Екатерина Дереча – Дочь рода. Книга 4 (страница 33)

Когда целители наконец оставили меня в покое, я поняла, что окрепла достаточно – и тело, и энергетические каналы восстановились полностью. Проверив, как отзывается магия, я просто сбросила стазис. По ощущениям – будто избавилась от тугих верёвок, которыми меня обмотали с головы до ног. По энергоканалам заструилась магия, и я отправила несколько импульсов, чтобы разогнать кровоток.

Наконец приподняв голову, я огляделась. Палата была роскошной: на стенах вместо привычного кафеля красовалась сложная мозаика, плитка на полу сверкала позолотой в свете огромной люстры с витиеватыми узорами.

Рядом с низким резным столиком стояло два кресла с кожаной обивкой, вдоль одной стены стояли рядами букеты цветов. Да тут целая оранжерея – одних только роз я насчитала около десятка сортов.

Зов показал мне приближающегося человека, и я приняла неподвижную позу. В палату кто-то зашёл, ступая почти неслышно, – судя по отклику, это Николай, ведь Миша в поместье, а папа до сих пор не пришёл в себя.

– Знаешь, я возненавидел тебя в тот миг, как услышал, что ты не моя сестра, – сказал Коля. – Кем бы ты ни была, ты заняла место моей сестры. Спала в её кровати, носила её вещи, притворялась ею.

Я замерла, стараясь дышать ровно. Николай ни за что не признался бы мне в лицо о своих чувствах. Только находясь «в стазисе» я смогу услышать, о чём он на самом деле думает.

– Ты обнимала меня, как она, отзывалась на детское прозвище и отвечала на наши с сестрой шутки. Я носил тебя на руках, грел твои замёрзшие ладошки и дул на ранки, – он замолчал на мгновение. – Было больно услышать тебя тогда… услышать, что ты не Ярина. Самое паршивое – ты была права во всём. Ты не лгала, когда говорила, что любишь нас, что заботишься, делаешь всё…

Коля сбился на полуслове, сел на кровать и склонился надо мной, вглядываясь в мои черты. Я чувствовала его дыхание на моём лице, слышала биение сердца.

– И ты не раздумывая жертвовала собой ради нас, – просипел он. – Почему? Почему тебе не плевать?! Мы никто тебе… совершенно чужие люди, а ты спасаешь меня, Мишу и папу, – он вздохнул – громко, протяжно. – Я не знаю, кем ты была, но ты моя сестра. Не Ярина – другая, но сестра. Я привыкну к этому… если сможешь простить и остаться.

И вот тут я не сдержалась, открыла глаза и дёрнулась. Накрахмаленное бельё подо мной заскрипело. Коля вздрогнул, и наши взгляды встретились.

– А волшебное слово? – нервно выпалила я.

– Какое? – нахмурился Николай, а затем поджал губы. – Прости… э-эм… а как тебя называть?

– Меня зовут Яара́ну, для близких – Яара или просто Яра, – сказала я, усмехнувшись. Лицо у братика вытянулось от удивления.

– Это шутка такая? – спросил он, прищуриваясь.

– Нет, никаких шуток, – серьёзно ответила я без тени улыбки. – Яара́ну Войту́ра – дочь последнего правителя Закатного Древа и последний генерал объединённой армии выживших. Неотвратимая, Неумолимая, Беспощадная – так прозвали меня люди.

– Как ты попала в тело моей сестры? – спросил он, сглотнув и отодвинувшись от меня.

– Я умерла вместе со своим миром, а Ольга Войтова притянула мою душу, пытаясь спасти дочь, – я села на кровати и с удовольствием спустила ноги на пол. – У меня есть несколько догадок, откуда она взяла описание ритуала, но это пока только догадки.

– Что ты делаешь? – недоумённо спросил Коля, когда я шагнула к угловому шкафу.

– Хочу сменить больничную сорочку на что-то более подходящее для графини Войтовой, которая вдруг пришла в себя, – пояснила я и начала перебирать комплекты с одеждой, которую отправляла на арендованный склад. – Если что, это ты меня из стазиса вывел, так как почувствовал каким-то родовым чутьём, что я восстановилась.

Коля не ответил, а я вынула из шкафа пару костюмов, задумчиво покрутила их в разные стороны и повесила обратно.

– Где мои доспехи? – спросила я у брата, обернувшись. Он старательно делал вид, будто не смотрит на меня.

– Ты собралась разгуливать по дворцу в доспехах? – Николай скривился. – Это неприлично.

– Я не гостья его величества, а раненый в бою воин, – пожала я плечами. – Не хочу снова надевать эти модные костюмы и вечерние платья.

– А придётся, – притворно вздохнул брат, озорно подмигнув мне. – Я слышал краем уха, что Войтовым пожалуют княжеский титул, а одну неугомонную особу наградят орденом за «спасение выживших в форпосте».

– Почему меня, а не тебя? – нахмурилась я.

– Потому что ты у нас Избранница Древних, твоё имя на устах у каждого, – Коля хмыкнул. – Не удивлюсь, если тебе присвоят звание Героя Империи.

