Екатерина Бриар – Эксперименты в академии, или Мой подопытный некромант (страница 15)

Я внимательно осмотрела стянутые поближе к резным ножкам стопки книг и мысленно похвалила себя за логичное предположение. В самом деле, не на кухне же, рядом с кукибаром, Винс хранит конспекты, и не прячет же он их в спальне под матрасом.

Позволив себе нервный смешок, я медленно выдвинула нижний ящик стола. Никакая магическая сирена меня не оглушила, рука не прилипла к блестящей металлической ручке, которую я цапнула, не озаботившись перчатками или любым другим способом скрыть отпечатки. До предусмотрительности профессиональных воров мне еще далеко, да и с добычей как-то сразу не задалось. В ящике обнаружилась пара одинаковых картонных коробочек. Знакомых таких, фиолетовых, и еще не распечатанных. Пришлось задействовать всю свою силу воли, чтобы не покуситься на вкусняшки. Я пришла за конспектами! Проигнорировав дразнящий аромат шоколада, я захлопнула ящик и взялась за следующий. В нем оказались: связка ключей, несколько фигурных штампов и ворох местной канцелярии в виде флакончиков с чернилами и разномастных перьев.

Добравшись до верхнего ящика, я уже не особо рассчитывала на успех. Но там обнаружилась стопка тетрадей! Ура, я почти у цели… Хотя, постойте, а это что такое?

Тетрадки разочаровали белоснежными листами, и я быстро побросала их обратно в ящик. В руках остался блокнот в черной кожаной обложке. Я не сразу поняла смысл записей, но, когда осознала, что читаю, как подкошенная плюхнулась в кресло.

«У объекта достаточно хорошо развиты коммуникативные навыки. Не склонна к истерикам, рассудительна, умна. Вероятно, получила хорошее образование в своем мире, но не имеет никаких знаний о магии. Специфических предпочтений в еде не высказывает. Смогла скорректировать настройки кукибара. Свои действия не пояснила. Зафиксировать хотя бы минимальный магический всплеск не удалось».

«Объект успешно осваивается в академии. Преподаватели воспринимают ее как обычную адептку. Однако Т выражает недоумение относительно того, что объект почти не делает записей на занятиях. На занятиях О объект проявляет себя лучше большинства сокурсников. По мнению Л объекту недостает концентрации. Магический фон нулевой».

«Паническую реакцию у объекта вызвала трехмерная иллюзия второго уровня, созданная третьекурсниками. Распознавание магической составляющей в окружающем пространстве у объекта отсутствует (попыталась сбежать от иллюзии). Магический фон без изменений, хотя страх и стрессовая ситуация могли бы стать катализатором для проявления способностей».

«Передал объекту артефакт развидения. Несмотря на предубеждение, согласилась его носить. Магический фон по-прежнему нулевой. Побочных реакций у объекта при контакте с артефактом не выявлено».

Я перечитала последнюю запись дважды. Получается, сначала некромант втихаря измерял у меня какой-то магический фон, а потом решил подсунуть треклятый зуб, от которого непонятно какие побочки могли проявиться? Ну Винсент, ну подлюга! А я еще посчитала счастливой случайностью то, что он в парке оказался, в аккурат когда я наткнулась на Изельду. Да чего бы ему там делать, если не выжидать, пока я наткнусь на иллюзию? Может, он ее сам на меня натравил, а с адептами договорился, чтобы… чтобы что? Зачем ему это?

От осознания, что все это время меня исследовали, как подопытную крысу, заслезились глаза. Нет, я не плачу. Это все зуб с его побочками. Подкативший к горлу ком и непреодолимое желание надавать по одной отдельно взятой некромантской морде – это тоже все побочки.

Вот, значит, как обстоят дела. Пока я отчаянно старалась не запороть учебу, Винс занимался изучением «объекта». Даже не поленился справиться у коллег по поводу моих успехов на занятиях.

Нулевой магический фон…

Он решил, что на мне можно опыты проводить – подсовывать непонятные амулеты, а потом наблюдать, позеленею ли я или чесаться начну?

Я бросила блокнот в ящик и с силой захлопнула его. Со стороны могло показаться, что я пытаюсь нокаутировать ни в чем не повинную мебель.

Эмоции захлестывали и требовали действий. Желательно решительных. И мстительных.

Я повертела головой, пытаясь вообразить, какой урон могу причинить некроманту. Фантазия в разгромленном кабинете работать отказалась. Воображение, указывая на кучку под ковром, сослалось на то, что тут и без него изрядно постарались. Так и не придумав ничего грандиозного, я решила конфисковать у некроманта запас конфет.

Какая-никакая моральная компенсация.

