Екатерина Боровикова – Новая эпоха (страница 25)
— Ну-ну, малявка. Не плачь, — забормотал Глеб, — сейчас мы тебе поможем. Соня, у тебя есть что-нибудь из одежды?
— Конечно. — Девушка вытащила из корзинки футболку и протянула юноше.
А тот деловито снял памперс, забросил его подальше в траву, вытащил из рюкзака пластиковую бутылку с водой, обмыл малышу потное лицо и опрелости на попке, потом взял ребёнка на руки и стал укачивать:
— Баю, баюшки, баю, не ложися на краю…
Ребёнок стал затихать. А Соне вдруг очень захотелось его
Спустя несколько секунд Хромушка икнула. Она только что впервые заглянула в неживое.
— Глеб, — прошептала Кривицкая, — положи это назад, и бежим. Оно не человек.
— А то я не знаю. — Огрызнулся парень. — Не мешай, если жить хочешь. Тебя схватит за бочок, и утащит во лесок. Там птички поют, тебе спать не дают…
Продолжая тихонько напевать, Глеб напоил ребёнка водой, разложил футболку на траве, опустил «малыша», прикрыл от солнца головку рукавами, оставил бутылку рядом и поднялся. «Ребёнок» мирно спал.
— Пошли. — Буркнул он. — Только не оборачивайся.
Естественно, Кривицкая послушалась.
Глава 9.3
Буквально через несколько метров их догнало существо — женщина с длинными, чёрными, нечесаными волосами, злым лицом и в короткой ночной сорочке.
— Ты сыначку майго мыў, калыханку пеў. Будуць твае дзеткi прыгожыя ды здаровыя. А ты сынку вопратку аддала — будзеш у дарагiя сукенкi апранацца, на шаўковым ложку спаць.
Высказалась и растаяла.
— Что это было? — Прошептала Хромушка. Удивительное дело — она испугалась, но не так, чтобы очень. Дни, проведённые в обществе Коваля, чёрт, отец Павел в образе совы, магия в свободном доступе и прочие странные вещи — этого хватило, чтобы одиннадцать лет страха перед современным миром начали потихоньку трансформироваться во что-то другое. Во что, девушка сама пока не могла понять.
— Судя по всему, кто-то из семейства русалок. — После исчезновения нечисти парень заметно расслабился и зашагал веселей.
— Разве они не в воде живут?
— А они разных видов бывают.
— Что она сказала? — Общий смысл девушка уловила, но большая часть слов оказалась незнакомой.
— Ай, пообещала мне здоровых и красивых детей, а тебе моднявую шмотку и шёлковые простыни до конца жизни. Вот если бы мы её малого проигнорировали или с собой забрали, пусть даже из жалости, там бы нас и нашли. В виде фарша.
Девушка поёжилась, представив такой исход событий.
— И откуда ты только знал, как себя вести.
— Так тут все в курсе. — Глеб пожал плечами. — В школе изучаем. И на биологии, и на ОБЖ[1]. Я сразу понял, что дело нечисто — татуировка на плече ныть начала. Есть у меня такая.
— Как у Вячеслава?
— Ага. Смотри, нам туда. — Теперь дорога бежала вниз, и перед глазами путников раскинулось ещё одно село, гораздо меньше того, в которое отправился Коваль.
— Это Потаповка. А вон хутор, «Счастливый бусел». Там и будешь жить, пока Маринка не заберёт к себе на обучение.
Совсем рядом с деревней, но немного особняком, на пригорке, находилась группа небольших домиков.
Глеб ускорился. Соня, чувствуя, что путь длиной в несколько дней подходит к концу, тоже прибавила шаг.
— Кстати. Ты не успел о красных карточках рассказать.
— А «красных» мы сюда не пускаем. Видела жилой комплекс у первых ворот? Вот туда и селим. Даём передохнуть несколько дней, кормим, отмываем, снабжаем небольшим набором продуктов и желаем счастливого пути.
— А чем они отличаются от меня, например?
— Ненавидят или боятся потусторонних с такой силой, что не могут допустить даже мысли, что с ними можно сосуществовать. Есть ещё одна категория, которую Баба-Яга вообще из Вырая не выпускает в нашей точке выхода, а переправляет дальше куда-нибудь. Сама понимаешь — бандиты, психи и прочие подарочки. Очень удобно.
— А чем вы ей зарплату начисляете? — В мыслях всплыла печь, и девушку поразила не очень приятная догадка.
Но получить ответ на вопрос не вышло — от ближайшего хуторского дома спешила невысокая уютная женщина в жёлтом сарафане.
— О, а вот и тётя Лена. Хороший человек, между прочим, мать, отец, сестра и брат для новичков. А я пойду — дядя Володя один там, волнуюсь, как бы чего не вышло. — Глеб сделал вид, что не слышал последнего вопроса, уверил, что они обязательно ещё встретятся, помахал рукой Елене, развернулся и поспешил к напарнику.
Буслова оказалась энергичной, говорливой женщиной лет шестидесяти. Пока шли к хутору, Елена, не переставая, причитала о жуткой худобе гостьи и малому количеству её пожитков. На жёлтый пропуск глянула лишь мельком, заявив, что раз уж Соня добралась до её «Счастливого бусла», значит, всё в порядке.
