Екатерина Бриар – Эксперименты в академии, или Мой подопытный некромант (страница 52)

Но как ее письма попадали в мой почтовый ящик? И как отправить ей ответ?

Отложив решение почтовой проблемы, я принялась строчить письмо подруге. После заверений о том, что все в порядке и я не писала лишь из-за незнания о существовании почты между мирами, закусила кончик ручки.

Нужно было что-то написать по поводу Винса. Подруга ясно дала понять, что он обеспокоен моим длительным отсутствием. Возможность показать некроманту свой мир представлялась крайне заманчивой. Вот только… Что если он уже прочел записи из моего блокнота? Мог ли он стать «нервным» после знакомства с описанием моих экспериментов?

Осторожность взяла свое.

Я попросила передать Винсу и Роканции привет. А потом нетвердой рукой вывела: «Останусь тут еще на неделю. В следующем письме напиши, как меня отсюда заберут».

Пару минут повертев свое послание в руках, не выдержала и дописала: «Спроси у Роканции: получилось ли очистить блокнот?»

До позднего вечера я искала такую обыденную вещь, как конверт. Поиски не увенчались успехом. Пришлось признать, что наличие электронной почты и мессенджеров уничтожило для меня потребность в бумажной переписке со всеми ее атрибутами. Я подобрала один из Риткиных конвертов и тщательно осмотрела.

Может, они какие-то особенные? С руническими символами вместо марки или пропитаны специальным зельем, позволяющим перемещаться между мирами? На плотной белоснежной бумаге не оказалось ни адреса отправителя, ни контактов адресата. Почтовые штампы тоже отсутствовали.

Не найдя подтверждения ни одной из версий, я все-таки засунула свое письмо в конверт. Другого все равно нет. Идея, как его отправить, пришла внезапно и сначала показалась совершенно абсурдной. Вечером я спустилась на первый этаж и, воровато оглядевшись, сунула письмо в прорезь собственного почтового ящика. Радуясь, что не столкнулась ни с кем из соседей, поспешила вернуться к себе в квартиру.

Стоит ли упоминать, что наутро все мои мысли крутились вокруг письма? К полудню я не выдержала и под предлогом выноса мусора покинула квартиру.

Чуда не случилось. Как только лифт доставил меня на первый этаж, я подскочила к ящику и через мгновение убедилась в том, что белоснежный конверт сиротливо покоится в металлической ячейке.

Решив забрать его на обратном пути, я закрыла ящик и отправилась избавляться от пакета, ставшего оправданием для вылазки из дома. Настроение после того, как я увидела конверт, упало до нуля. Нужно было придумывать, как отправить Ритке письмо, а фонтанчик идей за ночь совсем заглох. В общем, у меня не было повода наслаждаться красотами родного микрорайона, и в подъезд я вернулась примерно через десять минут.

Прежде чем открыть ящик, я заранее вздохнула, признавая бредовость своих надежд.

И вот замок щелкает, я распахиваю дверцу. И вижу…

А ничего я не вижу. С минуту я не решалась поверить собственным глазам. Потому что ящик оказался пуст!

Как быстро Софья Семеновна, бойкая бабуля с третьего этажа, только что вышедшая из лифта в компании флегматичной таксы, вызовет «Скорую», если узнает, что я отправила письмо в магический мир? Нет, нельзя вести себя странно и хоть чем-то выдать внутреннее ликование.

Только снова оказавшись у себя в квартире, я позволила себе исполнить танец победителя.

У меня получилось! Ошибки быть не может! Теперь остается только дождаться ответа Ритки и… У меня не очень с выдержкой, поэтому до вечера я трижды сгоняла проверить почту. Вместо того чтобы посмотреть новый сезон любимого сериала, я озаботилась вопросом: как письма попадают в ящик и исчезают из него? В половине десятого вечера я клятвенно пообещала себе, что это «последний раз и больше я из дома ни ногой».

И едва не вскрикнула от радости, обнаружив в ящике конверт без опознавательных надписей.

На этот раз письмо подруги оказалось не таким кратким, как предыдущие. Меня побранили за то, что так долго игнорировала почту. Уверили в том, что по первому моему требованию пришлют демона-портальщика. И напоследок пообещали осведомиться у Рокки относительно блокнота.

Я облегченно выдохнула, дочитав письмо.

Выходные выдались дождливыми, пришлось отменить поездку на дачу. Я приуныла, осознав, что неизвестно, когда теперь туда попаду. Оставалось засесть на кухне, предварительно заварив ароматный чай и вскрыв коробку любимого печенья.

Предстоящее возвращение в Дилор будоражило во мне противоречивые чувства. Я понимала, что уже вряд ли вернусь в универ, что рано или поздно придется сознаться родителям во лжи по поводу Исландии, ломала голову над тем, как обрести в магическом мире легальный статус. Очевидно, что не получится и впредь притворяться Адель Шеридан. От осознания того, что скучаю по магическому миру, мне становилось стыдно перед родителями. Я чувствовала себя виноватой перед Риткой за то, что пропускаю ее предсвадебные хлопоты, задерживаясь дома без веских на то причин. Но больше всего заставляла нервничать предстоящая встреча с Винсом. Ох, лишь бы некромант не прочел то, что я про него написала!

