Екатерина Дереча – Дочь рода. Книга 4 (страница 32)

Гибель первого наследника подкосила уверенность Александра в себе и своих силах. Император понял, что донос от подпольной организации был нужен только для того, чтобы выманить первого наследника из дворца, который охранялся лучшими боевыми магами. И он сам отправил своего сына на смерть, желая защитить его. Пусть Роман создал подставную преступную Коалицию, он всё равно был его сыном.

Савицкий знал всё об этой Коалиции – не зря же он занимал пост главы Тайной Канцелярии. Роман Александрович очень грамотно всё организовал. Поставщики разломных материалов, посредники и перепродажа в другие страны, изготовление оружия и брони, – цесаревич выстроил все цепочки, и всё работало даже без его прямого вмешательства.

Официальная версия про участие французских диверсантов была пустышкой для народа. Савицкий уже выяснил, что в гибели Романа виноват не кто иной, как сам Левин – главнокомандующий армией. Степан Рысев, глава ведомства внутренней разведки, погиб вместе с Романом и его семьёй, не выполнив задание. Но сейчас Левин мёртв, и убили его люди, связанные с Яриной.

Савицкий знал, что как только целитель уйдёт, Александр IV начнёт задавать вопросы. На некоторые из них канцлер ответить не сможет, но и молчать нельзя.

– Стазис, брошенный главой рода Войтовых, спас девочке жизнь, – подвёл итог Филиппов, оторвав глаза от статистик и диаграмм. – Иначе Ярина умерла бы от сердечного приступа, последовавшего за временным отключением источника и перегрузки энергоканалов.

Он несколько раз моргнул, собираясь с мыслями, а потом расплылся в льстивой улыбке.

– Судя по показателям, девочка достигнет уровня вне категорий в ближайшие пару лет, – сказал он. – Очень перспективная и из хорошего рода. Вы сделали правильный выбор, ваше величество.

– Я не спрашивал твоего мнения, – холодно ответил император. – Когда можно будет снять стазис?

– Через несколько дней, когда риск станет минимальным, – Демид низко поклонился и вылетел из кабинета, едва император махнул рукой.

– Что в этой девочке такого особенного? – спросил монарх у Савицкого, нахмурившись. – Дочь провинциального рода, который вёл затворническую жизнь последние годы, пацифистка и в то же время воительница с иномирными тварями.

Он склонил голову к плечу и прищурился, явно раздумывая применить силу Порядка к канцлеру.

– Она набирает популярность, а популярность – это влияние, – император говорил тихо, но его интонации… Савицкий едва сдержался и не ударил магией чисто превентивно. – Почему ты назначил её своей помощницей? Что увидел в ней?

– То же, что и вы, ваше величество, – канцлер склонил голову и улыбнулся. – Перспективная девочка из сильного рода, входящего в золотую сотню. Я заметил её во время вторжения тварей на земли Войтовых. Наблюдал, оценивал. Девочку стоит привязать к столице.

– Хорошо, – кивнул Александр IV, а потом протянул Савицкому планшет. – Прочитай.

Канцлер глянул на экран, а потом поднял взгляд на императора.

– Это точно? – спросил он.

– Да, подтверждение сейчас в усыпальнице Левиных, целители подтвердили личность и причину смерти, – император смотрел на Савицкого с полуулыбкой, которая могла значить только одно – он понял, что Савицкий уже знает о гибели главнокомандующего. – Две подпольные организации действовали сообща. Они утверждают, что хотят служить Империи.

– Но их условия… слишком расплывчатые, – выразил сомнение канцлер, моргнув.

– Им нужен представитель из знати, чтобы гарантировать безопасность парламентёров на переговорах, – кивнул монарх. – Я хотел предложить тебя, но их интересует другая кандидатура.

– Только не говорите, что это Ярина! – воскликнул Савицкий нервно.

– Мне интересно, почему в первую очередь ты подумал на неё, – голос императора стал вязким и тяжёлым, обволакивая канцлера. Он всё-таки применил силу.

– Потому что именно эту девочку народ окрестил Избранницей Древних, – канцлер изобразил послушание и смирение, хотя внутри у него всё кипело от гнева. – Это самый очевидный вариант. К тому же она аристократка.

– Я хочу дать им проверочное задание, – задумчиво проговорил Александр IV, убрав давление Порядка. – Устранить Казимира Гурова, например.

– Могу я узнать причины? – канцлер незаметно выдохнул. Долгое противостояние адепту Порядка пятого уровня было невозможно – у защитного артефакта просто не хватило бы ёмкости.

– Твоя правая рука и наставник Богдана, Еремей Куприянов, – личина Гурова, – монарх полюбовался вытянувшимся лицом канцера и усмехнулся. – Он был замешан в организации поддельной Коалиции. Даже если сам Гуров не участвовал в убийстве моего сына, он не мог не знать о планах Левина. А это уже государственная измена.

