Екатерина Борисова – Преданная истинная черного дракона (страница 28)

Под наливающийся ненавистью и завистью взгляд мадам Жоржет.

Когда заканчиваю, подхватываю Сондру под руку, игнорируя протянутую мне ладонь полковника. Другой рукой хватаю испуганного Ноэля.

— Что же удивительного в том, что я решила перевезти в таверну брата, как только мы с Сондрой решили некоторые финансовые трудности. Двум девушкам непросто со всем управиться. А наше положение не позволяет пока нанять работников, — я выхожу из салона, утягивая «свою семью» за собой.

— Хм, — полковник хмурится, ещё раз оглядывая мою, без сомнения, дорогую шубку и жалкие обноски Ноэля. — Ваш брат?

Конечно, мы не родственники. Взбалмошная ярко-рыжая драконица, хрупкая блондинка в дорогих «обносках» с замашками леди и оборванец-карманник. Никто в здравом уме бы не поверил в такую ложь. Полковник тоже не верит. Я вижу это по его лицу. Но продолжаю улыбаться. Уверенно и открыто.

— Ноэль — мой сводный брат! — говорю твёрдо и отворачиваюсь, показывая что разговор окончен.

— Пройдёмте, мисс, я вас провожу, — опасно щурится полковник.

— О нет! Спасибо, — отвечаю я слишком быстро. — У нас осталось совсем немного времени до отлёта в таверну. И я бы хотела провести его с семьёй. С вашего позволения.

Я выжидающе смотрю полковнику в глаза.

Уверенно вскидываю подбородок и ощущаю горячую поддержку Сондры и Ноэля.

Полковник хмурится, сжимает губы в тонкую суровую линию. Но не настаивает. Лишь вежливо кивает и отходит в сторону.

— Прошу.

— Огромное спасибо за помощь, — киваю ему я и с замирающим от счастья и облегчения сердцем бросаюсь дальше по улице.

— Мисс Голд! — окликает меня полковник.

Я замираю.

Улавливаю сдавленный вздох Сондры и шёпот Ноэля «пристал».

— Как ваш ожог, мисс Голд? — полковник щурится и делает шаг ко мне.

Я инстинктивно поглаживаю ладонью обгоревшую метку, морщусь и поднимаю подбородок ещё выше — он не должен заметить моего страха и смятения.

— Всё хорошо, спасибо, полковник Гриффит, — и не дожидаясь его ответа и новой порции подозрительных взглядов, тяну свою "семью" в ближайший закоулок.

Но всё равно ощущаю на себе задумчивый тяжёлый взгляд цвета расплавленного золота.

— Сюда! — командует Ноэль и отодвигает в глухом заборе пару досок.

— Ну нет! — шипит Сондра и преграждает мне путь.

— Быстрее! — не сдаётся парень. — Или он придумает новый вопрос... или не он...

Мальчишка бросает встревоженный взгляд на главную улицу, что виднеется позади нас в узком проёме между двух домов. И по мостовой нам движется сгущающаяся тень.

— А там нас ждут твои дружки, чтобы убить или ограбить? — рычит Сондра.

Ноэль замирает на миг. А потом его взгляд вспыхивает такой яростью и неподдельным возмущением, что я восхищаюсь им.

— Я пообещал, — шипит он. — Мы заключили договор!

— Идём! — я беру Сондру под руку и вместе с ней шагаю в тёмный проём между досок. Ноэль ныряет следом.

Как раз вовремя.

По переулку эхом разносятся тяжёлые мужские шаги. Они доходят до забора с той стороны и останавливаются как раз напротив нас.

А мы втроём замираем по эту сторону, забывая дышать.

Реши незнакомец проверить на прочность доски, и он обязательно найдёт замаскированный лаз.

Время растягивается, превращаясь в тягучее напряжённое марево, окутывает нас и заставляет сердце стучать тревожнее и быстрее...

Глава 31. Тётушка Пипита

В тревожной тишине раздаётся тяжёлое мужское дыхание.

Мои руки дрожат от напряжения. Сердце колотится в груди. Как загнанная птичка.

Новой порцией гулкого эха отдаются тяжёлые шаги по мостовой.

