Екатерина Чёткина – Превратности любви (страница 8)

– Даже страшно представить, о чём ты сейчас думаешь, – хмыкнул Максим. – Я не стану говорить банальные фразы, типа мы с ней давно чужие люди. Наоборот, за двадцать пять лет брака, мы с Людой стали слишком родными. Мы поженились в девятнадцать, бедные студенты, жили у её родителей, я почти сразу халтурить на стройках начал, потом Ванька появился. Друзья по клубам шатались, а я ночами с сыном по комнате скакал, беспокойный он был… Знаешь, самому странно, что я сейчас это тебе рассказываю. Не такой я человек, чтобы душу перед первой встречной выворачивать, но что-то в тебе есть такое… располагающее.

Я не знала, как относиться к происходящему: «Всё у меня не как у нормальных девушек. Любимый видит во мне только друга, теперь вот ещё случайный кавалер на исповедь записался. Научилась, называется, флиртовать. Представляю, как Ленка хохотать будет». Мы тем временем подошли к городской набережной, где огромная ива склонялись к воде, закрывая от любопытных взглядов скамейку.

– Давай присядем, – предложил Максим.

Послушно уселась и подумала: «Уютно тут, хорошее место для свиданий… Ну или чтобы спокойно поговорить. Надо было мне не на переводчика учится, а на психолога или на писателя. Интересно, а на них, вообще, учат?».

– Как только я устроился на работу после института, так сразу сняли квартиру и свалили от её родителей. Нет, не подумай, они отличные люди, да только даже с самыми распрекрасными жить вместе невозможно, свободы хочется. Пусть мы иногда питались одними макаронами, да кашами, но были счастливы. Помню, как на рынке всякой полезной мелочовки накупили по десять рублей. Удивительно, однако кое-что до сих пор служит, а сейчас дорогое купишь и разваливается… Кстати, а ты одна живёшь?

– Нет, с родителями.

– Зря. Сними квартиру, насладись одиночеством, а то потом выйдешь замуж и будешь жалеть.

«Мне бы сначала выйти, – хмуро подумала я. – Вот не ценит человек своего счастья, всё на чужое заглядывается. Вот Максим всё о свободе мечтает, а не осознаёт, что многие бы ему позавидовали. Свой бизнес, жена, сын, с сестрой хорошие отношения, раз с племянником возится. Или это хорошая отмазка, чтобы улизнуть из дома?».

– Знаешь, мне иногда кажется, что я пытаюсь сейчас компенсировать то, что недополучил в юности. Перед браком я в клубе то один раз был, на дне первокурсника, там с Людкой и познакомился. С девчонками тоже особо не встречался.

– А вы не думаете, что ваша жена тоже сейчас захочет удариться во все тяжкие? – спросила я из женской солидарности.

Максим посмотрел на меня как на дуру.

– Она у меня домоседка, а как в прошлом году в свой дом переехали, так, вообще, вся в обустройстве и в грядках.

– И что вы ей говорите, когда уезжаете? – полюбопытствовала я, решив запомнить отмазку и никогда на неё не везтись.

– Ничего. Она понимает, что у меня в городе дела, опять же сестре помогаю. От неё муж ушёл, козлина. Никогда мне этот хлыщ не нравился, весь такой интеллигентный, правильный, а съездил один в Тайланд и поплыл.

«Похоже, изменяй, но жену не бросай – его девиз, – резюмировала я, искренне жалея незнакомую Людмилу. – Догадывается ли она? Как же жутко после стольких лет брака узнать, что ты для мужа превратилась в нечто родное, привычное, но уже не любимое. Видеть в глазах равнодушие, а не восхищение… По-моему, муж его сестры поступил честнее, у той хоть появился шанс обрести настоящую любовь».

– Слушай, пойдём в ресторан, от всех этих откровений, я изрядно проголодался, там хоть посидим по-человечески, выпьем за знакомство. Глядишь, ты там расслабишься и на «ты» перейдёшь, – сказал Максим, поднимаясь со скамейки.

«Самоуверенный тип, не тени сомнений, что я последую за ним, – хмыкнула про себя. – С другой стороны, есть и правда хочется. Компенсирую вкусностями бесполезно потраченное время… Только лучше заплачу за себя сама, мало ли что. Как бабушка говорила, кто за девушку платит, тот её и танцует… Жаль, что бабушки нет больше с нами. Сначала сердце у дедушки остановилось, а через год и она за ним ушла. Лебединая верность у меня в крови».

Ресторан Максим выбрал сам, с помпезным интерьером, хоть и в чём-то уютным, и не слишком демократичными ценами. Я мысленно вздохнула, прощаясь с деньгами, заказала салат «Цезарь», отварную говядину с печёным картофелем, да жасминовый чай. От пирожных по понятным причинам отказалась, куплю лучше булочку в пекарне рядом с домом.

– Мне, пожалуй, тоже «Цезарь», солянку, стейк средней прожарки с овощами на гриле, два десерта Павлова. Они здесь, Ксюша, восхитительные. И бутылочку красного вина. Давайте «Вудхэвен», раз ничего лучше нет, – озвучил Максим свой выбор.

– Простите, но десерта мне не надо, и вино я тоже не буду… Пожалуйста, сделайте нам разные счета, – попросила я официанта.