Раз за разом я мысленно возвращалась к проклятому блокноту и перечисляла все, что могло бы с ним случиться. Во-первых, его могли потерять. Мне не принципиально кто – Винс или Роканция. Почему бы ему не потеряться? Во-вторых, у Рокки мог не получиться нейтрализатор для зелья-липучки. В третьих, подруга могла так щедро полить зельем слипшиеся страницы, что они… они… ну, например, рассыпались пеплом. Ничто не сделало бы меня более счастливой, чем известие об уничтожении блокнота.

Кстати, об известиях!

Я подскочила с места, едва не выплеснув остатки чая на скатерть.

Вчера, как раз в это время, мое письмо волшебным образом исчезло из почтового ящика. Отправилось оно само или кто-то ему помог?

Только в лифте осознала, что выбежала из квартиры как была в тапках с единорогами. Ой, да кого я обманываю?! Это вчера я еще пыталась сохранять невозмутимый вид и думала о том, что подумают соседи. Сейчас стало решительно все равно, увидит меня кто-нибудь в розовых мохнатиках или нет.

Двери лифта с протяжным скрипом распахнулись. А у меня почти так же широко, хоть и совершенно безвучно, распахнулись глаза.

Я оказалась не готова увидеть того… кхм… кого увидела.

Глава 40

Встреча неожиданная… и еще одна

– Ты что здесь делаешь? – спросила я, окинув подозрительным взглядом парня, который только что распахнул мой почтовый ящик.

– А на что это похоже? – огрызнулся Стас. Обернувшись, он едва не прожег во мне дыру взглядом.

В его усмешке наблюдалась повышенная концентрация яда. Но она плохо сочеталась с непривычно потрепанным видом парня. Стас торопливо запихнул в рюкзак написанное мной накануне вечером письмо для Ритки.

– А ну отдай! – подскочила я к нему, пытаясь выудить конверт из недр рюкзака.

– Угомонись, дура, – отдирая мои пальцы от металлической молнии, восклинул Стас. – Сейчас отдам. Только не вопи! Как же вы мне обе надоели…

Он порылся в рюкзаке, вытащил конверт и протянул мне. Я по-прежнему пользовалась конвертами подруги, поэтому сразу поняла, что мне пытаются всучить не мое письмо. Из-за своей бэушности конверты, которые я опускала в ящик, не могли похвастаться отсутствием заломов. А тут…

Я хотела было возмутиться, но вместо этого озвучила невероятную догадку:

– Так, значит, это ты доставляешь письма?

– А ты думала, что почта России? – фыркнул Стас.

Я не нашлась, что ответить.

– Меня всего лишили из-за тебя, – Стас обличительно ткнул в меня пальцем. – Мало того что отец выслал в этот мир, так еще и оставил без содержания. Я в общаге живу!

Похоже, потеря привычного лоска стала для полуинкуба настоящим ударом. Он тяжело переживал отсутствие модной укладки и расставание с брендовой одеждой.

– Бедняжка, – не вполне искренне посочувствовала я парню.

Стас сверкнул глазами и тут же поморщился.

– И в довершение всего мама мне дар заблокировала, – пожаловался бывший.

Ого! Родители, похоже, всерьез взялись за его воспитание. Ну а что? Лучше поздно, чем никогда. Хотя в то, что глава демонического клана бросил единственного сына на произвол судьбы в чужом мире, я никогда не поверю. Наверняка за Стасом втайне от него самого присматривают и не дают вляпаться в неприятности.

Я испытующе посмотрела на парня, он сразу напрягся.

– Ты это… завязывай уже с этой перепиской. Раз нашла себе у нас мужика, вот и отправляйся к нему. А то строчат каждый день, а мне туда-сюда мотайся.

Мне было что ему возразить. И про то, что пишу я вовсе не мужику. И про то, что не его это дело, куда и когда мне отправляться.

Но входная дверь открылась, пропуская в подъезд Софью Семеновну в ярко-зеленом дождевике. Питомец пенсионерки бодро посеменил к лифту. Натянувшийся поводок стал для таксы неприятным сюрпризом.

– Опять ты здесь, охламон! Думаешь, не знаю, кто нам листовки рекламные по ящикам рассовывает? Не нужны нам твои микрозаймы с грабительскими процентами! Народ совсем за дураков считают, – обрушилась на полуинкуба Софья Семеновна.

Я окинула парня удивленным взглядом.

– Да не я это! – воскликнул сынок главы демонического клана, пятясь от пенсионерки.

– Ты пукалку свою закрой и слушай сюда, – продолжала распаляться женщина. – Еще раз увижу здесь, натравлю…

Софья Семеновна посмотрела на питомца, но тот, не желая принимать участия в скандале, демонстративно отвернулся.