Екатерина Богданова – Загадай меня, ведьма (страница 28)

— Ты и правда считаешь, что отношения между ведьмой и ведьмоборцем это нормально?

— Зависит от ведьмы и ведьмоборца, — пожала плечами она.

— Яла, ты, конечно, моя подруга, но извини, это просто кощунство! — покачала я головой.

— И почему же? — остановилась уже она, развернулась и перегородила мне дорогу. — Почему это кощунство? Потому что ведьмоборцы убивали ведьм? А если зверь убивает себе подобного он, получается, уже не имеет права на пару? Заметь, себе подобного, а не другой вид. Или люди никогда не убивали людей? Маги магов? Да даже ведьмы порой друг друга гробят почём зря! Так чем твой ведьмоборец хуже? И не надо мне тут верещать, что он не твой! Твой, со всеми потрохами. Он свою жизнь тебе на блюдечке преподнёс, так что без вариантов. И если всё, что он тебе рассказал, правда, то он не просто твой, он наш. Остановил уничтожение ведьм, спас твою маму и тебя, да ещё и не просит ничего за это. Ну, разве что, твоей взаимности…

И Аяла так по-ведьмински лукаво, подкупающе улыбнулась, что мне вдруг стало легче. Ну и что с того, что мне понравился тот поцелуй? Подумаешь! И маг на самом деле очень даже ничего, да, нравится, да, симпатичен…

Стоп!

— Ялка, прекрати! — воскликнула возмущённо.

— А я что? Я только сказала то, что ты и сама знаешь, — пожала она плечами. — Просто напомнила. Пошли уже.

К кабинету магистра Брэйка я подходила с двойственными ощущениями. С одной стороны мне нестерпимо хотелось, чтобы он был там и подтвердил свои слова, дал мне уверенность, что я не ошиблась и мама жива. А с другой, было страшно, по-настоящему страшно. Вдруг это всё ошибка? Я просто придумала то, чего не может быть. Ещё и свои чувства к нему этим оправдываю.

Чувства?!

Споткнулась перед самой дверью. Какие ещё чувства?! Вот же Ялка! Залезла змеёй в душу, нашептала, наговорила, а я уже и поверила. Нет у меня к нему никаких чувств!

— Стучи давай, чего ждёшь? — поторопила заклятая подруга.

Я отступила от двери. Не могу и всё тут. А всё Яла, запутала меня совсем!

— Ай, ну тебя, — отпихнула она меня.

И постучала в дверь. Потом ещё постучала, и ещё. Побарабанила обеими руками и ногой пнула. В итоге развернулась ко мне и развела руками.

— Чего и следовало ожидать, — протянула она. — Сбежал.

— А может он просто не в кабинете. Может в своих комнатах, — предположила я.

— Проверим? — тут же загорелась идеей Аяла.

— Да откуда нам знать, где его комнаты, — фыркнула я. — До утра подождём.

— Ну… как скажешь, — протянула Ялка. — Но, если что, его комнаты на первом этаже преподавательского крыла. Логично же, что он занял место своего предшественника.

— Пошли уже отсюда, — пробурчала я, оглядываясь.

В администритивном корпусе было не многолюдно, но всё равно преподаватели то и дело ходили по коридорам, большинство из них были магами и косились на нас, ведьм.

— Пошли, конечно. Но давай думать, как искать твоего беглеца, — проговорила Аяла.

— Дай мне передышку, пожалуйста. Не появится завтра, тогда и будем искать, — взмолилась я.

— Всё-всё, молчу, — подняла руки Аяла.

Глава 12

На следующий день Брэйк не появился… Его лекцию отменили, а нас отправили в оранжерею, готовить травы для декоктов и зелий.

— Я же говорила, сбежал, — зудела над ухом Аяла, остервенело шинкуя буйницу.

— Эй, гроза, не салатик строгаешь! Понежнее давай, а то соком всё возьмётся и забродит, — одёрнула её проходившая мимо наставница.

— Понежнее, так понежнее, — хмыкнула Ялка и начала медленно резать листики на тонкие длинные полосочки.

Я же проводила взглядом наставницу, заметила, что она грустно вздохнув, остановилась у одной из полок. Проследила за её взглядом и тоже загрустила. Там, на полке, в сторонке от всех горшков, стояла почти увядшая мандрагора Медины.

— Мне тоже её не хватает, — тихо проговорила Яла. — Но сердцем чувствую, наша Меди не пропадёт.

— Если бы с ней всё было в порядке, уже дала бы о себе знать, — ответила я шёпотом.

— Ещё объявится, вот увидишь. Ну или весточку пришлёт, — горячо заверила Аяла. И опять завела уже порядком поднадоевшую мне песню: — Давай лучше думать, как Брэйка твоего искать. Прятаться он наверняка умеет качественно. Слушай, а может объявления развесить в городе? Ну, там, ищем такого-то, очень надо, душа девичья просит, — пространно замахала она ножом, будто выписывая что-то в воздухе.

— Я тебя сейчас саму на зелья пошинкую, — прошипела я.

— Но что-то же делать нужно! — с жаром воскликнула активистка на мою голову.