На хуторе имелось только одно двухэтажное здание — с большими окнами, свежей краской на стенах и крытой верандой перед входом. Все остальные строения оказались одноэтажными.
— Первые пару дней, пока не освоишься, приходи кушать сюда. А так в каждой хате есть кухня — мультиварка или микроволновка плюс печка. — Елена говорила деловитым тоном, но всё так же торопливо. — Сейчас зайдёшь в медпункт, пусть Илона тебя обследует. Потом баня — вон, за беседкой, видишь? Мы как раз растопили. А затем вернёшься ко мне, и продолжим.
— Баня? — Растерялась Софья. — Но я не знаю, как там всё, и вообще… — Хромушка до Катастрофы была исконной городской жительницей и даже приблизительно не представляла, как всё устроено в деревенской помывочной. Что уж говорить о последних годах, когда приходилось мыться во дворе, используя малюсенькое количество воды.
— Не переживай. Не ты первая, не ты последняя. — Женщина улыбнулась, собрав в лучики морщины вокруг глаз. — Я внучку свою на помощь пришлю. А сейчас иди на первый этаж, к медсестре.
И Соня покорно похромала в двухэтажное здание, недоумевая, зачем ей медосмотр.
Круглолицей Илоне было не больше восемнадцати. Девушка тоже оказалась приветливой, но не такой болтливой, как Буслова.
— Здравствуй, присаживайся. Жалобы есть?
Жалоб не было. Но это не убедило облачённого в белый халат юного медика, и осмотр всё-таки состоялся. Результаты девчонка методично записывала.
Температура, давление оказались в норме. Частота сердечных сокращений была повышена, но в пределах разумного.
— Понятное дело, ты стресс испытываешь. — Деловито сообщила медсестра, а потом спросила делано равнодушно: — Хромота врождённая или приобретённая?
— Приобретённая.
— Подробней, пожалуйста, Софья Петровна. Мы ведь первичный анамнез собираем.
«Первичный анамнез» девушка произнесла таким важным тоном, что Хромушка поняла — Илона совсем недавно занимает эту должность, и она ей безумно нравится.
Кривицкая стала рассказывать об обстоятельствах получения травмы. В какой-то момент медсестричка даже отложила карандаш и забыла о своей работе. Она охала и ахала, качала головой, а когда услышала о гибели родных Софьи, искренне и громко разрыдалась. Соня испугалась — она не ожидала такой реакции, поэтому скомкано закончила рассказ и замолчала.
Отрыдавшись, Илоночка, хлюпая носом, продолжила работу. И посыпались диагнозы: истощение, педикулёз, чесотка…
— Не переживай. Редко кто приходит без этих проблем. Скажи спасибо, что цинги нет. — Илона пошарила в тумбочке у стола, достала пол-литровую стеклянную банку, заполненную грязно-коричневой субстанцией. — В бане, перед тем, как мыться, намажешь этим голову, да не поленись в кожу хорошенько втереть. А этим, — девушка вытащила другую банку, с желтоватой мазью — тело. Посидишь в парилке пятнадцать минут и спокойно мойся. Я ещё и Людке объясню, чтобы проконтролировала.
Илона напротив «педикулёза» и «чесотки» записала: «обработано» и отпустила пациентку.
Людкой оказалась девчушка лет восьми. Она поставила Хромушку перед фактом того, что одежду не вернут. И ту, что в корзинке, тоже.
— Сожжём, вы же вшивая. Но не бойтесь, в предбаннике лежит халат, а в хате шкаф с одеждой стоит — майки, штаны всякие… Если размера вашего не будет, потом сходите к дяде Семашко, он на складе что-нибудь найдёт нормальное. Или перешьёте — много у кого машинки швейные в хатах есть, помогут. Или руками. Я научу, если хотите.
Баня оказалась новым испытанием. Девочка очень ловко управлялась с веником, и Хромушка из парилки еле выползла. Тело вело себя странно — оно было безумно уставшим и прекрасно отдохнувшим одновременно.
— Вы к бабуле зайдите, она вас покормит и ключ от хаты даст! — Крикнула вдогонку Людочка.
Есть хотелось сильно, но Соня сразу в главный дом не пошла, а завернула в деревянную беседку, рухнула на сиденье и попыталась собрать разбежавшиеся мысли в кучу.
Словно оказалась на другой планете. Здесь всё так организованно, спокойно. Доброжелательные люди. Нищетой даже не пахнет. Словно и не было конца света. Как у них так получилось, и есть ли ещё в мире подобные места? Хромушке очень хотелось узнать.
— Привет. — В беседку заглянул вихрастый толстячок с масляными глазками. — Ты новенькая?
— Да.
— А я здесь уже три месяца. — Мужчина без приглашения опустился рядом. — Надоело — жуть.
— А что не так?
— Ай! — Махнул рукой незнакомец. — Туда не ходи, это не делай, обучение не пропускай. Думаешь, здесь всё на халяву? Как же. Освоишься, тебя тоже приставят к чему-нибудь. «Каждый должен приносить пользу обществу, в котором живёт». — Передразнил кого-то собеседник. — Готовить самому приходится, продукты лишь базовый набор бесплатно, как и одежда. Если хочешь что-то сверху, поработай. Пришлось на мельнице помогать. Четыре часа в день коту под хвост!