– Нет, – отрубил Максим. – Считайте вместе.

Он так посмотрел на официанта, что тот поспешил ретироваться, а потом Максим одарил и меня хмурым взглядом.

– Ксения, в следующий раз, не стоит меня позорить.

– Я не собиралась… Просто мы слишком мало знакомы и…

– Мужчина всегда платит за свою спутницу. Я думал, вы то уж не из этих феминисток. –Последнее слово он процедил с особым презрением. – Неужели, я произвожу впечатление нищего или мелочного?

– Извините, – пробормотала я, чувствуя одновременно стыд и раздражение.

По какому праву он меня жизни учит?! Теперь я вдвойне сочувствую его жене, мало того, что он ищет развлечения на стороне, так ещё и дома, скорее всего, тиранит.

– Проехали, – отозвался мужчина, одаривая улыбкой. – Мы просто пока плохо друг друга знаем, а тебя, видимо, не баловали. Наверное, встречалась, в основном со сверстниками, а что с них взять.

«Сомнительное удовольствие быть иждивенкой, терпеть пренебрежительное отношение, да бояться лишнее слово сказать, чтобы не разозлить благодетеля. Меня родители учили всего добиваться самой, а отношения строить не только на симпатии и влечении, но на взаимном уважении и общих взглядах на жизнь. Тогда и разводиться не придётся», – подумала я, жалея, что согласилась пойти в ресторан.

– Поверь, с мужчинами постарше отношения намного комфортнее, – вкрадчиво заявил Максим, но потом, слава вселенной, переключился на нейтральные темы: какая музыка и фильмы мне нравится, как люблю отдыхать и тому подобное.

Время до десерта прошло в мирной беседе. Максим даже ничего не сказал по поводу того, что вино в моём бокале не убывает. Видимо, усыплял бдительность, чтобы потом выдать:

– Ксюша, ты мне понравилась, и я готов предложить тебе серьёзные отношения.

Услышанное предложение шокировало. Вообще, я абсолютно не понимала этого мужчину. Какой он настоящий? Серьёзный, уверенный в себе мужчина, заботливый брат, неверный муж, циничный ловелас, человек, который не слышит других. Я понимаю, что вижу только то, что у самой поверхности, а под толщей скрытых эмоций и желаний, всё сложнее. Ведь в каждом из нас столько всего намешанного, что порой самому не разобраться, не то, что другим.

– Вы ведь, кажется, женаты?

– Да, и Людмилу никогда не брошу, чтобы не случилось, – твёрдо заявил Максим.

– Тогда о каких серьёзных отношениях речь?

– Я сниму тебе квартиру, буду приезжать один-два раза в неделю, несколько раз в год вместе летать в отпуск. От тебя требуется только физическая верность и хорошее настроение, когда я рядом. Согласись, приятные и совсем ненапряжные отношения, вечный конфетно-букетный период.

– Вот уж спасибо, – вырвалось у меня, а десерт стал резко горчить.

– Понимаю, для тебя это неожиданно, – спокойно отозвался мужчина. – Отбрось эмоции, подумай, всё взвесь. Кстати, сколько у тебя было партнёров?

От возмущения я задохнулась. Как он смеет?! Сразу захотелось послать его подальше и немедленно уйти. К сожалению, манёвр пресекли на корню. Максим схватил мою руку и крепко сжал, словно предупреждая о вредности импульсивных действий, а потом довольно выдал:

– Значит никого не было, не ошибся. Ты мне идеально подходишь.

«А вы мне нет! – мысленно завопила я. – Ну, подружка удружила… Вдруг он ещё и прилипчивый? Или, вообще, маньяк… Как там называют навязчивых поклонников – сталкеры? У-у, только я могла так с первого раза влипнуть. Что же делать? Точно не стоит его злить и провоцировать. Лучше на всё соглашаться, а потом спрятаться. Адрес он мой не знает, хотя по телефону пробить не проблема. Но ведь Ленка договаривалась через сайт, может она даже ему мой номер не дала. Вот бы здорово».

Зазвонил мой сотовый телефон. Я облегчённо вздохнула и полезла в сумку. Сейчас сделаю вид, что появились крайне важные и срочные дела. На дисплее высветилось: «Ленка». У меня сразу зачесался язык, чтобы всё ей высказать, но сейчас не лучшее время, вот выйду из ресторана, тогда не буду сдерживаться.

– Добрый вечер, – сказала я, маскируясь под официальный звонок. – Слушаю вас.

– Ксюха, – несчастно протянула подруга. – Я знаю, что не вовремя, но… – Она всхлипнула. – Я им не понравилась. Они спрашивали и спрашивали, словно я на допросе, и иногда между собой так переглядывались. Никогда не чувствовала себя такой дворняжкой… А Игорь меня даже не защищал. Всё, теперь точно ничего не получится.

В трубке раздались горькие рыдания. Злость на Ленку мгновенно развеялась, а Игоря захотелось поколотить. Зачем он вообще повёз её к родителям, раз они так настроены? Возможно, Ленка – неидеальная невестка для свекрови-искусствоведа, но далеко не худший вариант. Она добрая, позитивная, мастерски готовит, не зря кулинарный техникум закончила, хозяйственная, относительно верная, то есть изменять не станет, но если что не по ней – уйдёт.