– Бред какой-то… – пробормотала я, зависнув рядом со шкафом, так и не определившись с выбором одежды.

– Наш император очень мудрый человек, – с нажимом сказал Николай. – Ты открыла Святилище, сражалась с тварями, закрыла разлом на школьном полигоне. Если он не одарит тебя почестями, народ будет негодовать.

– Мне нужны доспехи, – твёрдо проговорила я. – Раз уж меня будут одаривать почестями за боевые заслуги, я не напялю на себя легкомысленное платьице, так и знай!

Препираться со мной Коля не стал, закатил глаза и пообещал, что доспехи доставят в ближайшее время. Пришлось напомнить ему, что помимо них у меня была парочка артефактов и оружие. Особенно сильно я хотела бы вернуть артефакт переноса, на что мой брат почти обиделся.

Уверена, что Николай пытался активировать его, но Триса настроила артефакт на меня и мою ауру, так что братику в любом случае не удалось бы им воспользоваться. Скрипнув зубами, Коля кивнул и вышел из палаты.

Спустя некоторое время зов жизни показал движение в коридоре. На мгновение я задумалась – не стоит ли мне продолжить изображать стазис, но возвращаться в кровать не хотелось. Належалась уже, хватит. Я села в уютное креслице и приняла достойную позу для встречи гостей. Через пару минут до меня донеслись голоса. Это точно не охранники и не целители.

– Волосы перекрасить, гардероб заменить, – жёсткий женский голос раздавал команды, пока я спокойно сидела в кресле. – Возьмите мерки с той одежды, что прислали родственники. Она должна выглядеть так, чтобы каждому было ясно – это будущая принцесса.

Да это же стилист, причём не простой, а придворный! Читала я про неё – Азалия Черепанова, та ещё фурия. Каким бы замечательным специалистом в индустрии моды и красоты ни была эта женщина, я не собираюсь покорно терпеть её авторитарные замашки.

– Но она же всё равно лежит… – возразили ей робко. – Хотя бы маникюр и педикюр можно не делать?

– Ты работаешь с аристократами из древних родов, Лена, – злобно процедила моя будущая мучительница. – И привести в порядок означает сделать всё по высшему разряду. Даже если она умрёт в процессе, ты будешь пилить ей ногти, поняла?!

– Да, госпожа, простите, – виноватый голос приблизился, как и цокот каблуков по блестящей позолоченной плитке.

Дверь распахнулась, и в палату ворвалась стайка девиц, замерших с открытыми ртами.

– А-а-а! – завизжала одна из них, когда я демонстративно поправила завязку больничной сорочки на плече.

– Ох, – шумно выдохнула другая.

– Добрый день, чем могу помочь? – вежливо спросила я, растянув губы в улыбке.

– А-э… добрый день, меня зовут Азалия Черепанова, я придворный стилист его величества. Меня пригласили, чтобы привести вас в порядок, – быстро сориентировалась женщина в брючном костюме из модного в этом сезоне велюра. – Я уже продумала образ: Нежно-розовый шёлк, рюши и двойной подол и непременно розы в волосах.

Кажется, Азалия считает, что я соглашусь на все её задумки и терпеливо наряжусь в нежно-розовое платье с оборками.

– Только представьте, как красиво будут лежать на плечах ваши кудри оттенка розовый перламутр, – вдохновенно продолжила она, а я глянула на свои зелёные волосы, которые успели потускнеть. – Естественный макияж и лёгкий тон на скулах подчеркнут белизну фарфоровой кожи…

– Хватит, – осадила я её и встала с кресла.

Помощницы стилиста вжались в стену и посмотрели на меня с ужасом, чего их начальница даже не заметила. Я повела плечами, выпрямила спину и глянула на Азалию недобрым взглядом.

– Никаких платьев не будет, – я кивнула замершим поодаль девушкам, которые продолжали на меня таращиться. – Маникюр, педикюр и окрашивание. Можно сделать маску для рук, не более того. И поспешите, времени у вас не так много.

Азалия кивнула, поджав губы, и принялась раздавать приказы своим помощницам. Вскоре я уже полулежала в специальном кресле, пока вокруг меня порхали услужливые мастера красоты. Раздумывать над цветом волос я не стала, просто обновила его.

Примерно через час-полтора зов жизни показал спешащих к палате людей. Очевидно, Коленька решил сообщить целителям, что вывел меня из стазиса, вместо того чтобы вернуть мои доспехи. Пришлось всё же переодеться – представать перед таким количеством народа в одной сорочке я не собиралась. Одно дело, когда я лежала в стазисе, но сейчас я вполне в сознании.

Мы как раз заканчивали, так что вошедшей толпе я предстала отдохнувшей и посвежевшей. Маски и притирки освежили кожу на лице, высокая причёска и неброский макияж сделали из меня цветущую девушку семнадцати лет. Ни следа былых сражений, если не считать шрамы под струящимся брючным костюмом светло-лилового цвета.

– Ваше сиятельство? – заикаясь спросил Демид Филиппов. Он обошёл вокруг меня, сканируя мои внутренности. – Но как?