону, – Реймо́н разочарованно вздохнул. – Все эти перемены не произошли внезапно – они постепенно наращивали обороты, пока не стало слишком поздно.

– Вы хотя бы знаете, кто конкретно не на вашей стороне? – поинтересовалась я мрачно.

– Да, теперь знаем, – первый министр оглядел меня прищуренным взглядом. – Ты совершила невозможное: связала воедино всю силу, что мы отдали этому миру, и выжила. Каждый из нас почувствовал отголоски родной энергии. Вскоре все соберутся вместе.

– Мир открыт, как и врата, – проговорила я медленно. – Почему они ещё здесь?

– Хотя наши пути и разошлись, мы всегда завершали начатое дело – у всех нас есть свои обязательства, – мотнул головой Реймо́н. Многолетние планы, интриги и игры с правителями. Время ничего не значит для тех, кто живёт вечно.

– Что вы хотите от меня? – я выжидательно посмотрела на министра. Мой род только начал оправляться после его покровительства, и никакого доверия между нами быть не может.

– Для начала – извиниться, – неожиданно сказал он. – Я слишком активно вмешивался в вашу жизнь, давил на род и пытался оградить от возможных проблем. Поймите, Ярина, я действовал из лучших побуждений.

– Это из каких, например? – я скривилась и постучала пальцами по подлокотнику.

– Хаос в девочке появился в результате некоего ритуала, – Реймон протяжно вздохнул. – Кто-то из братьев решил поиграть в бога. Трансформация источника и подселение Высших Сил в детей всегда были под запретом – сила сама должна выбрать своих адептов.

– Жанна де Берри, – назвала я имя подруги. – Вы взяли её под крыло по этой же причине?

– Верно, – кивнул мужчина. – Для всех остальных мой интерес означал попытки найти потенциальных повелителей стихии, но я лишь хотел защитить детей, над магическим источником которых надругались в столь грубой форме.

– То есть это не вы пытались выведать секреты моего рода, заполучить нашу ронантовую жилу или убить невинных детей, отправив их в Ледяную Пустошь во время чемпионата в качестве наказания? – жёстко спросила я, поджав губы.

Отец лично следил за расследованием происшествия во время чемпионата, и всё указывало на французскую сторону. Могли ли они действовать так нагло за спиной первого министра? Очень сомневаюсь.

– Не думал, что вы так легко поверите в эти нелепые обвинения, – недовольно протянул Реймон.

– Знаете, я хоть и не из этого мира, но у меня есть любимые люди, – я встала с кресла и направила кинжал на первого министра. – Семья, друзья, питомцы. За любого из них я готова убить. Так назовите мне хотя бы одну причину, почему я должна оставить вам жизнь?

– Я на вашей стороне, Ярина, – Реймон скрестил руки на груди. – Вам понадобятся все силы, чтобы остановить Всевидящего. А его будут защищать некоторые из наших братьев и сестёр.

– Почему? – не удержалась я от вопроса. – Зачем им это?

– Инициация Всевидящего в последней фазе даёт колоссальный выброс энергии, – министр замолчал ненадолго, подбирая слова. – Ещё больше энергии можно получить во время уничтожения мира.

– Так, давайте уточним, – я погладила рукоять кинжала. – Древние покинули изначальный мир, получили возможность наполнять жизнью другие миры, преодолев некий порог силы. Затем оказались заперты в этом мире и потеряли всё. Теперь вы хотите вернуть утраченную силу за счёт уничтожения этого мира. Я всё верно поняла?

– В целом, да, – Реймон скривился, будто откусил лимон и попытался прожевать его. – Проблема в том, что мы потеряли кое-что ещё… нечто очень важное.

– Честь и благородство? – с сарказмом спросила я. – Увы, их не вернуть таким способом.

– Мы потеряли то, что верящие во Всевидящего называли ковчегом жизни, – первый министр выпрямился и выдвинул подбородок. – Мы же называли его вместилищем сущего. Это не совсем материальное воплощение жизни, но очень близко к тому.

– И как уничтожение мира поможет отыскать ваш ковчег? – мой голос сочился неверием.

– Никак, но мы сможем создать его заново из той энергии, что высвободится, – Реймон прикрыл глаза. – Да, это гадко и мерзко, но по-другому мы просто не сможем населить другие миры.

– А вы не думали остановиться? Вы сами выбрали цель, которой следуете. Или энергия высших сил дала вам такое задание? – я била словами наотмашь, вкладывая в них всю ярость, что копилась во мне последние годы. – Я знаю, кто вы. Знаю, откуда пришли и к чему стремитесь. Прекратите лгать самим себе. Древние не лучше людей, не выше богов, не сильнее самой энергии вселенной. Великие силы сами разберутся, когда и где быть новым мирам.

– Вы жестоки, Ярина, – первый министр раздул ноздри и дёрнул кадыком. – Но в ваших словах есть справедливость. В предстоящей битве со Всевидящим мы встанем на вашу сторону и попытаемся остановить наших братьев.

– Тогда вам лучше поспешить – инициация почти завершилась, – сказала я. – Всё случится до конца этой недели. Думаю, несколько дней у нас есть.

– Предлагаю нам с вами заключить союз… как вы смотрите на то, чтобы остановить войну между нашими странами? – Реймон примирительно поднял руки и растянул губы в улыбке.

– Что, и это тоже в моей власти? – я нервно рассмеялась. – С каких пор вы спрашиваете такие вещи у какой-то девицы без капли монаршей крови?

– Если вы заявите право на трон в качестве супруги наследника императора, мы поддержим вас, – сказал вдруг Реймон, а я подавилась смешком. – Связи, деньги, влияние. Всё это у нас имеется.

– Мне не нужен трон, – резко заявила я. – Но я знаю одного человека – более подходящего кандидата на роль правителя Империи. Прямая наследница угасшего рода Засекиных, сохранившая родовой камень.

– Вы можете гарантировать её согласие на правление? – деловым тоном уточнил первый министр.

– Не могу, – я качнула головой. – Но обещаю попытаться. Как только император обратится к остальным правителям с заявлением о легализации Хаоса, я займусь этим вопросом. Если наш мир к тому времени устоит, конечно же.

– Принято, – официально кивнул Реймон. – В таком случае мы начинаем кампанию по примирению государств.

Он немного помолчал, а потом проницательно посмотрел на меня.

– Ещё кое-что… Валентин сообщил о ситуации с императрицей… мы можем помочь друг другу, – он разгладил пальцами усики и подмигнул мне. – В посольстве Французского Королевства слишком много продажных личностей, а их шпионы давно переступили грань человечности. Распространение «болезни» среди разных слоёв общества в столице сыграет на руку вам и поможет мне избавиться от чудовищ в людском обличье. Если у вас осталась хотя бы капля эликсира или зелья…

Я задумалась. С одной стороны, «заболевание» должно всплыть где-то в столице, а так мне не придётся решать этот вопрос самостоятельно. С другой – я не хотела брать на себя ответственность за чужие жизни.

Заметив мою нерешительность, Реймон расстегнул пиджак и развёл руки в стороны.