Екатерина Дереча – Дочь рода. Книга 4 (страница 14)

Яара́ну скреблась изнутри, срывая заплатки и печати, обнажая чёрное клеймо убийцы, затянувшее душу очень много лет назад.

Энергии стихий потухли разом. Отключился даже внутренний доспех. Меч перестал светиться и потускнел, став таким же чёрным, как моя проклятая душа.

Может быть, нента́ке и служители Владыки правы и во мне есть что-то от Незримого ублюдка. Просто оно сидело так глубоко, что я этого не осознавала.

Даже сквозь сомкнутые веки я видела яркий белоснежный свет, заливающий всё вокруг меня своим сиянием.

Я знала, что в форпосте наследник императора, который почувствует Хаос. Знала, что барон Смирнов воочию увидит запрещённую силу. Волновало ли это меня? Ни капли.

Я раскинула руки, и из моих ладоней хлынули потоки Хаоса, испепеляя увров. Хаос пожирал материальные тела тварей, впитывая энергию адепта Порядка, призвавшего их. Путь передо мной освободился в считанные секунды.

Встретившись взглядом с менталистом, я улыбнулась. Той самой улыбкой, которая появлялась на губах Яара́ну перед тем, как сгорали вражеские армии и орды тварей.

Капюшон слетел с адепта Порядка, а я не удивилась, узнав в нём Семёна Аристова. Ещё тогда в тоннелях он звал Свиридову, просил её вытащить его, потому что они были связаны, служили одному человеку.

Коля обмолвился однажды, что его друг решил качать Материю и перестал использовать магический дар. Теперь стало понятно, почему. Как только Порядок напитывает источник, магия становится недоступна.

– Ты не посмеешь! – прошептал он, глядя, как я медленно приближаюсь. – Тебя казнят на площади! Ты управляешь Хаосом!

Его голос перешёл на визг, но я продолжала смотреть на него с улыбкой на губах. Мне не обязательно было стоять рядом с ним, но я хотела. Хотела видеть страх на его лице, ужас в глазах и дрожь тела.

Я развела руки, моя улыбка стала шире, а Семён Аристов упал на колени.

Я свела руки вместе и выпустила Хаос.

Столько Хаоса, что от выброса затряслась земля. Взрыв такой мощи точно заметят в форпосте, но меня это уже не волновало. Оставшиеся увры исчезли вместе со смертью Семёна, я погасила Хаос, развернулась и побежала к отряду.

Мне не хотелось верить, что отца больше нет. Я гнала от себя эту мысль, но зов жизни не мог обмануть меня, у отца не может быть амулета Незримого.

– Яра! Ярина! – прокричал Коля, заметив моё приближение. – Скорее сюда! Помоги ему!

– Как? – я упала на колени рядом с папой. Очевидно, что он мёртв – с разорванной грудью не живут. – Слишком поздно, Коля…

– Нет, посмотри же! – он зажёг светляк и подсветил грудную клетку отцу. – Видишь?

Края раны были похожи на срез камня, но это уже ничего не значит.

– Он не владеет стихийной трансформацией, Коля, – я покачала головой и положила ладонь рядом с раной. Тело папы было словно выточено из гранита. Но как такое возможно? – Коля?

– Он проходит через… это… – брат заикался и пытался подобрать слова. – Дай ему свою настойку. Ту самую.

– Но у меня нет… – я удивлённо посмотрела на Константина Смирнова, протягивающего мне флакончик с энергетиком. Я потянулась к склянке, буквально выхватив её из рук барона.

Корень бениты стоило истолочь, потом отмерить нужную дозировку, чтобы не убить отца. Но он уже был мёртв, и энергетический коктейль его не спасёт. Впрочем, и передозировка бениты его уже не сможет убить.

Я поскребла кинжалом корень бениты над сложенными ладонями Коли, потом взяла щепотку порошка и сыпанула в энергетик. Вздохнув, я измельчила остатки и высыпала всё, что есть.

Вместе с Колей мы вливали в рот папы энергетик, а вокруг нас стояла мёртвая тишина. Гвардейцы, кажется, даже перестали дышать. Со стороны форпоста доносились трубные звуки сирены, но они казались такими далёкими и бессмысленными.

– Не трансформация, – шёпотом сказал Коля, вцепившись в меня. – Не трансформация, Яра. Он достиг пика на пределе сил. И он не умрёт…

– Ты ошибаешься, братик, мы не успели, – я обняла его и шмыгнула носом.

Меня начало трясти. Адреналин испарился, оставив ощущение опустошения. Столько жертв – и ради чего? Зачем Аристовым убивать Наумовых и Войтовых? Зачем они делают это?

– К нам приближаются военные, – тихо сказал Константин Смирнов. – Думаю, самое время согласовать произошедшее.

– И что же произошло? – спросила я, выбравшись из объятий Николая.

– Мы все видели, как… – он замешкался, а потом посмотрел, как одна за другой истаивают тушки тварей. – Кто управлял тварями, ваше сиятельство?

– Семён Аристов.