Мужчина проходится вперёд, до следующей улицы, скорее всего, выглядывает из-за угла и возвращается, рыча себе что-то под нос про наваждение.

И только когда его шаги затихают вдали, мы, втроём не сговариваясь, выдыхаем с облегчением.

— А теперь к тётке Пипите! — командует Ноэль и бежит вперёд.

— К какой ещё Пипите? Ноэль! — Сондра вспыхивает как спичка. Даже рыжие пружинки её волос яростно торчат во все стороны.

— Тётушка Пипита — лучшая торговка на среднем рынке. Она может продать и купить что угодно кому угодно и у кого угодно! — радостно подпрыгивает он.

— Так, так! Притормози, — рычит Сондра. — Мы не пойдём к торговке краденным! Ты что сдурел? Нам на сегодня приключений хватило!

— Тётушка Пипита — не покупает краденное! — возмущённо шипит Ноэль. — Она драконица с редчайшим магическим даром — она чувствует ложь за версту! И никогда не имеет дел с жульём и ворами! За это её уважают во всех районах города, принимают даже в дворянских семьях. И что-то мне подсказывает, что вашу шубку, раз вы решили её продать, сможет «пристроить» только тётушка Пипита!

— Веди, — устало выдыхаю я.

— Ты что? — Сондра пытается меня удержать. Но я отмахиваюсь вяло.

— Послушай, Сондра, ты можешь подождать нас у извозчика. Но я должна попробовать. У нас с тобою долг перед казной. К тому же надо заказать продукты! Иначе таверну мы не поставим на ноги...

Сондра обречённо машет на нас рукой.

— Одних я вас точно не отправлю.

Мы кружим по тёмным дворам-колодцам, где пахнет квашеной капустой, яблочным пирогом и домом.

Украдкой я заглядываю в светящиеся в наступающих сумраках окна и грустно вздыхаю. Там за столами и перед каминами собираются семейства.

Молодые и старые драконы читают вечную молитву и делят между собой ужин. Берутся за руки, играют, любят и живут...

В груди нестерпимо жжёт от невыплаканной до конца тоски и боли. Но я беру себя в руки, смахиваю выступившую на ресницах одинокую слезу и вслед за Ноэлем и Сондрой практически вываливаюсь на нарядную улицу.

Она не такая яркая и широкая, как та, что у центрально катка-фонтана.

Домики здесь выглядят скромнее, но уютнее, вывески попроще, но ароматы ярче.

Драконы и люди чаще улыбаются друг другу и жарко зазывают знакомых в гости.

Разноцветные флажки трепещут на ветру, словно танцуют задорный танец.

Здесь царит атмосфера наступающего праздника — нового драконьего года.

— Туда! — Ноэль ведёт нас к скромной лавке с простой стеклянной дверью.

На единственном окне краской выведено: «Тётушка Пипита всегда рада вам!»

— Здесь очень мило, — я улыбаюсь, заходя в крохотную лавку.

И я бы сказала, что это даже не магазин готового платья, а магазин старьёвщика. Если бы здесь не пахло так восхитительно. Лавандой, мятой и совсем чуть-чуть пьягодой! Ох и хитруша эта тётушка Пипита! Нет ничего приятнее и желаннее для дракона, чем аромат драконьей пьягода. Её пыльца запрещена. Но вот использовать вытяжку из ягод не возбраняется! Особенно так искусно замаскированную смесью из диких трав!

— Ноэль! Паршивец! — из-за прилавка появляется худая, высокая драконица в простом фланелевом платье и хватает нашего провожатого за ухо. — Назад вернулся к Большому Луи? Что я тебе говорила? Не смей ко мне являться, если... ой! Кто это? Простите!

Увидев нас с Сондрой и очень точно отметив про себя цену новых шерстяных юбок на нас с Сондрой и цену моего полушубка, тётушка Пипита высоко поднимает брови и тушуется, выпуская многострадальное ухо Ноэля.

И я с ответным интересом рассматриваю её. Уже не молодая, но всё ещё крепкая и шустрая женщина. Простой фасон, закрытый крой, практичная ткань. На запястье портняжный браслет — артефакт модисток всех мастей — кружок с зачарованными булавками, иглами и самосшивающими лентами.