— Подождём. Сам объявится, — рубанула я ножом, отсекая корень от очередного стебля.

Перестаралась, лезвие застряло в деревянной доске. В результате я получила выговор за порчу инвентаря, а Ялка тихо посмеивалась, потешаясь надо мной.

Но, вопреки моим надеждам, на следующий день ведьмоборец тоже не объявился. А вот декану Вреж надоело ждать, когда я созрею для откровенности и, после окончания занятий, она вызвала меня в свой кабинет. Аяла, разумеется, пошла со мной.

— Смотри, лишнего не наболтай, — увещевала она меня по дороге. — Наплети чего-нибудь, только правдоподобно.

— И чего мне наплести? — огрызнулась я. — Вреж видела, в каком я была состоянии, когда из подвала вышла. Понятно же, что там что-то случилось.

— Ну не знаю. Скажи, что он тебе в любви признался, — предложила подруга.

Я же споткнулась и закашлялась. В принципе, декан вполне может поверить, что меня такое из колеи выбило. Вот только… он же и правда практически признался!

После откровений Брэйка о его роли в прекращении деятельности ведьмоборцев и непосредственно спасении нас с мамой (что пока ещё под большим вопросом, но так хочется верить), я как-то и забыла о его экспрессивном заявлении «Влюбился, наверное». Теперь же воспоминания нахлынули с новой силой и сердце понеслось вскачь.

Эти его слова, вкупе с последующим рассказом и двухдневным назойливым брюзжанием Аялы, воспринимались уже совсем иначе. Сначала-то я подумала, что просто издевается. А что, если нет? Мне даже в то, что я ему просто симпатична, сложно поверить было, хотя вся наша ведьминская компания и была уверена в том, что Эрен Брэйк ко мне неравнодушен. Да весь мстительный план на его якобы симпатии ко мне и держался.

Но теперь, когда ведьмоборец вот так просто взял и выложил мне свою страшную тайну о предательстве короны. И ведь сбежал же! А это что значит? А это может означать только одно — он правду сказал! Всё правда! Получается, я действительно ему…Он и правда меня…

Ох! Что творится!

— Кара, соберись — шикнула Яла. — Не время раскисать.

Я кивнула и расправила плечи, но внутри… По мне, так раскисать было вполне себе самое время. Он в меня влюбился! И он спас нас с мамой! И всех ведьм спас от гонений. А ещё поддержал меня, когда мне это было так нужно. Помог пережить позор в ночь Перводенства, подарил чудесный танец и поцелуй. А что я?

А я повела себя, как последняя ведьма! Строила планы по отмщению, гнала от себя всё хорошее, что к нему чувствовала, грубила, всячески демонстрировала ненависть.

Остановилась, заломила руки и прошептала:

— Кажется, он мне нравится.

— Ну наконец-то! Свершилось чудо, Кара прозрела, — ехидно провозгласила Яла на весь коридор. — А теперь возьми себя в руки, нацепи на мордашку скорбно-растерянное выражение и вперёд, убеждать Вреж в том, что ты понятия не имеешь, почему твой Брэйк сбежал. Хотя, можешь сказать, что он признался тебе в пламенных чувствах, а ты, нехорошая такая, на эмоциях запамятовала о мстительных планах и послала его куда подальше. Вот мужик и ушёл в закат, безответные чувства похмельем шлифовать.

— Да, так и скажу, — кивнула я. — А потом мы его найдём.

— Умница моя, — похвалила подруга.

И мы подошли к кабинету декана.

Разговор получился скомканным. Говорила в основном Аяла. Я только кивала и поддакивала. Да, в подвале Брэйк признался мне в любви, да, я растерялась и нагрубила ему. Да-да, вот так прямо и сказала, что никогда не полюблю ведьмоборца, ненавижу его люто и вообще глаза б мои его не видели. Нет, понятия не имею, куда он подевался. Разумеется, очень сожалею, что всё испортила и спугнула гада.

Напиная слушала, кивала, иногда задавала уточняющие вопросы, вроде «И что, вот так прямо сказал, что любит?», или «Даже не попытался как-то переубедить?». Я уже начала успокаиваться, заметив, что декан сменила напряжённую позу на расслабленную, откинувшись на спинку кресла, но не тут-то было.

— Это всё, конечно, прискорбно, девочки мои, — вдруг проговорила мудрая ведьма. — Вот только не сходится что-то у нас.

— Что не сходится? — опять напряглась я.

— Во-первых, мы все знаем, как и почему вы с магом оказались в том подвале, — улыбнулась мне Напиная. — И судя по тому, что рассказала мне ты, Аяла, впервые покинув запертую комнату, Кара была очень зла на Брэйка. Что-то об излишней откровенности говорила и не хотела ни с кем общаться.

Мы с Ялой покивали, понимая, что отрицать это глупо. Так всё и было.

— И вот в эту картину ваш рассказ вписывается просто идеально, — тоже кивнула Вреж. — Но потом…

А потом он меня напугал, я долбанула по нему чистой силой, сработала защита и мы повторно оказались заперты в той проклятой комнате. И когда декан пришла за мной, я была практически невменяемой.

— Он ко мне приставал! — выпалила я первое, что пришло в голову.