– Так вот, – продолжил он. – Мы все видели, как Семён Аристов призвал запрещённую Силу. Он был адептом Хаоса и направил его против нас. Андрей Войтов спас нас всех ценой собственной жизни… – он снова запнулся. – Он ведь убил Аристова, не так ли?

– Так, – глухо сказала я.

– Андрей Войтов – наш герой. Сначала он расправился с наёмниками графа Аристова, вызволил пленённых Наумовых, а потом сумел одолеть адепта Хаоса, – барон оглядел всех нас. – Мы все это видели и подтвердим перед наследником.

– Они попросят клятву или проведут ментальное сканирование, – проговорил Коля, не отрывая взгляда от тела отца. – Никто не поверит на слово, когда дело касается адептов Хаоса.

Я посмотрела в глаза барону и выгнула бровь. Мне не верилось, что он вот так запросто откажется от возможности сдать меня властям и выйти в дамки.

– Я хотел подать заявку на вступление в клан князю Чебукову, – Смирнов резко выдохнул, будто собрался нырять в ледяную воду. – В моём сыне проявилась запрещённая Сила. Ему всего девять, и он…

Мне было достаточно. Я вытянула руку, заставив барона замолчать, а потом протянула ему амулет Коа. Надо же, как быстро он пригодился. Насколько я поняла, этот кулон не только скрывает от поиска, но и защищает от всего, что связано с Порядком. В том числе от клятв и ментального вмешательства.

На Колю я нацепила браслет нента́ке. Сама я осталась без защиты, но мне не нужны костыли в виде амулетов, браслетов и прочего, ведь Хаос внутри меня. Гвардейцев допрашивать не станут – они под клятвой подчинения Главам рода, а вот с нас, благородных, будет особый спрос.

– Добро пожаловать в клан, Константин Смирнов, – кивнула я барону. – Вашему сыну мы непременно поможем освоить любые Силы и научим, как скрыть их от окружающих.

– Что-то происходит, смотри! Яра! – Коля дёрнул меня за руку.

Грудная клетка папы начала срастаться с гулким звуком крошащегося камня. Кажется, в роду Войтовых появится ещё один повелитель стихий. Твою ж лилию!

Глава 8

Я стояла перед его высочеством, опустив взгляд на носки сапог. Выглядеть покорной и напуганной я не пыталась, но по-другому никак не скрыть ненависть и ярость во взгляде.

После выброса Хаоса на бывшие земли Макаровых почти мгновенно прибыла служба быстрого реагирования вместе с половиной штата столичной службы безопасности. Ну а к месту нашего сражения с уврами выдвинулись все, кто находился в форпосте: солдаты, князья, княжичи и княжны, графы и их наследники.

Таким составом мы могли зачистить все земли за сутки, если бы объединились. Но нет, нас делили на отряды и посылали в единичные точки, а потом сменяли. Такая мощь, такая сила, – и всё это раздроблено, разбросано по Империи.

Допросы начались сразу же, на каждом из них лично присутствовал третий наследник императора. Нас опрашивали по одиночке, путали и просили повторять наши слова снова и снова. Константин, Николай и я клялись в одном и том же – Аристов был адептом Хаоса.

Этот ответ очень не нравился Богдану. Ещё больше он не нравился Казимиру Гурову, но тот лишь скрипел зубами. Он прекрасно знал, что Семён был адептом Порядка, но доказать это не мог.

Без личины барона Куприянова он ничего не противопоставит нашим «искренним» словам. Да и с личиной он всё равно не стал бы так подставляться. Попробуй объясни, откуда информация, да ещё и на каверзные вопросы ответь.

Канцлер довольно потирал руки и косился на Гурова. Савицкий тоже чувствовал, что мы что-то не договариваем, но не мог понять, что именно. И только чтобы насолить Гурову он принял нашу сторону, сразу же безоговорочно «поверив» в нашу версию событий.

Ближе к утру безопасники оставили нас в покое. Но наверняка допросы ещё не закончились. Меня, Колю и Константина Смирнова развели по разным палаткам, наскоро сооружённым магами земли, и принесли нам сухпайки.

Я жевала вяленое мясо, запивая его водой из фляжки, и думала об Африканской Коалиции, о папе, который до сих пор «не ожил», и о том, каким безумным взглядом встретил наш отряд Тарас. Его лицо было бледным до синевы, а губы сжаты в тонкую полоску.

Кажется, он был готов объявить войну всей Империи и лично уничтожить всех, кто находился рядом. Это не было похоже на простое стремление защитить адепта Хаоса. Таким взглядом смотрел Тано́уш на армию дяди, присланную за моей головой.

И, кажется, всё ещё больше запуталось. Я легко могла просчитать Кир-Ахшара, даже стремления Максимилиана я могла понять, а этих двух мужчин я опасалась гораздо сильнее, чем прочих. Но Тарас… его я никак не могла разгадать. Я не понимала, чего он добивается.

– Ярина, – тихонько позвал меня кто-то. – Ты как там?

– Эм… нормально, – ответила я, не понимая, кто стоит за стеной.

– Это я, Митя, – донеслось до меня. – Только приехал и узнал новости.