– Но Левин и Гуров приносили клятвы, – только сейчас сообразил «вспомнить» о такой маленькой детали канцлер.

– Поэтому я хочу, чтобы эти две секты допросили Гурова и узнали, как он мог обойти присягу, – монарх откинулся на спинку кресла и сложил пальцы домиком на столешнице. – Твоя задача – убедиться, что эта информация не уйдёт дальше. Ты должен присутствовать при допросе.

– Как прикажете, ваше величество, – Савицкий поклонился и с тоской посмотрел на двери. Ему нестерпимо хотелось покинуть кабинет и посоветоваться со своим помощником.

– Пригласи к Ярине придворного стилиста, пусть приведёт девочку в порядок, – распорядился Александр IV и махнул на выход.

Савицкий снова поклонился – но уже ниже и уважительнее – и неспеша двинулся к своему кабинету. Административное крыло дворца насчитывало десятки таких кабинетов для всех ведомств и служб. Здесь располагались архивы, в том числе засекреченные, государственный реестр учёта благородных родов и их магических рангов; даже служба записи актов гражданского состояния имела в этом крыле отдельное помещение.

По походке главы Тайной Канцелярии никто не смог бы сказать, что тот торопился. Неспешный шаг, улыбки и приветственные кивки, приклеенная формальная улыбка, – всё в нём было таким же, как обычно. Кроме одного: всё нутро Савицкого дрожало от предвкушения.

Он зашёл в кабинет, отослал секретаря и позвал помощника к себе. Зиновий Гречихин стал незаменимым. В будуарах ходили неприличные слухи полушёпотом, но канцлеру и его помощнику не было до них дела.

– Ну что? – спросил Зиновий, устроившись в кресле напротив Савицкого.

– У неё получилось, – коротко ответил Савицкий, развязывая галстук и расстёгивая верхние пуговицы рубашки. – Она смогла соединить утраченные накопители и выжить после этого.

– Думаешь, она именно та, кто нам нужен? – с сомнением протянул Гречихин.

– Да свершилось сие, да исполнилось. Клятва дана и принята во всех мирах, – слова Древних прозвучали естественно, словно Валентин Савицкий говорил на этом языке всю свою жизнь. – Надеюсь, она готова к последствиям.

Глава 17

В палате было тихо, лишь изредка пищала система записи состояния больного, в данном случае – меня. Всё то время, что меня перевозили в столицу, обследовали и изучали, собрав консилиум из лучших целителей Империи, я провела в стазисе. Он должен был отключить меня полностью, но этого так и не произошло.

Я не могла двигаться, но всё слышала: вердикты лекарей, переговоры Савицкого с важными людьми, шепотки помощников целителей, которым впервые довелось увидеть редчайшие феномены.

Не удивительно, что целители были в полном недоумении от моих энергетических каналов – я расширяла их дважды, когда прогоняла Хаос и пыталась выжить. Если бы они знали, сколько энергии прошло через них, они были бы в шоке.

После трансформации источника я ни разу не проверяла его возможности в полной мере. Тренировки с Трисой на грани истощения были лишь каплей по сравнению с энергией десятка накопителей. Так что стазис, который на меня бросил Николай, буквально спас мне жизнь. Источник выдержал и даже хорошо прокачался за счёт преобразования энергии, а вот тело могло не выдержать.

Пока я неподвижно лежала в палате, в моей голове шёл почти непрерывный диалог с питомцами. Дирхтан со своей стаей зачистил всю горную гряду от сбежавших тварей и просил разрешения уйти дальше на север. Охотиться им было больше не на кого, а питаться чем-то надо. Дирх очень хотел быть ближе ко мне, но я теперь редко оставалась в одном месте надолго, так что с моей стороны было бы нечестно держать его.

Ахашши тем временем жаловался, что Николай забыл его в форпосте и моему хамелеону пришлось своим ходом возвращаться в поместье Войтовых. Матвей, конечно же, пожалел «животинку» и окружил его заботой.

Хаш делился новостями из дома, а я грустила. Михаил с женой нашли общее занятие – они постоянно торчали на полигоне и зале для тренировок. Юля даже уговорила Мишу сходить «по разломам» вдвоём. Она окончательно оправилась после плена и снова стала боевой девушкой, о которой рассказывал Алексей.

Затем из разговоров брата с женой мой питомец узнал, что военная кампания началась. Алексея отправили во Французское Королевство, а Николай сейчас в столице с Софьей. На войну от нашего рода хотели призвать Мишу, но Коля вызвался заменить его. Аристократы не поняли стремления главы рода воевать за брата, но я знала – он хочет сохранить тайну Михаила. Слишком опасно иметь в роду сразу двоих повелителей стихии.

Болтовня с Хашем отвлекала от мыслей, что меня изучали, словно я подопытное животное. Нет, границ никто не нарушал – всё же я аристократка, а не девочка с улицы, но это раздражало.