Вернувшись в нашу с Роканцией комнату, я обнаружила, что соседка все еще отсутствует, и порадовалась этому. Мой гнев на Винса грозил перекинуться на его сестру. Однако я заставила себя отбросить эмоции и отнестись к ситуации со всей возможной объективностью. Взаимоотношения Роканции и ее старшего брата не позволяли мне прийти к однозначному выводу относительно того, знает красноволосая о только что виденных мной записях или нет.

Сейчас нельзя горячиться. Иначе я рискую потерять единственную подругу.

Я бросила свою шоколадную добычу на кровать и принялась разыскивать блокнот, который завела пару дней назад для того, чтобы упражняться в рисовании рун. Блокнот отыскался на столе под грудой исписанных Роканцией листов. В отличие от меня, подруга уже приступила к выполнению задания по истории магии. Ничего, я тоже сдам работу в срок. И никакие конспекты Винса мне не нужны. Сама все сделаю, и, может быть, Игнас даже расщедрится на высокий балл. Помарок у меня уже гораздо меньше выходит…

Я пролистала несколько листов, заполненных закорючками, которые так нравились некроманту в учебные годы. Сначала хотелось вырвать эти прописи и порвать на мелкие клочки, но нет. Пусть останутся для конспирации. На губах сама собой расцвела удовлетворенная улыбка, когда я добралась до чистого листа и аккуратно вывела:

«Опыт первый. Лишить объект сладкого и проследить за изменениями в его поведении».

Глава 11

Тайна алых локонов

– Понимаешь, я думала, что смогу с ними подружиться… Я просто хотела… – Роканция в очередной раз всхлипнула.

– Я понимаю, – заверила я девушку и протянула очередной платок.

Кажется, это был последний платок, не орошенный слезами Роканции. Полдюжины его предшественников в изрядно скомканном виде валялись на полу. Роканция шумно высморкалась и продолжила сетовать на судьбу.

– Я думала, что после зачисления меня тут начнут воспринимать всерьез, что у меня начнется настоящая учеба, что я буду как все.

– Ты не настолько заурядная, чтобы быть как все, – возразила я вслух, а мысленно начала прикидывать, у кого можно одолжить носовых платков. Хотя бы еще парочку. Пожалуй, придется наведаться к Лили или Нирии.

Роканция с удивлением посмотрела на меня. Глаза ее опухли от слез, нос покраснел. Вернувшись поздним вечером, соседка не потрудилась переодеться и отказалась лечь спать. Обосновавшись на подоконнике, она сильно измяла форменное платье. Хотя это волновало ее гораздо меньше, чем неудавшаяся прогулка с однокурсниками.

Оказалось, Грегор забыл предупредить друзей о том, что Роканция пойдет с ними. В результате Синтия и Фелисия всю дорогу до оранжереи демонстративно ее игнорировали. Когда компания добралась до места назначения, выяснилось, что магические цветы укрыты плотной тканью и рассмотреть их не представляется никакой возможности. Адепты не посчитали нужным скрыть свое разочарование. На голову Грегора со всех сторон посыпались упреки, Роканция поспешила его поддержать, заявив, что в оранжерее помимо фимбриат предостаточно интересных растений.

Если бы она ограничилась только этим заявлением…

Но Роканция не была бы Роканцией, если бы не начала вдохновенно рассказывать спутникам обо всех растениях, которые хорошо просматривались сквозь стеклянные стены оранжереи. Стоит ли говорить, что компания не прониклась интересом к энциклопедическим знаниям моей подруги? Думаю, вы и так все поняли.

Девчонки закатили глаза и состроили кислые гримаски. Их пантомима возымела гораздо больший успех, чем перечисление полезных свойств мандрагоры. На обратном пути Мерсер то и дело отпускал шуточки по поводу цвета волос Роканции, и вся компания едва ли не покатывалась от хохота. Ну, разумеется, за исключением самой девушки. Ей-то как раз было не до смеха.

Роканция не упоминула об этом прямо, но мне и так было понятно – подруга ожидала, что Грегор вступится за нее перед друзьями. Но этот увалень смеялся едва ли не громче всех. Единственным человеком, который нормально общался с Роканцией на протяжении этого злосчастного вечера, оказался Орис Котлер. Но, когда я попыталась приободрить подругу, указав на то, что в компашке был, по крайней мере, один вменяемый человек, девушка лишь покачала головой и поджала губы.

– Он тобой интересовался. Спрашивал, на каком факультете ты училась в боевой академии, почему решила перевестись сюда.

– С чего вдруг такой интерес? – нахмурилась я.

– Может быть, ты ему понравилась. В отличие от меня, – пожала плечами Роканция, и глаза ее снова наполнились слезами.

– Послушай, тебе не нужно стремиться всем понравиться.

– А я вообще никому не нравлюсь! – воскликнула Роканция. – Винс, когда учился в академии, был всеобщим любимцем – самым популярным, самым перспективным… А мне придется довольствоваться ролью изгоя, потому что я… я…